Бесстыдница - Рина Мирт

—Всё в порядке?— послышался голос Мигеля Тауэрса.

Кира моргнула и, подняв голову, посмотрела на стоявшего перед ней парня. В руке у Мигеля был кегельный шар. Она постаралась улыбнуться.

—Ты какая-то рассеянная,— продолжал тот, садясь рядом на скамейку для игроков.— Я же знаю, как ты выбиваешь страйки. А за эти полчаса в двух фреймах ты выбила лишь пять-два и шесть-один.

—Все норм,— соврала Кира и поднялась с места.— Не всё время же выигрывать.

Она забрала из его рук шар, а затем произнесла:

—Смотри, как я надеру тебе задницу.

Девушка подошла к дорожке и подняла шар на уровень головы, целясь. Конечно, от Мигеля не укрылось состояние, в котором она пребывала с тех пор, как немножко успокоилась после того поцелуя в его кабинете. Она прекрасно ощущала его восставший член, которой только что не протыкал её на сквозь. Но это больше пугало, чем возбуждало. Дэвид ведь никогда не вел себя так безрассудно. Посреди бела дня, да и еще в самой школе кинулся на неё как какая-то зверюга, как сбежавший зэк на первую увиденную женщину — вот самое подходящее сравнение. Кира была уверена, что еще чуть-чуть, и он бы трахнул её прям там, возле двери, если бы она не приняла меры и не укусила его. Другого способа вырваться из его стальных тисков, именно тисков, не объятий, она не нашла, он ведь был намного больше и сильнее её. С красными губами и растрёпанная, она вылетела из его кабинета и тут же побежала вон из школы. Весь путь до дома проделала пешком, чтобы хоть как-то успокоиться. В голове против воли адским круговоротом вертелись произнесенные им слова. И, как это обычно бывает с каждым из людей, Кира стала задумываться о их правдивости. Ведь все мы стремимся к миру и к тому, «чтобы всё стало как было». Пока она не одернула себя.

—Стоп!— вслух сказала она, подходя к своему дому, а дальше продолжила уже мысленно: «Вешает мне лапшу на уши, надеясь, что я куплюсь. Хватит! Я сама видела своими глазами, надо верить им, а не его поганому языку!» При упоминании этой его части тела девушка закатила глаза на собственные мысли. Ей нужно было срочно переключить голову на что-нибудь другое, и она стала готовиться к «недосвиданию» с Мигелем. Но это не помогло; произошедшее упорно всплывало перед глазами и заставляло её молодое тело маяться. Она то и дело вставала с места во время нанесения макияжа и ходила по комнате, как пойманная в клетку львица. Она чуть не опоздала на встречу с другом, который привез их в боулинг, наверное, единственное место, которое не пестрело алым и розовым цветом. Помимо них, в зале была группа пожилых людей в одинаковых футболках, три парня и четыре девушки, которые, видимо, решили отметить этот день, а точнее, своё одиночество в месте, где им точно не придется страдать от вида влюбленных. Но, судя по выражению их лиц они с Мигелем хорошо подосрали им тем, что пришли сюда.

«Не беспокойтесь, квартет одиночества,— подумала про себя девушка, и её лицо украсила ухмылка.— Мы с ним не пара. Тем более, скорее всего, одна из вас сегодня останется не у дел».

Она посмотрела в сторону троицы парней, которые иногда поглядывали в сторону квартета, прикидывая, как подкатить. Кира сделала бросок, но шар ушел вбок и выбил лишь две кегли.

—Чтоб тебя!— громко выругалась девушка и запрокинула голову назад, закрывая руками лицо.Мигель покачал головой. Она несколько раз шумно выдохнула, а затем взяла другой шар изумрудно-зеленого цвета. Кира встала на позицию и тут же ощутила близость чужого тела. Она замерла на месте, а её взгляд остекленел.

—Давай помогу,— произнес парень совсем рядом с её ухом. Затем одна его рука легла на шар поверх её, а вторая взяла её под локоть. Её тело словно одеревенело. Это точно не подходит под встречу двух друзей, оставшихся без свидания в День всех влюбленных. Мигель был совсем близко, он практически прижимался к ней, и Кира ощутила запах мужского одеколона и совсем чуточку запах его пота.

—Удар по центру — не всегда страйк,— произнес тот, и Кире показалось, будто его голос стал намного ниже.— Закрученный шар сбоку — вот что мы ищем. Сдвинься чуть-чуть.

Кира подчинилась. Вся её воля куда-то исчезла. Она будто язык проглотила.