Загадочный незнакомец - Виктория Александер

– Превосходный обед, – сказал Джек после того, как миссис Талли унесла тарелки из-под ростбифа, заменив их блюдом с сыром и свежими фруктами. – А вы знаете, что в моей стране есть такой праздник – День благодарения?

– Нет, не знала. – Теодоусия покачала с улыбкой головой. – А можно спросить, за что и кому вы благодарны сегодня?

– За многое – и многим. Я вообще исключительно удачлив. Внезапно обретенный отец стоит, пожалуй, во главе списка. Но в данную минуту… – Джек поднял бокал. – Я просто благодарен за вкусную еду в хорошем обществе.

– Спасибо за добрые слова. – Тедди улыбнулась. – Знаете, вечер прошел очень приятно.

– Теодоусия, а вам не кажется, что если кто-нибудь увидит, как я выхожу из дома, то сразу подумает… сами знаете что. Может, именно из-за этого и разразится скандал?

– Ох, Джек, понятия не имею. Очень возможно. – Теодоусия взяла апельсин и начала чистить его. – Иногда я ужасно устаю от необходимости подчиняться правилам, причем идиотским правилам.

– А вы действительно подчиняетесь этим правилам?

– Боюсь, что да. Во всяком случае – по большей части.

– А разве обед незамужней леди наедине с джентльменом не считается у вас в Лондоне нарушением приличий? – с улыбкой осведомился Джек.

– О боже! – воскликнула Тедди. – Это мне даже в голову не пришло!

– Полагаю, вы были слишком заняты, испепеляя меня взглядом.

– И что же, испепелила? – Тедди лукаво улыбнулась. – Кстати, что там с вашими «правилами»?

Джек весело рассмеялся.

– Мне кажется, что мужчины, нарушающие правила, – это те, которые предпочитают жить приключениями, а не читать про них. А я… – Он вздохнул и отрезал себе кусочек сыра. – Знаете, мне бы хотелось хоть немного быть похожим на него.

– На кого? – Тедди взглянула на него с удивлением.

– На моего отца, разумеется.

– Но почему… – Теодоусия потянулась к апельсину. – Почему вы думаете, что не похожи на него?

– По-моему, это очевидно. – Джек криво усмехнулся.

– Только не мне. – Тедди решительно покачала головой.

– Но ведь мой отец… Видите ли, он делал все то, о чем я перестал даже мечтать много лет назад. Он хватался за любую представившуюся ему возможность – и шагал в неизведанное. Путешествовал по всему свету и пережил потрясающие приключения. А я… – Джек сокрушенно покачал головой. – До приезда в Англию я ни разу не покидал берегов Америки.

– Путешествовать может любой, – заявила Тедди. – Все дело в возможностях, вот и все. Кроме того… Его ведь никогда не сдерживали никакие обязательства, и ему никогда не приходилось беспокоиться ни о ком, кроме себя самого.

Джек утвердительно кивнул.

– Что ж, пожалуй, что так.

– А что касается приключений… Знаете, пока человек не умер, возможность пережить приключение есть всегда. Просто нужно за нее ухватиться. Carpe diem^[4], понимаете?

Джек вскинул брови.

– Латынь?..

Тедди просияла.

– Да, разумеется. Академия молодых леди мисс Биклшем была весьма прогрессивной.

– Похоже на то. – Джек рассмеялся.

– Хотя мне вряд ли следует говорить про «лови момент», – продолжала Теодоусия, тяжко вздохнув. – Ведь я – женщина, а в нашем мире приключения часто губят женщин. Разве только…

– Что?

– Разве только у женщины очень много денег. Тогда она может делать все, что пожелает. – Тедди улыбнулась и добавила: – Я давно уже это заметила.

Джек рассмеялся.

– Вы очень проницательная.

– Да, я могу быть весьма проницательной… – в задумчивости пробормотала Тедди. Пристально взглянув на собеседника, она вдруг сказала: – Но мы вроде бы договорились, что вы можете стать кем угодно – кем только захотите.

– Думать об этом замечательно, стоя на террасе под полной луной. Но при свете дня… – Джек вздохнул. – Увы, я всего лишь тридцатилетний банкир.

– Банкир, который не считает банковское дело интересным? – Тедди отделила апельсин от шкурки и положила на тарелку.

– Разве я такое говорил? – Хм… Странно… Ведь он всегда считал свою работу в банке полезной и приносящей удовлетворение, а свою жизнь – весьма содержательной. Только после встречи с отцом он начал подозревать, что между «полезным» и «скучным» разница невелика, а между «содержательным» и «занудным» – и вовсе никакой. Как же так получилось, что всего лишь несколько месяцев назад он считал свою жизнь вполне нормальной, а сейчас ему кажется, что она – ужасно скучна?

– Да, говорили. – Тедди начала разделять апельсин на дольки. – Знаете, я всегда считала вашего отца замечательным человеком, – добавила она неожиданно.

– Когда я был мальчишкой и думал про своего якобы покойного отца, он представлялся мне именно таким, как полковник. Таким человеком мечтает стать каждый маленький мальчик.

– И о таком человеке мечтает каждая юная девушка.

– Правда?

– Да, уж поверьте… – Тедди хихикнула. – Когда я впервые встретила полковника, то подумала, что он – самый настоящий герой. Потрясающий человек. И очаровательный. – Она взяла дольку апельсина и откусила от нее. – Мне казалось, что он – тот самый рыцарь, который прискачет на белом коне и спасет прекрасную деву.

– А прекрасной девой были вы?

– Конечно. – Тедди едва заметно улыбнулась. – Тогда мне было тринадцать, и я впервые приехала в Милверт. А полковник только вернулся из Египта. Или, возможно, собирался туда – не помню точно. Хотя… – Она немного подумала. – Да-да, он только вернулся. Я вспомнила, потому что он подарил нам с Ди по резному скарабею на счастье. О, я была от него без ума! Мне казалось, что он – оживший герой из любовного романа.