Держи меня крепко - Сандра Браун

– Я не очень хороший моряк, и мне бы не хотелось выплеснуть на кого-нибудь содержимое своего желудка, – раздался хрипловатый голос.

Энди слышала, как шепотом возмущаются туристы, давая дорогу грубияну, пожелавшему занять место непременно впереди.

Молодой человек дал свисток, и пароход отчалил от пристани. Прохладный ветерок остужал пылающие щеки Энди. Вдоль берега, насколько хватало глаз, тянулись заросли орешника и дуба.

– Слева вы видите амфитеатр, где…

– Привет, – тихо сказал Лайон.

Те, кто сидел поблизости, стали прислушиваться к их разговору, а не к экскурсоводу. Энди сидела, повернувшись к воде.

– Привет, – повторил он.

Наконец она взглянула на него. Он сидел у другого борта парохода, в компании трех пожилых дам и двух летчиков.

– Привет, – холодно ответила она и снова отвернулась.

– Говорят, что деревья старше, чем Аламо…

– Простите меня, вы здесь с кем-нибудь?

Энди отвернулась. Лайон обернулся к своим соседкам с голубыми волосами, осторожно поглядывавшим на него, но, передумав, спросил у маленькой девочки:

– Ты знаешь эту леди?

Она покачала головой. Мать обняла ее на всякий случай. Лайон посмотрел на летчиков, которые пялились на него с восхищением.

– Она с кем-то из вас? – спросил он.

– Нет, сэр, – ответили они хором.

– Хорошо, – посмеиваясь, сказал Лайон. – Мне бы не хотелось внедряться на чужую территорию.

Энди обернулась и с ужасом увидела, что туристы потеряли интерес к панораме вдоль реки и наблюдают за спектаклем Лайона.

– Потрясающая цыпочка, правда? – снова спросил он у летчиков.

Они посмотрели на Энди, потом на Лайона и дружно закивали.

– Ты ненормальный, – прошипела Энди.

Три дамы с голубыми волосами посмотрели сначала на Лайона, потом на нее. Выражая свое неодобрение и негодование, поджали губки.

– Женщина с такой фигурой – и вдруг одна. Разве такое возможно? – продолжал Лайон, обращаясь к летчикам. – Как вы считаете, у нее потрясающая фигура?

Летчики стали откровенно разглядывать ее.

– Я это сразу заметил, – сказал один.

Тень пробежала по лицу Лайона, но он вовремя спохватился.

– Я тоже. – Он повернулся к Энди, посмотрел на ее лицо, руки и уже другим тоном сказал: – Я думаю, она красивая, но мне кажется, эта леди не знает, как я к ней отношусь.

– Класивая леди, – прокартавила малышка и похлопала Энди по колену липкой ладошкой.

– Не согласитесь ли провести со мной ночь, прекрасная леди? – тихо спросил Лайон, заглядывая в огромные, золотистые, ошеломленные глаза.

– Гарри… – обеспокоенно сказала молодая мамаша.

– Не обращай на него внимания, дурачится, вот и все, – спокойно ответил отец.

– Молодец парень, – сказал один из летчиков.

– Так держать, приятель! – подзадорил другой.

Престарелые дамы хранили молчание.

Теперь уже все туристы охладели к живописным видам Сан-Антонио и с интересом наблюдали за драмой на борту.

Энди поднялась с места, собираясь уйти подальше. Он поднялся вместе с ней.

– Ты зачем все это делаешь? – спросила она.

– Я хочу, чтобы ты была в моей жизни, Энди. Если для этого надо купить телевизионную станцию, или устроить телестудию на ранчо, или что угодно еще – я это сделаю.

– Зачем? Зачем ты хочешь, чтобы я осталась в твоей жизни?

– Потому что я тебя люблю.

– Ты говорил это прошлой ночью, но сегодня утром ты готов был меня убить, когда тебе показалось, что я собираюсь рассказывать что-то о твоем отце.

– Гарри… – снова сказала молодая мамаша уже в состоянии паники.

– Посмотри на уточек, милая, – посоветовал папаша дочке.

Но малышка с интересом наблюдала за действием, которое было гораздо интереснее, чем мультяшки в телевизоре.

– Это просто устоявшийся рефлекс, Энди. После того как меня оставила Джери, я не доверял женщинам. Я их использовал, но не любил. Ты можешь себе представить, какой это был для меня удар под дых, когда я понял, что люблю тебя? Когда ты уехала, Грейси обозвала меня идиотом.

– Интересно, кто такая Грейси? – спросил один из летчиков.

– Ш-ш-ш, – призвала его к молчанию дама с голубыми волосами.

– А Джери – это парень или девушка? – шепотом спросил второй летчик у товарища.

– Не знаю. Он сказал, что больше не любит женщин.

– Почему это Грейси обозвала тебя идиотом? – нервно спросила Энди.

– Она сказала, что если бы ты хотела причинить вред моему отцу, то никогда не оставила бы у меня пленки. Что ты не лгала мне, когда говорила, что просто хочешь рассказать о его жизни, показать, каким он был в последние дни. И что мне надо злиться на Леса, а не на тебя.

– Лес? – спросила молодая мамаша. – Я думала, его имя Джери.

– Ш-ш-ш, – приструнил ее отец.

– Я сегодня ушла с работы, Лайон.

Он взял ее за руку.

– Почему?

– С тех пор как я встретила тебя, я не могу объективно подходить к своим материалам. Лес это понял. Я убеждала себя, что это не так, но это правда. – Она вздохнула: – Ты и твой отец стали значить для меня больше, чем работа.

– Если ты теперь безработная, чем собираешься заняться?

Она пожала плечами:

– Я думала поехать в Мексику, отдохнуть там на солнышке, пока не приведу в порядок свои мысли.

– Мне тоже нравится Мексика и пляжи, – тихо сказал он и поцеловал ее ладонь.

– Правда? – чуть слышно спросила она.

Лайон прижал ее ладонь к своей щеке.

– Превосходное местечко для медового месяца.

– Я вижу месяц, – сказала малышка, указывая на небо.

– Для медового месяца? – повторила Энди.

– А месяц видит меня.

– Выходи за меня замуж, Энди.

– Замуж? За тебя?

– Вы что, не слышите, дамочка, что вам сказал этот мужчина? Он сделал вам предложение. Отвечайте ему поскорее, чтобы все мы смогли наконец выбраться с этой посудины.

Энди посмотрела на пожилую даму, на остальных пассажиров, которые с нетерпением смотрели на нее и Лайона.

Он ждал.

Энди улыбнулась и сказала:

– Да.

* * *

– Ты чудовище. – Она уткнулась в его теплое плечо. – Мне даже страшно выходить с тобой на люди.