Влюбленный горец - Донна Грант

— Отец очень часто говорил нам, что мужчина должен жить так, чтобы в конце жизни ни о чем не сожалеть. Пока мне радоваться нечему, но думаю, что скоро все изменится.

Маркейл подняла на него глаза.

— Ты самый лучший из всех. Другого такого я не знала.

Ее слова тронули его, хотя он отлично знал, что она ему льстит. Существовало множество людей намного лучше его.

— Спасибо.

— Как ты думаешь, когда Дейрдре снова пришлет за тобой?

— Уильям не станет напоминать ей про меня до последнего. Он очень увлечен Дейрдре и не хочет делить ее со мной.

Маркейл хихикнула.

— Увлечен? Ты хочешь сказать, что у него к ней чувство?

— Не уверен, что это истинное чувство. Может, ему нравится находиться рядом с источником силы, которым является Дейрдре. Она злится на меня и многое ему позволяет.

Сдвинув брови, Маркейл задумалась.

— Значит, у нас не так много времени.

— Не много времени на что?

— Уговорить других перейти на твою сторону.

Куину нравилось, как у нее работала голова, но иногда все было не так просто, как ей казалось.

— Это невозможно. У нас есть только Дункан и Арран. Этого совсем недостаточно.

— Ты помнишь, как рассказал мне о том, что Харон — шпион?

У него засосало под ложечкой, когда он заглянул ей в глаза.

— Именно потому ты отправилась к нему, чтобы поговорить, да?

— Да. Он не признался, но и не стал отпираться. Я действительно считаю, что он шпионит, Куин.

— Тогда почему ты решила, что он нам поможет?

Она поморщилась.

— Я подумала, что мы сумеем воспользоваться теми же доводами, которыми Дейрдре заставила его шпионить, чтобы работать против нее или просто помочь.

— И… — подхватил Куин.

У него уже возникала мысль встретиться с Хароном, но то, что Маркейл проделала это сама, поразило его. Она очень сильно рисковала.

— Он отказался. То, чем Дейрдре держит его на крючке, явно намного серьезнее желания выступить против нее.

— Черт! — выругался Куин.

После того как Йена забрали, у него стало на одного человека меньше. Если бы Харон перешел на его сторону, это стало бы большим подспорьем.

Слова Маркейл заглушил звук, который ни с чем нельзя было спутать — скрежет открываемой двери в подземелье. Куин вскочил и натянул бриджи.

— Не выходи, чтобы тебя не увидели, — сказал Куин, обернувшись через плечо.

Он преобразился в Воителя и оказался у входа за секунду до того, как что-то огромное с жутким грохотом приземлилось на пол. Куин не удивился, увидев Воителя с оранжевой кожей, распростертого на земле.

— Друг или враг? — спросил Арран, очутившись рядом с Куином.

Куин не отрывал взгляда от вновь прибывшего.

— Сейчас узнаем.

В этот момент Воитель вскочил. Половина его лица была залита кровью, килт разорван и перепачкан в грязи. Он зарычал, обнажив зубы. Один клык у него отсутствовал.

— Мне кажется, что он не прочь подраться, — заметил Куин.

И действительно, Воитель вознамерился сразиться, но не с Дунканом или Арраном. Куин расправил плечи, увидев, что тот выбрал его. Нарвавшись на удар, Воитель отлетел назад. Куин вбил его в камни.

— Зачем она кинула тебя сюда? — спросил он.

Пришелец захохотал.

— Она сказала, что ты захочешь меня надуть.

Куин настолько поразился, что пропустил режущий удар когтями в грудь. Коротко вскрикнув, ответил ударом в челюсть.

— Я не поверю тебе, — ревел оранжевый Воитель. — Как только поверю, я умру.

Куин вцепился ему в горло.

— Ты умрешь, если не поверишь мне. Дейрдре отправляет сюда только тех, кого хочет сломать.

— Мы все создания зла. — Воитель пытался отодрать от себя руки Куина. — Она пытается остановить нас. Она хотела остановить моего бога, чтобы он не взял надо мной власть, но было слишком поздно.

Куин оттянул его голову назад, но Воитель продолжал кричать. Дейрдре почувствовала слабость души Воителя и сделала все, чтобы тот не поверил ни единому его слову.

Воитель поднялся, насторожившись и выжидая.

— Когда тебя обратили? — спросил Куин.

Безумные оранжевые глаза оглядели подземелье и Воителей, стоявших рядом.

— Два дня назад.

Куин провел рукой по лицу.

— Со временем ты поймешь, что все слова Дейрдре — ложь. Она как раз и освободила твоего бога, друг. Вот она-то и есть самое настоящее зло.

Он не успел договорить, как Воитель снова бросился в атаку. На груди Куина появились новые раны, пока он бился с обезумевшим.

Стало совсем не до разговоров, во всяком случае, сейчас. Правда, время было на их стороне.

— Куин! — крикнул Арран, предостерегая.

Куин тоже заметил бутылку, зажатую в оранжевых пальцах Воителя. Навалившись на него, попытался прижать к земле, однако Воитель каким-то чудом сумел откупорить пробку и что-то темно-красное выплеснулось из бутылки.

Ему не надо было принюхиваться: и так было понятно, что это кровь. Но зачем Воителю нужно поливать его кровью?

— Прекрати сопротивляться или умрешь, — пригрозил Куин.

Он не хотел смерти Воителя в отличие от Аррана и Дункана.

— Я верну себе свободу, если убью тебя! — завопил оранжевый Воитель.

Куин не мог понять, что затеяла Дейрдре, но скоро все станет ясно.

Метнув бутылку в Куина, Воитель стремился попасть в его грудь и многочисленные раны на ней. Куин пригнулся, а когда выпрямился вновь, Дункан уже оторвал голову оранжевому Воителю.

— Видеть не могу, когда на тебя нападают, — решил объяснить свои действия Дункан.

Куин кивнул. Единственным способом убить их было обезглавливание, и хотя смерть Воителя не входила в намерения Куина, это был лучший выход.

Над их головами раздался смех, и Куин сообразил, что за ними наблюдают. Подняв глаза к потолку, он увидел Дейрдре, которая разглядывала его со злой усмешкой на губах.

— Ненавижу! — процедил он.

По ее прихоти погиб хороший человек.

— Неужели у нее так много Воителей, что можно жертвовать ими?

Арран задал вопрос, который и Куину не давал покоя.

Он не двинулся с места, пока люк не закрылся. Потом повернулся к своим ребятам, но не успел сказать ни слова. Снова с грохотом открылась входная дверь в подземелье. Это что, новая атака? Его раны уже начали затягиваться, но потребуется еще немного времени, чтобы полностью восстановиться.