Любовь и прочие неприятности - Киран Крамер

Сисси достала телефон, замерла, а потом убрала обратно, почувствовав себя очень глупо.

– Но моей бабушке он нравится, – сказала она в свое оправдание. – Благодаря ему она спит на удобной кровати и в отдельной комнате. Не хочу ее расстраивать.

Энн просияла:

– Да, значит, ей лучше остаться у него. Но как насчет вас? Вы переедете?

Черт бы побрал этих телевизионщиков! Они знают толк в подстрекательстве.

– Могу, конечно, – признала Сисси, – но семье лучше держаться вместе. К тому же мой внезапный отъезд станет лишь новым поводом для сплетен.

И это правда. Сисси ни за что не оставила бы Нану и Декстера в чужом доме. Да и просто глупо съезжать от потрясающе красивого умелого любовника. Но ведь дело же не в Буне, правда?

«Не ври себе, – твердил неумолимый внутренний голос. – Пусть ты и заботишься о Нане, но остаться ты хочешь из-за него. Не ври, не ври, не ври!»

– Я знаю, каково жить в маленьком городе, – покачала головой Энн. – Сама родилась в таком. Так что очень хорошо вас понимаю.

Сисси опустила руки на кленовый стол – тот самый, за которым сидели библиотекари многих поколений, – и сказала:

– Я хочу сделать акцент на причины, по которым решила баллотироваться в мэры. Жизненные обстоятельства тут ни при чем. Мне жаль, если вам это не понравится, но я не хочу освещать в интервью детали моей личной жизни.

Наконец на лице Энн промелькнула тень беспокойства.

– Хорошо. – После долгой паузы она собралась с мыслями и объявила: – Вот что я предлагаю: мы останемся беспристрастны. Сконцентрируемся на политических позициях двух мэров. Мы упомянем, что вы живете вместе, и объясним почему. Пожалуйста, согласитесь на эти условия. Вы сможете рассказать всей Америке, почему необходимо сохранить вашу библиотеку. Они не смогут проголосовать за вас, но ваше заявление может повлиять на обстановку в их городах.

Это был убедительный аргумент.

– Хорошо, – с неохотой согласилась Сисси. – Я согласна. Но рассчитываю на то, что вы не нарушите данное обещание, Энн.

– Уверяю вас: будь я мелким репортеришкой, который хватается за самые грязные сплетни, не видать мне такого успеха.

Сисси почувствовала себя лучше.

– А сейчас я хочу, чтобы вы немного собрались, – добавила Энн. – Будет весело.

– Весело?

Сисси снова запаниковала, когда увидела, как оператор направляет на нее камеру. Осветитель все это время был занят своей работой, но сейчас наконец закончил.

– Нам нужно вас немного подкрасить, – продолжила Энн, и гример выступила вперед. – После того как отснимем материал на рабочем месте, встретимся с мэром Бреддоком, а уже потом начнется интервью.

Съемки продолжались, даже когда в библиотеку пришли Салли и Хэнк Дэвис. Подруга едва не лишилась чувств, увидев Энн, а Хэнк Дэвис принялся вопить что есть мочи.

Чуть позже пришли другие посетители – две девушки-подростка, любительницы современных мрачных фантастических романов о недалеком будущем. Сисси говорила быстро, на одном дыхании. Оператор заснял, как она записывает выбранные подростками книги в старые библиотечные карты, как те расписываются за каждую книгу и как она убирает карты обратно в стол.

Он также запечатлел на камеру всю библиотеку – изнутри и снаружи. Сисси была горда показать ему архив, где одно письмо, написанное ее предком, подробно рассказывало о роли Кетл-Ноба в сражении у Кингс-Маунтин во время Войны за независимость. Письмо это было помещено в рамку и висело на стене.

– А предки Буна участвовали в сражении?

Сисси поняла, что Энн впечатлена, и кивнула:

– А наша семья написала об этом и сохранила архивы. Вот они. Здесь только оригиналы.

– Здорово!

Сисси поняла, что впечатление на Энн произвел не столько вклад ее семьи в историю города, сколько отвага предков Буна, но к этому она привыкла. Тихие ученые всегда остаются в тени больших неопрятных мародеров, чьи поступки они запечатлели на бумаге.

– Вы уже виделись с Буном? – сдалась перед любопытством Сисси.

Глаза репортера загорелись.

– О да. Он достойный образец современного мужчины с гор.

Сисси едва сдержала смех. Если бы это слышал Бун, то хохотал бы до упаду. Однако вспышка ревности все-таки пробудила в ней гнев, и она не удержалась посмотреть, есть ли у Энн обручальное кольцо.

«Черт, она не замужем!»

Возможно, отступать уже поздно.

Оператор все еще снимал библиотеку – в данный момент камера была направлена на украшенный узорами старинный потолок, – и Сесси решила, что ей очень повезло.

Она хотела прославить Кетл-Ноб на всю страну, и ей представился шанс.

Бун удивлялся, как вообще мог согласиться на это интервью. Поначалу он порывался отказаться, но родители неустанно убеждали, что это пойдет на пользу городу, и Бун сдался.

– Ради всего святого, ты же мэр! – сказал ему отец, когда вся семья собралась за завтраком дома у Буна. Почти каждую минуту Фрэнк подносил к носу платок, очевидно опасаясь, чтобы у него не началась аллергия на кота. – Если упустишь этот шанс, дашь повод думать, что не гордишься своим городом.

Сисси дома уже не было. Она уехала раньше, чем Бун встал, однако он все же слышал, как гудела машина, виляющая по элегантной дороге, ведущей в город. Нана осталась наверху смотреть «Сегодня» с Декстером.

– Не исключено, что они хотят раздуть из этого целую историю о вас с Сисси Роджерс, – сказала мать, – но это полностью твоя вина. Поэтому теперь ты должен развеять причины для слухов. Кстати убавь звук – телевизор работает слишком громко.

– Нам нравится «Доброе утро, Америка!», – возразил Фрэнк.

Ну разумеется, Бреддоки и Роджерсы предпочитают разные утренние программы. Но вскоре и тех и других покажут в одной.

– Мы хотим заснять настоящую Северную Каролину, – говорила позже Энн Сисси и Буну. Они встретились в городском бельведере – отличном месте для проведения интервью. – Вот почему мы говорим о предвыборной кампании здесь, на городской площади, а после заснимем гонки на вездеходах и рафтинг^[9], а также, быть может, даже послушаем кантри.

– Вы ведь нас просто дурачите, да? – спросил Бун оператора.

Парень пожал плечами.

– Нет, – ответила Энн. – К тому же в городе есть бар…

– Он называется «Лог кэбин». – Лицо Сисси побелело.

Далеко не всем нравится рафтинг, и Бун решил, что Сисси как раз из таких. Или, быть может, ей не нравится гонять на вездеходах. Вряд ли, в конце концов, она так смутилась из-за кантри. Он подавил порыв обнять и подбодрить своего оппонента, потому что Энн обладала взглядом коршуна и только и ждала малейшего проявления романтического чувства между ними.