Маска чародейки - Виктория Холт

Что-то заставило меня встать и подойти к окну. Я увидела Филипа. Он крадучись шел со стороны больницы.

Понятно, что он наблюдал за танцами. Он не смог побороть искушения, несмотря на просьбу отца.

На утро меня разбудила Кугабель. Она была в набедренной юбочке из ракушек, на шее амулеты. Она изменилась после праздника. Она смеялась и прошептала мне на ухо:

— Я знаю, во мне семя Гиганта. Я ношу ребенка Гиганта.

— Ну, Кугабель, мы должны подождать, потом увидим.

Она улеглась на полу с задумчивым выражением в глазах и полуулыбкой на губах. Я догадалась, она вспоминает прошедшую ночь.

Кугабель стала женщиной. Она приобрела великий опыт Маски и уверена, что беременна от Гиганта. Она выглядит довольной и смотрит на меня так, словно одержала надо мной победу.

Оставшись наедине с Филипом, я призналась:

— Я видела, как ты пришел вчера домой. Он смутился:

— Твой отец предупреждал меня…

— Но ты все-таки пошел.

— Я бы не хотел, чтобы об этом узнал твой отец.

— Я ему не скажу.

— Я не мог это пропустить. Я хочу понять этих людей, а вчерашняя ночь — лучшая возможность для этого.

Я согласилась с ним. В конце концов, отец тоже видел танец Масок. Отец сказал тогда:

— Они слишком увлечены тем, что делают, чтобы искать шпионов.

— Я вернусь, — пообещал Филип.

— О, Филип, я так рада, — сказала я с чувством.

— Да, я решил. Буду работать с твоим отцом. Сначала я должен год отработать в больнице в Сиднее. А к тому времени ты закончишь школу, Сьювелин. — Его голос звучал многозначительно.

Я счастливо закивала, что равносильно согласию.

В Сиднее я скучала по Лауре. Навестила ее на ферме. У них новый управляющий, он дружен с Лаурой. Я даже подозреваю, что они влюблены. Я начала докучать Лауре вопросами, она не отрицала.

— Скоро ты будешь танцевать на моей свадьбе. Раньше, чем я на твоей. Не забудь про наше обещание.

Я подтвердила, что обязательно приеду. Филипа не было на ферме, он работал в больнице.

Я приехала домой на зимние каникулы. Скоро у Кугабель родится ребенок. Это будет особый ребенок, ведь он родится через 9 месяцев после Танца Масок, а до того дня она была девственницей.

— Она — ребенок Маски, и у нее будет ребенок Маски, — гордо заявила Кугаба.

Кугаба больше не говорила, что родила ребенка от Люка Картера. Эта черта характерна всем местным жителям: они верят в то, во что хотят, и остальные должны делать так же. Нас раздражала такая привычка.

Я привезла подарок будущему ребенку, мне хотелось загладить свое безразличие к Кугабель в прошлом. Она приняла меня как королева и взяла золотую цепочку с медальоном, словно принимала золото, ладан и смирну. Она стала важной персоной. Она продолжала жить в нашем доме, но после рождения ребенка ей найдут мужа, и она уйдет к нему. Ребенок Гиганта будет с радостью принят любым мужчиной. Значит, Гигант будет добр к семье. А Кугабель сама ребенок Гиганта, значит, будет достойной женой.

Я радовалась за подругу.

— Я тоже рада, — ответила она. Мне стало ясно, она больше не ищет моего общества.

Ночью меня разбудили странные звуки и торопливые шаги. Я натянула платье и вышла посмотреть, что случилось. Мама снова увела меня в спальню, закрыв плотно дверь.

— У Кугабель начались роды, — сообщила она.

— Так быстро?

— На месяц раньше срока. — У мамы загадочное выражение лица. — Это значит, Сьювелин, что ребенок зачат задолго до праздника Масок.

— А может, он недоношенный?

— Возможно, но ты знаешь местные нравы. Они скажут, Гигант не допустил бы преждевременные роды. Это грозит бедой. Кугаба боится. Я не знаю, что делать.

— Какие глупости. А как чувствует себя Кугабель?

— Хорошо. Люди, которые близки к природе, легко рожают.

В дверь постучали. Мама открыла, на пороге Кугаба с круглыми от удивления глазами.

— Что случилось? — спросила мама.

— Пойдем.

— С ребенком все в порядке?

— Ребенок большой, крепкий. Мальчик.

Мы пошли к Кугабель, она выглядела слегка уставшей. Мама оказалась права. Островитяне легко переносят роды.

Возле нее лежал ребенок с темными прямыми волосами, совершенно не похожими на густые кудри ребятишек с острова Вулкан, а кожа почти белая. Определенно, в его жилах течет кровь белого человека.

Кугабель смотрела на меня, и на ее губах заиграла странная улыбка.

В доме ужас и оцепенение. Мама сказала, что никто не должен знать о рождении ребенка. Она пошла к отцу:

— Ребенок наполовину белый! — воскликнул он. — К тому же родился раньше срока.

— Он может быть недоношенным.

— Местные не примут этого объяснения. Кугабель грозит опасность… и нам. Они скажут, она забеременела раньше ритуала, а это смертный грех в их глазах.

— К тому же ребенок почти белый…

— Но ведь в жилах Кугабель течет кровь белого человека.

— Да, но все же…

— Неужели ты думаешь, что Филип… Нет, это абсурд, — продолжил отец. — Но тогда кто? Конечно, отец Кугабель белый, и этим можно объяснить тот факт, что ее сын белее ее. Мы это знаем, а как насчет местных? Совершенно ясно, никто, кроме нас, не должен знать, что ребенок уже родился. Кугаба должна хранить секрет, осталось подождать только месяц. Я уверен, это необходимо не только для нее, но и для всех нас.

Так мы и поступили. Было нелегко, потому что рождение ребенка Кугабель островитяне ожидали с нетерпением. Они группами собирались возле нашего дома, клали ракушки вокруг дома, а некоторые даже поднимались на гору, ведь они верили, скоро родится ребенок Гиганта.

Кугаба говорила им, что Кугабель отдыхает. Во сне к ней явился Гигант и предупредил, что роды будут трудными. Это же непростой ребенок.

К счастью, они удовлетворились этим объяснением.

Отец решил извлечь пользу из трагедии. Он велел Кугабе объявить местным жителям, что Гигант опять приходил во сне к Кугабель и сказал, ребенок будет для них его знаком. С его помощью они поймут, как Гигант относится к переменам на острове. Кугаба знала, какую опасность таят в себе преждевременные роды и цвет кожи ребенка, поэтому с готовностью выполнила приказ отца.

Мы сохраняли в тайне рождение ребенка в течение месяца. Потом показали ребенка ожидающей толпе. Наша осторожность и терпение были вознаграждены.

Даже Вандало признал, что цвет кожи ребенка говорит о том, как Гигант доволен переменами на острове. Ему нравится процветание.