Одержимый любовью - Лора Лэндон

– Прекрасная комната, Джонас. Мне очень нравится.

– Я рад, поскольку надеюсь, что в один прекрасный день эта комната станет твоей, – сказал он, чувствуя, как мягкое тепло окутывает его сердце.

– Мне будет очень хорошо здесь. Комната великолепная.

Джонас видел, что Селия говорит это искренне, и чувствовал, как в жилах закипает кровь.

– Может быть, ты хочешь посмотреть другие комнаты, по крайней мере те, что уже готовы?

– За этим я сюда и приехала.

– Отлично. Хардли с тобой? – посмотрел на дверь Джонас. – Не могу представить, что он застрял где-то сзади, если леди Аманда рядом.

– Нет, – засмеялась Селия, – Хардли не приехал. И Аманда тоже не приехала.

– Хардли разрешил тебе приехать одной? – удивленно поползли вверх брови Джонаса.

– Он умчался рано утром. У него какое-то важное дело с управляющим. Хардли сказал, что это займет весь день, и он вернется только к ужину.

– А леди Аманда?

– У нее разболелась голова.

– Почему у меня такое ощущение, – Джонас сложил руки на груди и прищурившись посмотрел на Селию, – что головная боль леди Аманды прошла в ту же минуту, как только ты покинула дом?

– Наверное, потому что ты понимаешь, как быстро Аманда выздоравливает от любой болезни? – невинно произнесла Селия.

– И почему мне кажется, – закатил глаза Джонас, – что Хардли понятия не имеет о твоем здесь присутствии?

– Потому что ты очень подозрителен?

– Нет, моя дорогая. Потому что я, не в пример другим, знаю твоего брата. Он никогда бы не разрешил тебе приехать сюда одной, без сопровождающего. Он посчитал бы эту затею, по крайней мере, опасной. Как, впрочем, и я тоже.

Селия дерзко надула губы. Джонас не смог удержаться, обнял ее за плечи и прижал к себе.

– Какую отговорку ты для него придумала? Что намерена остаться с леди Амандой, пока та не почувствует себя лучше?

Селия вскинула голову. Джонас знал, что она хотела заглянуть ему в глаза, но не могла. Поскольку понимала: он увидит ложь, которую она собирается сказать.

– Едва ли Хардли поверил бы, будто я осталась дома с Амандой из-за такого незначительного недомогания, как головная боль.

– Он поверил бы всему сказанному тобой, посчитав, что ты не способна говорить одно, а делать другое.

– А ты?

– Я знаю, ты такая же изобретательная, как и леди Аманда, – еще теснее прижал ее к себе Джонас. – И так же, как она, способна попадать в неприятности.

– Понятно, – в замешательстве закусила нижнюю губу Селия. – В конечном счете, это может стать проблемой.

– Не сомневаюсь, что это станет проблемой. Ты увидишь, что я не такой доверчивый, как твой брат.

– Это весьма печальная новость, милорд.

– Так и задумано. Твой брат видит тайного вдохновителя всех твоих неприятностей в лице леди Аманды. Я бы поспорил на крупную сумму денег, которых у меня нет, что ты несешь такую же ответственность.

– Я поражена, милорд, – освободилась из его объятий Селия. – Меня удивляет ваша уверенность, будто я способна на подобную хитрость.

– Похоже, в ближайшие несколько лет я обнаружу еще много чего потрясающего. И научусь поражаться твоей изобретательности.

– Надеюсь, – вздернула подбородок Селия и улыбнулась.

Джонас снова заключил ее в свои объятия и улыбнулся в ответ. Он чувствовал, как погружается в изумительную синеву ее глаз, и у него не осталось ни тени сомнения, что спасения от любви, которую он к ней испытывал, не существует.

– По мне, было бы лучше, если бы Хардли не заставил тебя подождать с официальным предложением руки и сердца.

– Просто он хотел дать тебе время убедиться, что ты хочешь выйти за меня замуж. И рассчитывал удостовериться, что я намерен провести капитальный ремонт Хейвуд-Эбби, превратив его в достойный дом для его сестры.

– И ты на это согласился?

– Конечно.

– Разве ты не боялся, что за эти шесть месяцев меня очарует другой кавалер, и ты меня потеряешь?

– Нет. – Джонас прижался губами к ее лбу. – Я посчитал это мудрым требованием. Я хочу, чтобы и ты тоже уверилась в своем выборе, а не думала, будто я поторопил тебя, не дав времени определиться, хочешь ли ты выходить за меня.

– А ты не боялся, что мне может не понравиться Хейвуд-Эбби? И я не захочу, чтобы это имение стало моим домом?

– Нет, – тихо посмеиваясь, ответил Джонас. – Такая мысль не приходила мне в голову. Если бы тебе не понравился этот дом, я бы построил для тебя другой. Такой, какой ты бы выбрала.

– Ты бы это сделал?

– Конечно, – еще раз поцеловал ее в лоб Джонас. – Я все для тебя сделаю, Селия. Тебе нужно только попросить.

– Джонас, – вздернув подбородок, Селия заглянула ему в глаза. – В таком случае я хотела бы попросить тебя об одолжении.

– Как я могу отказать в чем-то такой соблазнительной даме? – Джонас наклонился к ней, и его губы оказались в нескольких дюймах от губ Селии. – О каком одолжении ты хотела меня попросить?

– Поцелуй меня, пожалуйста.

– Это неблагоразумно.

– Я знаю. Но поскольку ты уже предположил, что мои способности по составлению планов соперничают со способностями Аманды, думаю, я докажу, что ты прав. Пожалуйста, поцелуй меня.

Об этом ей не надо было просить дважды. Губы Джонаса коснулись ее губ.

Их прикосновение было мягким, нежным и волнительным для них обоих. Джонас не хотел, чтобы их ласки вышли из-под контроля. Он не хотел, чтобы страсть, овладевшая им, когда он держал Селию в своих объятиях, захватила его до такой степени, что он уже будет не в состоянии сдержаться. Селии эти правила тоже были хорошо известны. Меньше всего Джонасу хотелось, чтобы она чувствовала себя обязанной выйти за него замуж после всего случившегося.

Селия прильнула к нему всем телом, и Джонас крепко прижал ее к себе. Она обняла его за шею и страстно, нисколько не уступая в этом Джонасу, отвечала на его поцелуи. С каждым разом поцелуи Селии становились все глубже, пока сбивчивое дыхание обоих не разожгло в Джоне такой огонь желания, с которым он боялся не справиться.

Господи, он так хотел ее! Он хотел, чтобы она была в его объятиях, в его постели, в его жизни. Хотел, чтобы она стала его женой, его подругой, на всю жизнь и после смерти.

Джонас целовал ее страстно и требовательно, и Селия отвечала ему тем же.

Язык Джонаса проник к ней в рот, и Селия ответила на его вторжение с такой пылкостью, что желание, нараставшее в нем с каждой секундой, грозило выйти из-под контроля. Селия запустила пальцы в его шелковистые волосы и с каждой секундой все больше таяла в его объятиях. Близость ее тела стала испытанием для Джонаса, и его решительный настрой держать свою страсть в узде растворился без следа.