Леди полуночи - Тесса Дэр

Так и есть: вот они, две четкие красные точки – следы от укуса, как раз у основания кисти. Место вокруг укуса уже опухало и наливалось кровью.

– Пойдем скорее к тебе. У тебя есть аптечка? Это место надо обработать, и немедленно.

– Это всего лишь укус гадюки.

– Всего лишь?

Торн пожал плечами.

– Просто царапина.

– Царапина, полная яда. – Кейт потянула его к донжону.

– Я большой: чтобы свалить меня с ног, потребуется намного больше, чем две капли яда.

Тем не менее Торн послушно пошел за ней к башне, в которой располагалось его жилище, а когда открывал дверь, задел ее плечом. Кейт заметила, как он оступился и привалился к двери.

– Голова кружится?

– Нет, просто… зацепился ногой. Дай мне минуту.

Ни в коем случае! Рука отекала на глазах, поэтому нельзя было терять ни секунды.

Вытащив из-за стола единственный стул и приставив к стене, Кейт приказала:

– Садись!

Торн не двинулся с места, и ей пришлось, ухватив за здоровую руку, тянуть его к стулу самой.

Уф! Ей едва это удалось. Господи, это же прямо гора – сплошь мускулы.

– Я в порядке, – попытался было он протестовать.

– А я вот беспокоюсь, так что можешь посмеяться надо мной.

Баджер устроился у его ног и, обнюхав сапоги, тихонько заскулил.

Как только Торн уселся, Кейт потянула его за рукав.

– Придется снять китель.

Начала она с пострадавшей правой руки, осторожно стягивая красный шерстяной рукав. По его широким мускулистым плечам пробежала невольная дрожь – признание опасности, перед которой он оказался, несмотря на всю свою мощь и силу. Кейт содрогнулась в ответ.

Пока она, положив пострадавшую руку на стол, осматривала запястье, Торн, изловчившись, высвободил левую руку, так что китель соскользнул на пол. Он проводил его взглядом, однако наклоняться, чтобы поднять и расправить, не стал.

– Возможно, все закончилось не так хорошо, как мне показалось, – сказал он вдруг.

Сердце у нее заколотилось еще сильнее: должно быть, ему действительно очень плохо, если уж сам признал это.

Кейт взяла со стола нож с зазубренными краями и резким взмахом распорола рукав на его сорочке, обнажив руку до локтя, уже отекшую и покрасневшую. Нужно было поскорее наложить жгут. Только вот где его взять?

Когда Кейт подняла голову, чтобы спросить об этом, слова застряли в горле. В лице у Торна не было ни кровинки. На лбу выступили мелкие капельки пота, дыхание стало прерывистым. Дрожащими руками она распустила на нем галстук, и он помог ей, откинув назад голову. Кончиками пальцев Кейт коснулась свежевыбритой шеи и ощутила слабое биение пульса, словно бабочка взмахнула крыльями под кожей.

Адамово яблоко дернулось, и раздался его хриплый голос:

– Ты решила меня раздеть.

– Ничего не поделаешь.

– Я не против.

Он еще и шутит! Стащив с него галстук, Кейт сложила вдвое получившуюся полоску и наложила импровизированный жгут чуть пониже локтя. Торн тихо застонал от боли, а Кейт, вся в поту от усилий, оглядывая комнату, спросила:

– Где твоя аптечка?

Торн показал глазами на видавший виды деревянный сундучок на верхней полке, и Кейт пришлось встать на цыпочки, чтобы до него дотянуться. Когда же она обернулась, то чуть не выронила сундучок из рук. У Торна в левой руке оказался нож, и, нахмурившись, он сосредоточенно прижимал его острие к покрасневшему распухшему запястью.

– О, не надо!

Торн поморщился и, вонзив нож в рану, зарычал от боли сквозь стиснутые зубы, но рука его не дрогнула. Прежде чем Кейт успела подскочить к нему, он повернул острие на четверть оборота и еще раз рассек опухоль. Кровь хлынула из крестообразной насечки.

Отшвырнув нож, он опять привалился к стене, с трудом переводя дыхание.

Она поставила сундучок на стол.

– Зачем ты это сделал?

– Потому что ты не смогла бы.

Кейт понимала, что он все сделал правильно: выпустить кровь – и яд! – из опухоли необходимо, чтобы не дать ей распространиться дальше, – и была благодарна ему. При виде такого количества крови она на мгновение приросла к полу. Пару раз ей приходилось помогать лекарю, так что кое-что она знала и умела, но чтобы такое… Ситуация отчаянная, и что делать – неизвестно.

Он ведь может умереть!

Тошнота подкатила к горлу, и Кейт усилием воли приказала себе успокоиться.

В сундучке обнаружилась чистая полоска марли, и Кейт промокнула ею кровь, сочившуюся из раны.

– Перевязывать не надо, – сказал Торн. – Пока не надо.

Она кивнула.

– Я знаю. Что будем делать?

– Ты возвращайся в деревню, а я… как будет Господу угодно: либо умру, либо нет.

Слова прозвучали настолько абсурдно, что она едва не поперхнулась.

– Ты с ума сошел? Никуда я от тебя не уйду.

Кейт бегло осмотрела пузырьки и флакончики в сундучке, с трудом разбирая полустершиеся надписи, но все оказались незнакомыми.

– Ты сказал, что у тебя есть четыре книги: наверняка одна по медицине.

Торн кивнул в сторону полки. Она подошла к ней и обнаружила зачитанный до дыр воинский устав, покрытую пылью Библию, подшивку географических журналов и…

– Ага. – Она вытащила толстый черный том, но когда взглянула на обложку, надежда ее вмиг угасла. Это оказался справочник «Лечение болезней и травм у лошадей и рогатого скота». – Торн, но это же пособие по ветеринарии.

– Ну да. Меня так и называли: «животное». – Он закрыл глаза.

Кейт решила, что сейчас не время привередничать, и, быстро пролистав книгу, нашла раздел об укусах змей и насекомых.

Вот оно! Укусы гадюки. «Укусы гадюки редко бывают смертельными». Что ж, это обнадеживает, хотя она испытала бы большее облегчение, если бы прочитала, что «укусы гадюки никогда не приводят к смерти». А так для нее это «редко» означало, что укусы змей все же бывают смертельными, и Торн вряд ли обрадуется, став исключением из правил.

Но он молодой, здоровый и сильный, очень сильный, так что должен справиться.

В книге предлагалось несколько способов лечения.

Кейт громко прочла:

– «Прежде всего необходимо выпустить кровь из раны». Мы это сделали, правда ведь? Отлично! – Она нетерпеливо откинула прядь волос от лица и продолжила: – «Взять горсть травы ясменника, немного горечавки и руты, прокипятить в небольшом количестве жидкости с испанским перцем и несколькими веточками ракитника, затем процедить, смешать с белым вином и настоять в течение… – Кейт вдруг зарычала. – …в течение часа».