Девочка Грешника - Даша Коэн

Неужели она реально верила в то, что дело выгорит? П-ф-ф…

Детка, там, где ты учишься, я преподаю.

Тут было в общем-то два варианта.

Первый и маловероятный — я был ей не нужен. Ну, это даже звучало бредово, так что я предпочел не париться на этот счет.

Второй — Соня далеко не дура и ее не устроила примитивная роль моей секс-игрушки.

Вот и пришлось мне озадачиваться, а потом и подавать ей к столу мои желания под соусом из ванильной лабуды, свиданий и романтических порывов. Что, собственно, и помогло решить мою проблему. Кукольный театр, пикник на берегу залива под луной, немного покорчить из себя джентльмена. И вот уже Соня сидит на мне сверху, а я жадно вколачиваюсь в ее влажный жар.

Вся мокренькая, да и кончила почти сразу. Вот и на кой, спрашивается, выделывалась?

А там уж и душа в рай понеслась. И член мой, на ней зацикленный, тоже.

Не скажу, что мне это все как-то претило. Нет. Хотя были опасения. Но Соня была веселой, умной и удивительным образом не капала мне на нервы. Любая другая баба уже бы осточертела мне до тошноты. А эта нет.

Прямо мистика.

И я дал себе время. Неделю. Чтобы нажраться ею до отвала. А потом уехать и забыть ее как сон, временное помутнение рассудка или просто затяжную болезнь.

Но был во всем этом единственный тревожный звоночек — я внутренне раздражался, когда ее нужно было везти домой.

— Останешься сегодня на ночь, — без вопроса поставил я ее перед фактом где-то день на пятый нашего увлекательного забега.

— Я не могу, Ром.

— Что значит «не могу»? Не могу поднять ногу, Сонь. Пойди и отпросись типа к подружке ночевать. Делов-то?

— Нет, — категорично обрубила она меня.

— Почему?

Реально, меня аж вымораживало! Я хотел проснуться с ней в одной постели и прямо с утра показать ей небо в алмазах. А она мне «нет». Плохое слово, очень плохое!

— Потому что.

— Заебись аргумент, — хмурился я, но давить не собирался.

Не хочет? Ну и хрен с ней.

Вот только долго сердиться на нее не получалось. Она была такой миленькой и смотрела на меня своими глазенками голубыми так, что я чувствовал себя Богом. А уж когда трахал ее, так вообще улетал в космос.

Отзывчивая. И не показушно, а инстинктивно. Выгибалась так страстно в моих руках, так чувственно. И каждый раз стеснялась, когда я зажимал ее в неподобающих местах. Губу прикусывала, чтобы не стонать. И вообще, стоны Софии Шаховой можно было возвести в абсолют. Слушал бы и слушал…

И да, все это было весело и прекрасно, но нужно было завязывать. Недельку поотрывался, но достаточно. Соня — просто баба, да классная и с ней у меня улетный секс, но… Она просто одна из миллиона других точно таких же баб. Да и ночью все кошки серы.

А потому я последний раз оторвался с ней и уехал в аэропорт, где наконец-то с третьей попытки, но все же сел в чертов самолет и улетел в Москву.

Вот только мосты на этот раз жечь не стал. И хрен его знает почему…

Дома сразу же ушел в отрыв. Пытался вытеснить образ Шаховой другими телками. Похожих больше не искал. Просто перебирал все подряд, пока в конец не заебался.

Меня не плющило. И не колбасило.

А в понедельник и вовсе случился ахтунг. У меня тупо не встал. Я зажал в раздевалке спортивного клуба знакомую девицу, долго мариновал ее и себя, но в итоге сдался.

Потому что она меня не возбуждала, блядь! От слова «совсем»!

И в мыслях, занозами сидели воспоминания о ней, о Соне Шаховой. О том, что с ней мне максимально круто, а вот с этими не очень. Почему? Почему именно с ней? Что в ней, блядь, такого, что меня до такой степени проняло?

Да, красивая. И фигура у нее просто пушка. Сиськи эти бесподобные и задница орехом. Но, епта, я что сопливый девственник, что исхожу слюной на первую попавшуюся красивую телку? Вон их сколько, на каждом шагу дева прекрасная мне глазками хлопает.

А мне Шахову подавай.

Что за сбой такой в матрице?

Короче, прокрастинировал я недолго. Смирился и набрал своего секретаря:

— Рит, не разбудил? — запоздало глянул я на часы — половина первого ночи.

— Нет, Роман Андреевич, — бодро ответила девушка.

— Билет мне в Питер нужен.

— За завтра? На утро?

— А раньше, что есть?

— Нет, ночные рейсы уже все улетели.

— Ладно, — недовольно вздохнул я, — давай на утро.

Летел к ней и думал, что я больной дебил. А когда наконец-то добрался до нее и набросился голодным зверем, все смотрел на нее, перся от процесса, но не переставал задаваться одним единственным вопросом, что бесконечно рвался из меня:

— Ну почему мне так хорошо с тобой, Соня?

Ответа не было. Чистый лист. И я продолжал тонуть в этом бесконечном колодце, не в силах выбраться, да и не имея, если честно, уже никакого желания делать это.

Пока не наступила гребаная пятница и мне на телефон не начали как из рога изобилия сыпаться сообщения от разных давалок. А я, дебил махровый, рядом с Соней забыл обо всем и тупо не отключил телефон.

Она все прочитала, и я резонно приготовился к выносу мозга. Бля, я даже его ждал, чтобы заиметь себе хотя бы что-то в пустую копилку ее минусов.

Вот только Соне, кажется, было до звезды на то, что я куролесил все выходные направо и налево. Она просто сунула мне в руки гаджет и пошагала в душ. А мне от этого ее равнодушия стало, пиздец как, некомфортно.

Как объяснить?

Ну вот с любой бы другой телкой я просто развел бы руками и сказал принимать меня таким, какой я есть. А с ней я начал оправдываться. Оправдываться, мать ее ети! И еще беситься, что она сваливает от меня на этом фоне.

И это все, ой, как мне не понравилось.

Довез ее до дома, а потом махнул к Северу в его загородный дом. Сутки молчал, мылся в бане, ел шашлык, пил пивас, смотрел на залив, даже скурил пару сигарет на нервяке. Хмурился. А потом меня прорвало.

— Гера, кажется, я зациклился.

— Тебе не кажется, — прихлебнул он пенного.

— Мне она не нужна, — выдохнул я наконец все, что меня раскаляло изнутри, — вообще не нужна. Понимаешь?

— Понимаю. Но только вопрос, Ром, какого черты ты трешься в Питере вторую неделю к ряду?

— Я еще один тендер слил, — признался я и выматерился.

— Ты сказочный долбаеб, Ветров, — флегматично поставил мне диагноз друг, — покажи уже Шахову долбанное видео и поставь точку во всех этих терках. Ты че из-за бабы развел эпопею, м-м?

— Просто…