Искушение любовью - Эйлин Драйер

В руках джентльмен держал какие-то бумаги.

– Прошу прощения, сэр,  – казалось, несколько смутился Алекс. – Я думал, что вас еще нет дома.

Джентльмен оглядел вошедших с вежливой улыбкой.

– Домашние приемы так скучны. Я буквально только что вернулся.

– Надеюсь, ты не будешь против моих гостей,  – сказал Алекс, провожая Фиону чуть вперед.

Линни при этом снял цилиндр, а миссис Куик сделала книксен.

– Конечно, нет,  – взмахнул руками пожилой джентльмен. – Представь меня, пожалуйста.

Прежде чем выполнить просьбу отца, Алекс обратился к Мейрид:

– Ты уж прости меня, но в данном случае не обойтись без официальных обращений. Леди Фиона, леди Мейрид, позвольте представить вам моего отца, сэра Джозефа Найта. Отец, это леди Фиона и леди Мейрид Хоуз, но они предпочитают, чтобы их называли Фергусон.

– Прекрасно. Рад познакомиться,  – улыбнулся сэр Джозеф и элегантно поклонился.

Фиона слегка подтолкнула локтем сестру, и они обе присели в легком реверансе, причем Мейрид ухитрилась это сделать с прижатой к груди подушечкой.

– Он сэр Джозеф Найт, а вы лорд Уитмор…

– Дело в том, что сэр Джозеф усыновил меня, когда мне было девять. Но другого отца я бы не хотел,  – удовлетворил ее любопытство Алекс.

Мейрид какое-то время рассматривала обоих мужчин, а потом вдруг произнесла:

– Ха… Интересно.

Прозвучавшее в странной реплике сестры удивление поняла только Фиона – как и у Мейрид, ее воспоминания об отце сводились к некой бесформенной массе, копошащейся у входной двери и дурно пахнущей алкоголем.

Между тем Алекс представил остальных гостей:

– Это их экономка миссис Куик, а это Линни, который помогал нам. Скоро должен прийти Франшем, еще один мой помощник, и Чаффи.

– Мы уже здесь,  – услышала Фиона раздавшийся в дверях голос и, обернувшись, увидела буквально влетевшего в прихожую Чаффи и следовавшего за ним Франшема.

– Слышал. Плохие дела. Апельсины. Следовало знать,  – сбивчиво говорил Чаффи.

Алекс нахмурился.

– Апельсины? Что тебе следовало знать?

Но друг, даже не взглянув в его сторону, не останавливаясь, подбежал к Мейрид, которая чуть вздрогнула, когда он взял ее руку в свою и спросил, с тревогой вглядываясь в лицо:

– Мисс Мейрид, как вы? Все в порядке? Я здесь, чтобы помочь.

Фиона заметила, как напряглась сестра, и, опасаясь, как бы ее милая, на взгляд посторонних, растерянность не переросла в болезненную дрожь, поспешила было на помощь, но тут же остановилась. Мейрид чуть-чуть отошла от Чаффи, а затем вновь приблизилась, доверчиво посмотрела в глаза, улыбнулась и поправила очки на его носу.

– Да, пожалуйста, помогите. У нас теперь нет дома.

На лице Чаффи появилась такая светлая и трогательная улыбка, что Фиона чуть не прослезилась.

– Я знаю. И очень сожалею,  – произнес он тихо.

– Полагаю, что всем твоим гостям требуется место, где они могли бы отдохнуть,  – заметил сэр Джозеф.

Фиона увидела несколько нерешительную улыбку Алекса.

– На день-два, я полагаю…

– Молодой человек, возьмите это в свои руки, пожалуйста,  – сказал сэр Джозеф, кивая Линни. – Мы должны немедленно подготовить комнаты.

Фиона, украдкой наблюдая за Мейрид, убедилась, что сестра не спускает глаз с Чаффи. Тот достал из кармана носовой платок и принялся стирать остатки сажи с ее лица. Фиона резко повернулась в их сторону, повинуясь инстинктивному желанию защитить сестру, как делала всегда, и оттолкнуть от нее мужчину, но Мейрид была, как никогда, спокойна, и ей пришлось остаться на месте.

– Благодарю вас, сэр Джозеф. – Фиона обернулась к отцу Алекса. – Я хотела бы уложить сестру в постель, если не возражаете: она пережила ужасную ночь.

Она вспомнила о совсем недавно прекратившихся завываниях сестры и взмолилась про себя, чтобы они не возобновились. Еще важнее, как она подумала тут же, ей самой не потерять контроль над собой. Это единственное оружие, которое было у них для защиты. Ведь произошедшее в сгоревшей школе в Блэкхите, где она позволила себе расслабиться, хуже того, что было в Мейфэре.

– Я позову миссис Сомс. Вы не против, сэр? – раздался надтреснутый старческий голос от обитой байкой двери, и всем стало ясно, что они разбудили и дворецкого.

– Конечно, Сомс,  – ответил сэр Джозеф, радостно замахав руками. – Нужны комнаты для всех.

Чаффи, не выпуская руки Мейрид, обернулся к Алексу.

– Охранники здесь. Финни настоял.

– Ты ему сообщил? – спросил Алекс у Франшема.

– Он уже знал,  – ответил, пожимая плечами, тот. – Сказал, что это не ваша вина… то, что случилось.

– Что случилось? – тут же вмешался в разговор сэр Джозеф.

Фиона вздрогнула. Ей вновь припомнилось то страшное, что когда-то произошло; она даже будто бы ощутила сгустки крови на своей ночной рубашке.

– Я все объясню, после того как разместят леди. Извини. Ведь теперь не приходится рассчитывать на то, что ты проведешь день-два в клубе, чтобы не ввязываться во все это.

Глаза отца блеснули сталью.

– Конечно, нет. Тем более что я обязан позаботиться о честном имени леди. Ведь это дом джентльмена.

Алекс кивнул:

– Мы можем пригласить леди Би.

Сэр Джозеф нахмурился:

– Вы хотите подвергнуть риску и эту милую леди?

Оба молодых мужчины фыркнули, оценив шутку, и после этого в комнате наступило неловкое молчание, которое нарушила Фиона.

– Линни, не мог бы ты проводить нас наверх?

Все с удивлением уставились на нее, особенно сам Линни.

– Возьмите мои книги,  – напомнила Мейрид. – Они довольно тяжелые. А мне надо лечь, Фи. Пожалуйста. Я устала. Ты понимаешь? Это было… так долго…

Как оказалось, сэр Джозеф обладал настоящим талантом приспосабливаться к исключительным ситуациям. В течение несколько минут миссис Куик была устроена в небольшой комнате служебного крыла, Франшем отправлен с посланием к леди Би, а Линни потащил наверх дорожный чемодан Фионы, ударяя его чуть ли не о каждую ступеньку.

Фиона повела Мейрид в их спальню, но, поднявшись на несколько ступенек, остановилась, увидев, что Алекс взял Чаффи за руку и отвел чуть в сторону.

– Апельсины? – услышала она его вопрос. – Что ты имел в виду?

Чаффи устало прикрыл глаза.

– О да. Ты не был там тогда. А я знаю. Мина Феррар, старик. Она балуется такими штуками. Необходимо разобраться с этим. Сдается, что мы видели ее новую роспись.