Поцелуй любовника - Мэри Грин

Она игриво ударила его веером по руке.

– Не волнуйся, Ник. Я просто пошутила. Но я не прочь пофлиртовать.

Ник бросил взгляд в сторону Итана, который наклонился к мисс Вайн и чтото шепнул ей на ухо. Молодая леди тихо засмеялась. Что такого сказал ей Итан? Нику захотелось увести брата подальше от невинной молодой девушки, но тут снова вмешалась Делиция:

– Ты меня обидел, Ник. Ты не приехал к нам на Берклисквер и не покатался со мной верхом в парке. Что может помешать тебе увидеться с сестрой, скажи на милость? – Она смерила его взглядом, и Ник почувствовал, что краснеет. – Тактак, у тебя было свидание с дамой?

– Может быть, сестренка, но у наших отношений нет будущего. – Он понизил голос. – Но ты права. Я действительно встретил женщину, которая произвела на меня глубокое впечатление, и мне не стыдно в этом признаться.

– Мне бы хотелось с ней познакомиться! – восторженно захлопала в ладоши Делиция.

– Познакомишься, но не сегодня. Может быть, скоро я приведу ее домой как свою невесту. Я надеялся, что она сразу согласится стать моей женой, но у нее на данный момент другие планы.

– Должно быть, она не слишком умна, если до сих пор не поняла, какой ты прекрасный человек.

«Она знает обо мне коечто, о чем ты понятия не имеешь, – подумал Ник. – И знает, кто скрывается под маской Полуночного разбойника».

– Она не глупа, просто мне не доверяет. Делиция выпятила губки.

– Не понимаю. Ты такой надежный, порядочный человек, Ник. Я всегда тебе доверяла, и отец тоже.

– Любовные отношения не похожи на родственные, и ты это сама поймешь, когда найдешь своего принца. – Он чмокнул ее в щеку. – Развлекайся. И не позволяй Итану ухаживать за мисс Вайн.

– Но ей очень нравится Итан. Мой брат был бы счастлив, если бы у него была такая жена.

Ник похолодел.

– Сомневаюсь, что Итан в ближайшем будущем женится. Помни об этом! И не поощряй флирт мисс Вайн.

Делиция подозрительно сощурилась.

– Ты не хочешь, чтобы Итан женился на порядочной девушке? Почему?

– Я желаю ему всего самого лучшего, но мне кажется, женитьба не входит в его планы. Намекни об этом мисс Вайн, или я сделаю это сам. Ты ведь не хочешь, чтобы он разбил ей сердце?

– Нет. – Наступило неловкое молчание. – Ты говоришь так серьезно, братик. Что такого сказал или сделал Итан, что ты решил, будто он не собирается жениться?

– Ничего, о чем тебе следовало бы беспокоиться. Кроме того, мне кажется, мисс Вайн не в его вкусе. Ему всегда нравились дамы… постарше. – «И женщины легкого поведения», – добавил он про себя. Если бы только Делиция знала, на что способен ее брат!

Делиция задумчиво посмотрела на Итана.

– Я постараюсь присматривать за Калли, но она так счастлива! Ей очень весело в Лондоне. И мне бы так хотелось, чтобы она стала моей сестрой! Она будет Итану прекрасной женой. И он относится к ней очень внимательно и заботливо.

Ник схватил ее за руку.

– Сделай, как я сказал. Придет день, и ты поймешь, почему я тебя об этом попросил. Ты скоро узнаешь правду. Я сам открою ее тебе, если этого не сделает Итан.

Делиция обратила на него свой доверчивый взгляд, и Ник почувствовал себя ужасно виноватым. Ну почему она должна страдать изза своего непутевого брата? Но больше выручать Итана он не будет.

– Теперь я тебя оставлю, сестренка, но помни, я тебя предупредил.

Она горячо пожала ему руку.

– Да, конечно.

Прошло несколько часов. Серина веселилась вовсю. Она танцевала менуэт, кадриль, пила вино и – вопреки тому, что обещала Нику, – флиртовала с королями и рыцарями, понятия не имея, кто скрывается под масками.

Вино ударило ей в голову, и она решила утолить жажду лимонадом. Прохладный воздух из открытого окна освежил ее разгоряченное лицо.

– Ой! – вскрикнула она, когда ктото обнял ее сзади за плечи. Обернувшись, она встретилась взглядом с Ником. Он улыбался. – Ник, ты больше не сердишься на меня? – Ее сердце забилось сильнее, и сладкое, томление переполнило грудь, как всегда в его присутствии. Их недавняя размолвка сразу же забылась, осталась только нежность. Ник говорил, что любовь приносит боль. Он прав: на душе и радостно, и горько, но нельзя поддаваться чувствам.

– Видя, как ты счастлива, я не смог больше притворяться сердитым. Может, пойдем в портретную галерею? Полюбуемся на суровых предков лорда Хесслера и посмеемся над портретами его родственников, – добавил он тихо.

– Это некрасиво, – нахмурилась она, но тем не менее с готовностью взяла его под руку. Держа в руках бокалы с лимонадом, они поднялись по лестнице. Сквозь стеклянный купол можно было видеть звезды на фоне черного неба. – Какой огромный дом! – вздохнула восхищенно Серина, прогуливаясь с Ником вдоль бесконечной галереи портретов, изображавших аристократов, их лошадей и собак.

– Этот господин выглядит так, словно проглотил лягушку, – усмехнулся Ник, проходя мимо портрета напыщенного вельможи.

Серина рассмеялась.

– А эта дама в костюме эпохи Елизаветы так поджала губы, будто ее ущипнули.

– А ты насмешница, Серина, – лукаво заметил Ник.

– Гофрированный воротник, наверное, натирает шею.

– Я рад, что эта мода прошла, – признался Ник. – Нелегко, должно быть, целовать женщину, защищенную таким воротником, – до ее губ невозможно дотянуться. – Ник повернулся к ней. – Мне больше нравится средневековый стиль. По крайней мере мужчина без труда может целовать свою возлюбленную. – Он наклонился к ней, и Серина закрыла глаза.

Его губы впились в ее рот и начали свой обольстительный танец.

– О Боже! – простонал он, стиснув ее плечи.

Ее ладони ласкали его спину, и ей хотелось стянуть с него бархатный камзол и шитый золотом жилет, чтобы ощутить тепло его кожи.

Он откинул вуаль с ее лица и запустил пальцы в роскошные волосы. Корона съехала набок, и Серина тихонько рассмеялась, когда он стал покрывать поцелуями ее шею и виски.

Он поправил корону и взял ее за руку.

– Идем, здесь есть уединенные уголки. Они предназначены для бесед с глазу на глаз, но все знают, для чего они служат на самом деле.

– Для чего же? – насмешливо спросила Серина.

– Для романтических свиданий, – шепнул он ей на ухо и потянул за красную бархатную портьеру.

– Ты серьезно? – удивилась она, оглядывая закуток, погруженный в полумрак. Через узкие высокие окна с улицы проникал тусклый свет. – Это не альков для рандеву, а всего лишь оконная ниша.

– Мы превратим ее в альков, – пробормотал он, садясь на длинную скамейку, покрытую подушками, и привлекая ее к себе.

Вино и любовь окончательно вскружили ей голову, и она со смехом обвила руками его шею.