Наследие - Кэтрин Уэбб

– Хорошо бы. Не чувствовать, что тебя наказывают, – чуть заметно улыбнулась Кэролайн.

– Ешь еще, пей еще, – подбодрила ее Сорока, тоже с улыбкой.

Они сидели вдвоем за кухонным столом под звуки дождя, хлеставшего за окнами. По подбородкам у обеих тек арбузный сок. Вскоре Кэролайн ощутила прохладу – блаженное чувство, зародившись где-то внутри, хлынуло наружу, освежая ее измученную, обожженную кожу.

Кобылу мышастой масти, невысокую, со стройными ногами, компактным телом, широкой грудью, напоминавшей бочонок, и тонкой шеей, звали Кларой. Она была уже немолода и принесла Корину с полдюжины жеребят. Все они выросли и стали превосходными верховыми лошадьми, за единственным исключением – один жеребенок оказался совершенно диким. Никто так и не смог с ним справиться, и он успел поломать кости многим славным объездчикам мустангов, пока наконец сердце его не разорвалось, отравленное собственной яростью.

– В тот день, когда это случилось, Клара понурилась и загоревала, хотя жеребчик-то к тому времени жил на другом конце Вудворда, – рассказывал Хатч, пока Кэролайн боязливо поглаживала кобылу по костлявой морде.

Утреннее солнце сияло, в воздухе стоял едкий запах конского пота и кожаной упряжи. Кэролайн поглядывала на объездчика из-под капора. Глаза Хатча, казавшиеся блестящими щелками, прятались между кустистыми бровями и гусиными лапками морщин. Отметины на его лице были резкими и глубокими, а ведь Хатч был немногим старше Корина.

– Вы полагаете, она почувствовала, что ее дитя умерло? Как печально, – вздохнула Кэролайн.

– Думается мне, она почувствовала. Инферно, так мы его прозвали, жеребенка того. Он был огненный, а если кто к нему подходил, то смотрел в глаза, да так, что мужчины вздрагивали.

– Какой ужас! Такое кроткое животное, как Клара, произвело на свет такого злобного отпрыска. Как это возможно?

– У многих душегубов матери были добродетельными и богобоязненными женщинами. Сдается мне, это касается и людей, и лошадей, – развел руками Хатч. – Но Клара-то и мухи не обидит. Можете сесть на нее верхом, кричать во весь голос и лупить ее стеком, а она все равно не затаит на вас зла.

– Ну и что? Я все равно не собираюсь делать ничего подобного! – рассмеялась Кэролайн.

– Непременно нужно сделать – сесть верхом, я хотел сказать, – добродушно усмехнулся Хатч.

– О нет! Мне казалось, сегодня я только учусь седлать ее? – В голосе Кэролайн послышалась тревога.

– Все верно, и это займет пять минут, не больше. А какой, скажите, смысл седлать лошадь, если никто не собирается сесть в седло?

– Хатч, я… Не знаю, получится ли у меня… – заикаясь, пробормотала Кэролайн.

– Проверить можно только одним способом – попробовать это сделать. – Голос Хатча звучал почти нежно. Взяв Кэролайн под локоть, он чуть подтолкнул ее к лошади: – Давайте, миссис Мэсси. Нельзя быть женой хозяина ранчо и не уметь держаться в седле. А бояться тут нечего. Не сложней, чем сидеть на стуле.

– Стулья не бегают! И не брыкаются! – возразила Кэролайн.

– Это верно, так ведь они и не доставят вас из пункта А в пункт Б вдвое быстрее, чем поезд, – хохотнул Хатч. Улыбка у него была хитроватая, но дружелюбная, и, когда он подал Кэролайн руку, она почувствовала, что просто никак не может не опереться на нее.

– Я все же не уверена, – промолвила она тоненьким от страха голосом.

– Через десять минут вы будете удивляться, из-за каких пустяков волновались, – уверил Хатч.

