Донор - Даниэль Зеа Рэй

— Я отказываюсь делать больше, так и передай своим заказчикам.

— Ты не понимаешь, Надин. Этим людям не отказывают.

— Всем можно отказать. Или что, ты их боишься?

— Да, Надин, я их боюсь.

— Во что ты меня втянул, Брайан? Кто они?

— Это не твоего ума дела. Просто сделай, как я сказал, и помалкивай!

Вспышка. Я лежала, распластавшись посреди лестницы, а Дэвин придерживал меня за плечи.

— Сафина, все закончилось?

— Да!

— Поднимайся, деточка, нам нужно спешить.

Как во сне, я привстала на ватные ноги и побрела вниз.

Энверо привезли в очень тяжелом состоянии. Внутреннее кровотечение продолжалось, и он неизбежно погружался в шок. По своему опыту я знала, что шансов спасти этого мальчика у меня мало, да и времени практически не было. Но я, не задумываясь, вступила в схватку с судьбой.

Погрузив Энверо на носилки, Дэвин и Брэйди перетащили его в операционную.

В брюшной полости Энверо творилось что-то ужасное. Это была каша. Я собралась с мыслями и начала. Дело продвигалось крайне медленно, а головной боли от Евы и Дэвина было больше, чем помощи. Я не хотела ничего спрашивать об остальных, потому что жизнь Энверо зависела от моей собранности.

Я проделала большую часть работы, остановив кровотечение, ушив печень и удалив селезенку, когда сердце Энверо сдалось. Руки, лекарства, руки, и опять лекарства, однако попытки мои не влияли на прямую кардиомонитора. Я билась над его истерзанным телом, сознавая, что здесь лежит парень, у которого еще несколько часов назад вся жизнь была впереди. И теперь я стояла над ним и сдавливала его грудь в бессильных попытках вернуть его в этот мир. "Что еще? Сафина! Что еще?" Слезы застлали глаза. "Нельзя плакать! Нельзя!"

— Дэвин, дайте мне пилу! — приняла решение я.

— Сафина, может не стоит? — засомневался он.

— Пилу дайте! — заголосила я.

Дэвин молча протянул мне инструмент. И я раскроила моему мальчику грудь, добралась до его сердца и сжала его в своих руках. Электроды, разряды, разряды и…..маленький мышечный мешочек ответил на мой призыв.

— Сафина! Ты сделала это! — закричала Ева.

Она не осознавала то, что Дэвин и я прекрасно понимали: биение его сердца вовсе не гарантировало ему счастливый конец. Слишком много крови он потерял, слишком рано отказало сердце, слишком долго я не могла его "завезти", — все было "слишком". Я вернулась к тому, на чем остановилась, и продолжила работать над его животом.

Буквально через минуту Брэйди влетел в операционную.

— Сафина, ребята везут Элби, он тоже ранен в живот.

— О, Боже! — завопила Ева.

— Еще кто-нибудь? — без эмоций проговорила я.

— Они не сказали.

— А Эйдан?

— Не знаю, Сафина.

— Хорошо, переоденься и подготовь второй стол. Дэвин, помоги ему. Брэйди, через сколько они будут здесь?

— Минут пять.

— Тогда нужно спешить. Ева, я оставлю тебя с Энверо. Если увидишь, что кровь в ране прибывает, попробуй узнать, откуда, и зажать это место инструментом. Поняла?

— Да, Сафина. Иди, я справлюсь!

Я отошла от стола, сменила перчатки и халат, и стала ждать ребят. В операционную влетел Эйдан, таща на своих руках Элби. Я выдохнула: Эйдан был жив.

— Положи его на стол. Брэйди, разрежь и сними одежду. Дэвин, стерильные пеленки. Элби? Элби, ты меня слышишь?

— Да, малышка, — прохрипел он в ответ.

— Элби, где болит?

— Скажи ей…

— Элби, где…

Он схватил меня за руку и потянул к себе.

— Скажи ей….. что люблю… — чуть слышно прошептал он и закашлялся.

— Ты сам ей скажешь, обещаю тебе, — ответила я.

Элби потерял сознание. А через минуту у него началась фибрилляция желудочков.

— Дэвин, помоги! — закричала я, вводя Элби препараты.

— Элби, Элби! — Эйдан в ужасе стал теребить друга за плечо.

— Эйдан, выйди из операционной! Дэвин, заряжай дефибриллятор на двести.

— Элби! — продолжать звать его Эйдан.

— Эйдан!!! — завопила я, что было силы.

Эйдан испуганно посмотрел на меня.

— Вон из операционной я сказала!!!

Он не успел отреагировать, потому что в тот момент сердце Энверо остановилось второй раз. Я оцепенела. "Куда бежать? Кому помогать?" Я не хотела выбирать. Не хотела и не могла. И в этот момент Дэвин словно понял меня:

— Девочка моя, ты же знаешь, что здесь не из чего выбирать…

Через три часа я отошла от операционного стола, на котором лежал Элби, и повернулась лицом к Энверо. Он лежал так спокойно и умиротворенно. Я подошла к нему, убрала салфетки и стала зашивать раны. Сказать, что мне было тяжело, значит — ничего не сказать. Все молчали вокруг. Они просто смотрели, как я накладываю мелкие стежки на его измученную плоть. Срезав последнюю нитку, я достала трубку у него изо рта и отсоединила датчики.

А потом мои чувства перелились через край, и остатки самообладания растаяли прямо на глазах. Я сжала руки в кулаки и закричала. Это не принесло желаемого облегчения. Я снова закричала, внутри по-прежнему было больно. Тогда я повернулась к столику с инструментами и одним рывком вывернула его на пол, но и это ничего не изменило. Я завопила, что было силы, и начала громить все на своем пути. Никто не останавливал меня, и контейнеры, приборы, инструменты, колбы, стекла, банки — все с грохотом разлеталось в разные стороны до тех пор, пока я без сил не упала на пол и не заревела.

— Прости, меня, мальчик! Прости меня! — словно молитву, шептала я.

Эйдан подошел ко мне, снял с меня окровавленный халат и перчатки, поднял на руки и унес прочь. А я все плакала, и плакала, и молила своего мальчика простить меня за то, что не смогла выбрать его…