Как влюбиться без памяти - Сесилия Ахерн

— Да, а что? — Он встал на пороге моей спальни. Никогда он не переступает его, подсознательно не желая вторгаться в мое личное пространство. Мне нравилось это его уважительное отношение к идее границы.

Я было подумала, что можно приготовить что-нибудь изысканное и незаметно пронести в ее квартиру, но если там вдруг окажется Шон, то все пойдет насмарку.

— Хорошо бы узнать, где она будет в свой день рождения. Как бы это выяснить? Может, спросишь у кого-то из ее друзей? Но ненавязчиво, чтоб не привлекать внимания.

— У нас дни рождения в одну неделю, и обычно мы отмечали их вместе, — сердито сказал он. Потом выдохнул, чтобы сбросить раздражение. — Подруги ведут ее в «Эли Брэсери» на Гранд-Канале.

— А ты откуда знаешь?

Он сделал невинное лицо:

— Просто знаю.

— Адам, — грозно произнесла я, — тебя же просили: не общайся с ней!

— Я и не общался. Просто прослушал сообщения на голосовой почте Шона.

— Как же тебе, интересно, это удалось?

— Потому что Шон идиот, и он никогда не меняет пин-код. Я слушаю его сообщения начиная с понедельника.

Я потрясенно открыла рот.

— Никогда бы не подумала, что ты на такое способен.

— Значит, ты тоже никогда не меняешь пин-код.

Я мысленно отметила, что надо срочно это сделать.

— Не вижу разницы, ты же их все равно слушаешь. — Я вспомнила про то сообщение, которое он стер. Меня страшно мучило, что же там такое наговорил Барри, но спрашивать у Адама я больше не собиралась. В частности, потому что боялась — а вдруг он все же ответит. — Ладно. И что же ты узнал из этих сообщений?

— Ну, Шон переживает, что Мария отдалилась от него, он почувствовал это в воскресенье, когда я узнал про них двоих, но в последние дни это тревожит его все больше. Они временно не общаются — я так понял, она взяла паузу.

— Из-за тебя, — прошептала я.

Адам пожал плечами, но глаза его заблестели.

— Да, Адам! — Я подняла обе руки вверх.

Мы весело хлопнули ладонью об ладонь, а потом он обнял меня.

— Спасибо тебе, — прошептал он мне в ухо, а потом крепко обхватил вокруг талии.

Я чувствовала, как вздымается его грудь.

— Не за что. — Мне не хотелось отдаляться, но я высвободилась из его рук. — А теперь займемся делом.

— И что мы будем делать?

— Ну, дорогой мой, в прошлом году ты свозил ее в Париж, а в этом ты испечешь ей деньрожденьский пирог.

* * *

Замок Хоут, в котором проходят занятия знаменитой кулинарной школы, был построен в 1177 году. Здесь всегда полно народу, и эта пятница не стала исключением. Все, кто пришел сюда в тот вечер, разделились на пары — без различия по полу и возрасту. Три двадцатилетние девушки составляли отдельную группку, и когда мы с Адамом вошли в класс, они весело захихикали.

— Кристина! Привет! — радостно воскликнула незнакомая женщина — крупная, круглая, с сияющей улыбкой на милом добродушном лице. Я понятия не имела, кто она такая.

— Это же я, Элейн.

Тут до меня наконец дошло — это же дама-Дракула, я видела ее в книжном у Амелии, когда она замогильным голосом читала детям ужасную историю. Как я знала, она помогала Амелии в магазине после смерти матери.

— У меня здесь свидание, — прошептала она, чтобы ее кавалер не услышал. Но слишком громко, так что он все понял.

Я протянула ему руку и сразу поняла, что он гей.

— Я с ним познакомилась на курсах «Как влюбиться без памяти».

— На каких курсах?

— Ты что, не знаешь про них? Господи, да туда все девушки ходят, и многие мужчины тоже. Именно поэтому я туда и пошла, — потихоньку сообщила она.

Она хихикнула и гордо ткнула в него пальцем, а потом снова захихикала. И при этом хрюкнула, отчего в ужасе закатила глаза и зажала рукой рот. Двадцатилетние девицы расхохотались, и одна из них сказала что-то очень остроумное, глядя на Адама, а две другие вызывающе на него пялились. Он посмотрел на ту, что стояла поближе, и улыбнулся.

— А это Адам, — громко сообщила я, положив ему ладонь на рукав. — Адам, это Элейн. Она мне только что рассказала про курсы, на которые она ходит, называются, представь себе, «Как влюбиться без памяти».

— Ой, там потрясающе! У меня занятия ведет Ирма Ливингстоун, ну вы знаете, та, что пишет про… — она понизила голос, — про секс. Мы занимаемся в помещении при церкви…

— Подходяще, — кивнул Адам.

— Да, удобно, — согласилась Элейн, — и каждую неделю мы изучаем какой-нибудь новый прием — как знакомиться, как влюбляться, а потом его отрабатываем на своих однокурсниках.

— А здесь вы на домашнем задании? — спросил Адам.

— Нет, здесь у меня свидание, — решительно отрезала она.

Марвин слегка побледнел.

— И тебе надо к нам прийти. — Элейн шутливо пихнула меня в бок, но не рассчитала, и я едва не упала на Адама, который поспешно меня подхватил.

— Да, тебе обязательно надо туда пойти, — игриво заметил он, поддерживая меня за талию.

— Только вместе с тобой, — пробурчала я, и он перестал улыбаться.

— Я слышала, что вы с мужем… разбежались. — Элейн старалась говорить потише, но у нее это плохо получалось. Она смотрела на меня с нескрываемым сочувствием. — Я тут встретила твоего мужа, ну в смысле бывшего мужа, когда шла на работу. Он мне рассказал, что у вас произошло. И про то, что вы по-прежнему вместе играете в гольф. Я рада, что у вас все так по-дружески. У меня-то с Эймоном было по-другому. — Ее лицо помрачнело при воспоминании об этом нехорошем Эймоне.

— В гольф? — в недоумении переспросила я. — Но я не играю в гольф.

— Нет, играешь, — сказал Адам. — И он тоже. Последний мяч он забил сквозь твое лобовое стекло, забыла?

— А-а, ну да. Верно.

Значит, это все же был именно он.

Руководительница группы пригласила нас пройти к столу, и каждому выдали бейджик с именем, чтобы было проще общаться. Началась вводная часть, и наиболее ответственные ученики делали заметки, ну а мы с Адамом просто слушали, пока не пришла пора перейти к делу — то есть печь пирог. Адам закатал рукава и посмотрел на меня. В его взгляде явственно читалось: я здесь, потому что должен, а не потому что мне так хочется. Я молча взяла кусок масла и принялась обмазывать сковороду.

— Ну и что же вы сегодня изучали? — поинтересовался Адам у Элейн.

— Сегодня было занятие про то, как найти правильную причину, чтобы влюбиться, — ответила она очень серьезным тоном.

— Ого! И сколько стоят эти занятия? — язвительно осведомился он.