Подставив руку, он подсадил ее в дамское седло. Бледная от страха Кэролайн сидела не шевелясь и боялась, что лошадь вот-вот сбросит ее на песок. Хатч показал ей, как упираться правой ногой в луку седла, а левой – в стремя, чтобы добиться равновесия и чувствовать себя увереннее.

– Вот теперь хорошо. Удобно? – спросил он.

– Не совсем, – ответила Кэролайн, однако на лице у нее забрезжила слабая ответная улыбка.

– А теперь толкните-ка ее каблуком, ослабьте поводья и скомандуйте: «Пошла, Клара!»

– Пошла, Клара! Пожалуйста, – произнесла Кэролайн, стараясь, чтобы голос звучал как можно убедительнее, и тихонько взвизгнула, когда кобыла послушно двинулась вперед.

– Ну вот, вы и едете верхом! – воскликнул Хатч. – Только расслабьтесь, не бойтесь, она никуда не ускачет. Спокойно, миссис Мэсси! – окликнул он снова, шагая рядом и одной рукой держа поводья. – У вас все пойдет как по маслу! – подбодрил он Кэролайн.

Полчаса Хатч водил лошадь с сидящей на ней Кэролайн по пустому коралю. Клара ступала твердо, безропотно останавливалась и снова шла, беспрекословно поворачивала налево и направо без малейшего намека на недовольство. Кэролайн тоже выполняла то, что ей велели, пытаясь все запомнить. Она старалась, как учил Хатч, чувствовать движения лошади как свои собственные, но не могла избавиться от мысли, что животное злится на нее и воспользуется первой возможностью, чтобы сбросить на землю. Спину и ноги у нее сводило от напряжения, а когда она сказала об этом Хатчу, он смерил ее дамское седло презрительным взглядом:

– Что ж, в первый раз так всегда бывает. Но, честно говоря, миссис Мэсси, вы бы куда удобнее и лучше себя чувствовали в нормальном седле, чем в этом…

– Верхом ездят мужчины. Леди пользуются такими седлами, – отрезала Кэролайн.

– Как скажете, – пожал плечами Хатч.

В этот миг Кэролайн увидела Корина, который скакал к ним со стороны выгона вместе с двумя объездчиками лошадей. Черная шерсть Потаскухи лоснилась на солнце, по ногам кобылы струился пот. Кэролайн выпрямилась в седле, села ровнее и застыла от напряжения. Ковбои, чьих имен она до сих пор не могла запомнить, приветствовали ее, приподняв шляпы. Их лошади пошли медленнее, и на какое-то мгновение Кэролайн испугалась, что ковбои вот-вот остановятся и станут наблюдать за ее уроком верховой езды. Она ответила на приветствие, махнув рукой, скулы стали пунцовыми. Эти люди скакали так же легко, как готовила и хлопотала по дому Сорока, они держались в седле совершенно естественно, будто их тела были специально созданы для этого. К ее огромному облегчению, ковбои поскакали дальше к корыту с водой, а к изгороди кораля подъехал лишь Корин:

– Вот так сюрприз! Что я вижу! Ты удивительно хороша в седле, моя ласточка! – Сияя, он снял шляпу и вытер пот с разгоряченного лба.

– Хотите продолжить? – спросил Хатч, и Кэролайн кивнула. – Что ж, тогда поехали. Вы знаете, что нужно делать.

Осторожно и неуверенно Кэролайн потянула поводья, и кобыла медленно пошла вдоль изгороди.

– Потрясающе, Кэролайн! Как я рад наконец-то видеть тебя в седле! – восторгался Корин.

– Мне никогда не оседлать ее самой – сбруя такая тяжелая! – Кэролайн улыбалась, все еще беспокойно.

– Ну да, правильно, так и должно быть. Но ты только кивни любому из моих парней, и тебе любой с радостью поможет. Поблизости всегда кто-нибудь есть, и каждый из них из кожи вылезет, чтобы помочь такой красавице.