Кружок любителей чтения - Джули Хаймор

Я поцеловал ее на прощание и подумал: «Интересно!»

Была суббота, и, значит, Чарли проспит полдня. Я провел утро в домашних хлопотах, хождении по магазинам и заботах о Джорджии. Наконец, по лестнице с грохотом спустилась мисс воплощенная нелюбезность и насорила по свежеубранному дому крошками от тоста. Но я лишь вежливо попросил ее посидеть с Джорджией, пока я буду работать.

Чарли зевнула, улеглась на диван и включила телевизор.

— Три пятьдесят в час.

— Цена поднялась?

— По выходным дороже.

— Два пятьдесят, и я помогу тебе с сочинением.

— Заметано.

Я поднялся на второй этаж и напечатал: «Дневник домохозяина. Автор Эд Джордж Адамс.

Четверг. 17.02. Встал и приготовил для всех завтрак. Наша кухня настолько мала, что в ней можно, не сходя с места, помыть посуду, пожарить яичницу и выпустить кошку погулять».

Я откинулся на спинку стула, не будучи уверен в том, что люди предпочтут читать про кухню, а не про секс, наркотики и тибетские молитвенные барабаны. Ну, а то, что я написал, было чистым вымыслом: наша кухня была достаточно велика для игры в настольный теннис, чем мы вчера с Чарли и занимались. В первой партии я разгромил ее в пух и прах, и она надулась. Тогда во второй партии я очень постарался и проиграл со счетом 6:21.

Ладно.

«Сходил в универсам. Кассир лет шестидесяти с именной табличкой «Рэй» пробил мои покупки (почти все с прилавка «Купи два по цене одного») и спросил, не собираюсь ли я в плавание на Ноевом ковчеге. Я засмеялся и сказал: «Хорошая шутка», хотя на прошлой неделе он сказал мне то же самое. Я избегал соседнюю кассу: там работала некая Дебби, которая всегда сморкалась в несвежую салфетку, так что, вернувшись домой, я вынужден был дезинфицировать все покупки».

Мне очень хотелось, чтобы на парковке возле универсама моего героя схватили бандиты и погрузили в грузовик, но, памятуя о том, что Руперт не относил похищение к актуальным темам, просто послал своего домохозяина купить занавеску для ванны.

К нам на ужин зашел мой брат. Кейт страшно устала, Чарли была угрюма, а мои мысли были заняты новым романом. К счастью, Уилл обладал способностью в одиночку вести застольную беседу и умудрился самостоятельно обсудить диетические пищевые добавки, средства для похудания и вред, наносимый дешевыми кроссовками. Остальные присутствующие могли лишь изредка произносить невнятное «гм».

— Так ты нашел себе агента, Эд? — спросил Уилл за десертом.

Мои мысли в этот момент витали где-то очень далеко.

— Ээ… Вообще-то я сейчас работаю над новым проектом.

— Значит, твой роман не приняли?

— Ну… да. Но я обращался только к трем…

— Ха! — Уилл не смог сдержать своего восторга. Как же плохо ему было, когда я получил докторскую степень, тогда как у него был лишь аттестат о высшем образовании.

— А по-моему, он классный, — проговорила Чарли с полным ртом.

— Кто классный? — спросил я.

— Твой роман, «Восхождение и наказание». Я прочитала его у тебя на компьютере, когда тебя не было дома.

Боже мой, там столько секса!

— Вот только я не поняла, при чем там самолеты.

— Самолеты?

— У тебя в книге все повторяют «улет» и «улетный». Разве в африканских горах часто летают самолеты? Я так и не въехала.

Я разрывался на части: или объяснить, что слово «улетный» в семидесятых значило то же, что нынешнее «классный», или дать урок географии, или пожурить за злоупотребление жаргонизмами.

— Приятно, должно быть, знать, что пользуешься успехом у четырнадцатилетних подростков, — сказал Уилл и громко засмеялся.

— Пятнадцатилетних, — поправила его Чарли. — У меня был день рожденья на прошлой неделе.

Уилл стукнул себя по лбу.

— Черт, Эд говорил мне, но я забыл. Прости, Чарли. Вот… — он достал свой бумажник и отсчитал две двадцатифунтовые банкноты и одну десятифунтовую. — Купи себе что-нибудь, хорошо?

У Чарли глаза стали размером с суповую тарелку.

— Ничего себе! Мам, смотри, что… О-па.

Мы с Уиллом повернулись к Кейт и увидели, что она крепко спит, положив голову на стол, с куском пирога в руке. У нее сегодня был очень трудный день. Придя вечером из магазина, она объявила: «Тысяча двести пятьдесят пять!» Я взял у нее пирог, закрыл ей рот и поднял ее на руки.

— Как плохо быть старой! — сказала Чарли.

В воскресенье утром Зоуи и Мэтью бродили по мебельному магазину. Некоторое время назад Мэтью признался, что любит бывать у Зоуи, но больше не в силах проводить субботние вечера, сидя на стуле. Зоуи порывалась скупить все диваны в магазине, но денег у нее не хватало даже на один, самый скромный диванчик все ее средства уходили на выплаты по закладной на квартиру и проезд на работу и обратно. И все равно приятно было вместе ходить за покупками.

— Уже столько лет я не делала ничего такого вдвоем, — сказала она и обняла Мэтью.

Мэтью остановился, повернул голову Зоуи к себе и страстно поцеловал ее в губы. Все это происходило посреди отдела осветительных приборов.

— Выходи за меня замуж, — сказал он.

— Выйти за тебя замуж? — воскликнула Зоуи, чем привлекла внимание других покупателей.

— Я очень люблю тебя. Будь моей женой!

— Ах! — выдохнула женщина с двумя лампочками в корзинке.

Зоуи провела рукой по волосам Мэтью.

— И я люблю тебя.

— Ну, так… что скажешь?

— Скажи «да», — крикнул кто-то из собравшихся.

— Э-э… гм… Хорошо: да! — сказала Зоуи, и они снова поцеловались.

Восемь покупателей, два продавца и заведующий складом зааплодировали и засвистели. Этот мебельный магазин никогда не видел такого единодушия.

Зоуи слегка отодвинулась:

— Но…

Все замерли, а Мэтью спросил:

— Что?

— Я не хочу, чтобы меня звали «Зоуи Соупер». Похоже на имя какого-то японского премьер-министра.

Мэтью рассмеялся, подхватил ее на руки и стал кружиться. В толпе зрителей раздался вопрос:

— У кого-нибудь есть фотоаппарат?

— Расскажи мне о мужчине, с которым ты встречалась до меня, — попросил Мэтью, когда они праздновали свою помолвку предобеденным джином с тоником. Стол в маленькой кухоньке Зоуи уже был накрыт, и они ждали, когда сварятся макароны.

— Нечего рассказывать. Он был настоящим… не очень хорошим. И не очень свободным.

— Женатый?

Зоуи кивнула.

— Ты любила его?