И она уступила... - Роуз Лоуэлл

Кэти ласково погладила ее по голове.

– Не говори чепухи. Он стал совершенно другим, ровно с того момента, как на его горизонте появилась ты. Куда только девались его горечь и язвительность? Он как бы возвратился в свое прежнее «я».

– Дерк вряд ли согласится с твоим мнением, – сквозь слезы рассмеялась Лилиан.

– Дерк отвалил отсюда навсегда, и я лично не жалею об этом. Утри слезы, ты первая из моих будущих невесток, и не думай, что я позволю тебе сбежать!

Энтузиазм Кэти был заразительным. Лилиан отправилась на свой пост у кровати Лайона в гораздо лучшем настроении.

Поздно вечером возвратился Фрэнк, он позвал девушку на ужин и завлек ее в свой кабинет после окончания трапезы, Дверь он запер на ключ.

Было заметно, что она нервничает, и Фрэнк ласково улыбнулся, видя выражение ее лица.

– Малышка, перестань дергаться. – Его зеленые глаза сверкали от радости, что он видит ее так близко. – Не знаю, что нам делать, кушетка такая короткая, а стол слишком жесткий для твоей нежной спинки.

Лилиан вспыхнула. Фрэнк снисходительно улыбнулся.

– А, ты, оказывается, еще не утеряла способности краснеть? – нежно спросил он, привлекая девушку к себе. – Ну что скажешь, маленькая невинность с широко открытыми глазами?

– Увы, уже не невинность, – тихо прошептала Лилиан.

Наклонившись к ней, Фрэнк поцеловал ее в губы.

– Не очень умно просить тебя не уничтожать себя морально. Но тем не менее не делай этого, не стоит. Бог создал нас людьми, и ничто человеческое не должно быть нам чуждо. Он дал нам радость физического общения…

– Но Он же дал нам и чувство ответственности, обязав не делать это общение фарсом, насмешкой над высокими чувствами, – добавила Лилиан скорбным тоном.

Зажав между ладоней бледное лицо девушки, Фрэнк изучающе посмотрел в него.

– Ты поверила в меня, когда все от меня отвернулись, – сказал он. – Тебя не испугали пересуды о моей репутации и необузданном темпераменте. Ты вручила себя мне, во многом из-за того, что поняла, как сильно я в тебе нуждаюсь. Лилиан, то, чем мы занимались той ночью в хижине или сейчас, так же естественно для человека, как дышать. Нет ничего постыдного в том, что один человек страстно желает другого, тем более тогда, когда это выходит далеко за рамки физической потребности.

– Ты в этом уверен? – с тоской спросила девушка.

Он утвердительно кивнул.

– Да, сегодня я окончательно понял, как сильно ты мне нужна. И дело не только в физической тяге.

– Но она – главное все же, – грустно заметила Лилиан.

– Нет, сегодня пополудни я совершенно точно понял, что ты мне нужна вся целиком, всегда и везде, – страстно прошептал Фрэнк. Он притянул ее поближе к себе, обнял и щекой прижался к копне ее волос. – Отныне так будет всегда. – Ощутив ее теплоту и податливость, его тело отреагировало естественным образом и, тихо рассмеявшись, Фрэнк прошептал ей на ухо: – Видишь, как ты на меня действуешь.

– Перестань, – вздрогнув, потребовала Лилиан.

– Ты медицинская сестра, изучала физиологию и не можешь не знать, что произвольно это прекратить нельзя.

– Я не об этом, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

Девушка спрятала лицо у него на груди. Она почувствовала, как его тело еще больше напряглось, а дыхание стало прерывистым.

Его пальцы медленно двинулись вдоль шелковистых прядей ее волос. Губами он коснулся нежного рта и чуть слышно прошептал ее имя.

– Лили… мне хотелось бы ощущать твое тело не через ткань моей рубашки. Помоги мне, пожалуйста, снять ее… А теперь поцелуй меня вот сюда. – И он показал на середину своей мощной груди.

– Нет, Фрэнк, мы не должны… – слабо запротестовала Лилиан. – Что, если…

– Не «что, если», дорогая, а дай Бог! Мы же собираемся с тобой пожениться, правда? Листок бумаги и напутственные слова не смогут нас соединить теснее, чем уже соединялись наши тела. Ты уже моя! Мне нравится быть частью тебя, тем более, я чувствую, что и тебе приятно то, что приятно мне. Неужели ты боишься разрешить мне любить тебя?

– Нет, этого я не боюсь, – не могла не признаться она.

Лилиан неуверенно прижала ладошки к его покрытой волосами груди и стала гладить ее, водя ими вверх и вниз. На его лице отражалось наслаждение, которое он получал от этой ласки.

Фрэнк прижал губы девушки к своей пылающей коже, и почувствовал, как его мышцы, ощутив ее нежное прикосновение, непроизвольно сокращаясь, напряглись. Потом ее руки соскользнули к поясу, поддерживающему его брюки. А он в это время уже ласкал губами ее веки.

– Двигайся ниже, – умоляющим голосом прошептал Фрэнк. – Мне так приятно, когда ты трогаешь меня.

Лилиан заколебалась на мгновение. Ей было очень любопытно продолжить, но пуританская часть ее «я» запротестовала.

– Я принадлежу тебе, также как ты принадлежишь мне, – тихо заметил Фрэнк. – Неужели тебе не любопытно обнаружить то, чем отличаются наши тела?

– Любопытно, – не без некоторого колебания призналась Лилиан.

Его губы, разделившись, целовали брови девушки.

– Раз так, то обнаружь эти различия сама, – прошептал он.

Девушка прижалась щекой к его груди и позволила, как бы нехотя, проникнуть своим рукам под его ремень. Мужчина вздрогнул слегка, почувствовав теперь уже очень интимное прикосновение, и это остановило продвижение ее ищущих пальцев. Фрэнк справился с собой и не дал ей убрать руки оттуда, куда они уже добрались.

– Все хорошо, – взволнованно бормотал он, упершись губами куда-то в ее затылок. – Малышка, я не привык к таким ласкам в той же мере, как и ты, – признался он.

– Ты не привык? – не поверила Лилиан.

– Это правда, – твердо сказал Фрэнк. – То, что мы делаем друг с другом, совершенно ново для меня. Как и вот это конкретное ощущение. Лилиан, когда мы с тобой занимаемся любовью, я такой же новичок в этом, как и ты. Твои прикосновения так же приятны и необычны для меня, как и мои для тебя.

– Я с трудом верю в это, – призналась девушка. Ее ласки делали это мужское тело еще более мужественным и в то же время очень податливым. Он сглотнул слюну и вздрогнул.

– Я сделала тебе больно? – взволнованно прошептала Лилиан.

– Нет! – запротестовал Фрэнк неестественным голосом, – просто в этом месте у меня, наверное, повышенная чувствительность. Пожалуйста, не останавливайся.

Его губы искали ее нежный рот. Он раскрыл ее уста длинным нежным поцелуем, которому, казалось, не будет конца. Одновременно он подтолкнул ее руку к молнии, и когда она была расстегнута, Лилиан через тонкую ткань дотронулась до его мужского естества, Фрэнк громко застонал. В тот же момент два тела, переплетясь руками и ногами, упали на диван и сообща начали борьбу с мешавшими им поясами, рубашками, джинсами и прочими предметами туалета.