Мартини для горничной - Маргарита Воронцова

– А вы отлично водите машину, Маргарита Андреевна. Вероятно, ходили на курсы экстремального вождения? – к счастью, сменил тему Виктор. Да, лучше поговорить о моих достоинствах, чем о вынужденном вранье или привлекательности подруги.

– Вовсе нет!

– Значит, у вас талант. Вы прирождённая гонщица.

– Да нет же! Вы сами захотели поиграть, и я включилась в игру. А так, люблю ездить спокойно и даже неторопливо. Мне нравится процесс, к тому же, опыт показывает, что суетиться на дороге бесполезно. Те, кто летит, сломя голову, только создают аварийные ситуации. А к своей цели приезжают ничуть не быстрее черепашек.

Виктор внимательно меня рассматривал. Что он обо мне думал? Кого видел сейчас перед собой? Как же он отличался от парня, ввалившегося в гостиничный номер с хмельной улыбкой на лице! И как же мне хотелось опять с ним встретиться!

Налив по третьему бокалу вина, мы пересели на диван. К сожалению, между нами оставалось целых два метра. Почему бы не разместиться вплотную друг к другу? И даже обняться? Положить руку на плечо, доверчиво привалиться?

Нет, Виктор так и сохранял дистанцию. Я следила, влияет ли на него алкоголь. Нет, шеф оставался трезвым, как стёклышко, а вот меня, наоборот, довольно быстро развезло. Уже горели щёки, на лице блуждала беспричинная улыбка, картинка перед глазами становилась размытой. За огромными окнами сгустились сумерки, город сверкал под ногами россыпью разноцветных огней.

– Знаете, я тоже, к несчастью, уже потерял родителей, – вдруг нарушил молчание Виктор. – Соня сказала, что ваших не стало, когда вам едва исполнилось двадцать…

– Да…

– Это ужасная потеря. Мне повезло немного больше, чем вам. Удалось побыть ребёнком аж до тридцати двух лет, – он с тоской посмотрел в окно. – Всегда почему-то казалось, что родители будут жить вечно, по крайней мере, очень, очень долго. Я ошибся.

– Я тоже не ожидала, что такой кошмар случится именно со мной. А что произошло с вашими?

– Мама разбилась на горнолыжном курорте… Она была опытной горнолыжницей и проходила самые сложные трассы. Но погибла на одной из самых простых. Влетела в дерево.

– О, какая трагедия… И вот прямо так сразу? В дерево? И… всё?

– Нет, не сразу. Месяц провела в коме.

– Кошмар… А отец?

– У отца онкология. Сражался пять лет, но всё зря. Хотя, нет, нет, конечно, не зря. Если бы не боролся, то и этих дополнительных пяти лет у него бы не было.

– В жизни всё так грустно. Почему все умирают? Самые любимые и дорогие… Почему это происходит, зачем? Кому это нужно… Не понимаю… Но, слава Богу, у меня есть бабуля.

– Ваша бабуля – просто чудо! – оживился Виктор. – Она мне очень понравилась. Но за Соней нужен глаз да глаз.

– О, да!

– Заставляет она вас поволноваться?

– Ещё как! Она постоянно что-то выдумывает.

– Вы должны за ней получше присматривать.

– Да разве за ней уследишь! Я весь день на работе. И даже в воскресенье, как видите. А эта красавица… шныряет.

– Ох, и красавица, – подтвердил Виктор. Очевидно, моя бабуля произвела на него неизгладимое впечатление. – А с ремонтом вы, как я понимаю, увязли?

– Капитально!

Я не стала рассказывать шефу, что ремонт у нас продолжался ровно два дня. Потом Соня, разворотив полквартиры, утратила интерес к смелой затее.

– Так, Маргарита, вино мы выпили, теперь предлагаю кофе. И коньяк. Согласны?

Конечно, согласна! Тем более, что он, наконец-то, назвал меня просто по имени, забыв про отчество!

А вдруг всё это время Виктор ждал, что я проявлю активность? Может, надо было пококетничать, пострелять глазками? Ох, нет, лучше не буду. В этой области мои познания и навыки гораздо более ограничены, чем в рекламном деле. К тому же, я ни на минуту не забываю о том, что мы с Виктором связаны служебными отношениями. Неверный шаг – и я испорчу себе карьеру. Если у нас с начальником что-то пойдёт не так, мы не сможем работать вместе…

Нет, лучше не торопить события, пусть они развиваются сами по себе. Всё будет так, как захочет шеф. А то, что я сама мечтаю броситься на него яростной пантерой, вцепиться ногтями в плечи, впиться жадным поцелуем в губы, а потом опутать собой его тело, как шелковистой мантией… так мало ли, о чём я мечтаю!

…На кухонном столе у стены возвышалась серебряная кофе-машина. Она похрустела зёрнами, погудела, и выдала нам две чашки восхитительного кофе с крепкой пенкой. И Виктор опустился на диван рядом со мной, так близко, что наши бёдра соприкоснулись. Я замерла, не веря своему счастью.

Свершилось! Дождалась!

– А теперь, Маргарита, попробуйте коньяк, – предложил босс, когда я выпила полчашки кофе. Он вложил в мою руку пузатый коньячный бокал, на четверть наполненный янтарной жидкостью.

– Подозреваю, вы меня спаиваете! – укоризненно сообщила я боссу.

– Тут немного… Но да, да, Маргарита, я вас спаиваю, – Виктор пристально посмотрел прямо мне в глаза.

– А как же завтрашнее совещание?

– Разберёмся. Пейте.

Я сделала первый обжигающий глоток и почувствовала, что уплываю… Ещё через десять минут – или через полчаса, я уже не контролировала время – наши бокалы опустели. Виктор с улыбкой посмотрел мне в лицо, ласково провёл по щеке ладонью, соскользнул пальцами в волосы и убрал их назад, затем привлёк меня к себе… И поцеловал. В ту же секунду я полетела в космическую бездну. Перед глазами закрутились в бешеном танце спирали галактик, и стали беззвучно взрываться одна за другой далёкие звёзды…