Скандал с герцогиней - Валери Боумен

Джеймс привлек ее к себе, и Кейт склонила голову ему на плечо. Он перебирал ее волосы, гладил по голове.

— Кейт, верь мне, когда я говорю, что у тебя совершенно нет повода для ревности.

Она улыбнулась, уткнувшись ему в плечо. Это было лишено всякого смысла, но его слова сделали ее до смешного счастливой. И то, как он нежно обнимал ее, заставило почувствовать новый всплеск эмоций, который она вовсе не хотела анализировать сейчас.

О, она прекрасно отдавала себе отчет в том, что ей не следовало делать с ним такие скандальные вещи в библиотеке или где-то еще, но она наслаждалась и обожала каждую секунду того, что они делали. И хотела бы сделать опять. Но разве она могла сказать ему это? Да, она хотела, чтобы он занимался с ней любовью. Чтобы он был ее любовником. Она может признаться в этом себе. И она скажет это Джеймсу, когда придет время. Но сегодня он едва позволил прикоснуться к нему, и она сомневалась, что он нарушит свои устои и пойдет дальше. Сейчас, по крайней мере. Но она намерена сделать это так, чтобы он не мог отказаться.

Определенно, Джеймс знаток в подобных вещах, он прекрасно знает, что делать с телом женщины. Господи, что он заставил ее почувствовать! Просто думая об этом, она готова была расплакаться. О, как бы она хотела провести с ним в постели целый день. Кейт улыбнулась этой мысли. Она слышала рассказы о женщинах, которые наслаждались супружеской близостью. Но для нее они больше напоминали персонажей каких-то вымышленных историй. Лжецы рассказывали доверчивым невестам, что может сделать их брачную ночь менее ужасной, или истории, выдуманные матерями в попытке удержать дочерей от беспокойства. Но сейчас, сейчас Кейт задумалась. Может быть, опытный жених способен сделать первую брачную ночь лучше, чем в сказке? А в ее случае ей не нужен был жених. Она прикрыла рот рукой, скрывая улыбку. Она как-то спросила Лили, был ли ее памфлет правдой? «Тайны брачной ночи» повествовали о том, какой ужасной может быть первая брачная ночь. Это напугало многих девушек. Когда Кейт напрямую спросила об этом, Лили ответила ей улыбкой, как всегда, подмигнула и сказала: «Я написала это до того, как провела ночь с Девоном». В тот момент Кейт смутилась, но сейчас поняла, что имела в виду Лили.

Тело Кейт до сих пор звенело от испытанных эмоций. Когда Джеймс помог ей одеться и проводил в ее комнаты, ей вдруг захотелось пригласить его в свою спальню, но она не решилась. На сегодня достаточно. Да. Вместо этого Кейт вздохнула и проскользнула в дверь, мурлыча под нос мелодию, которую последний раз напевала, когда ей было восемнадцать.

— Спокойной ночи, — пробормотала она, повернувшись через плечо. Довольно официально, но Джеймс — само совершенство, что еще можно ему пожелать?

После того, как Джеймс проводил Кейт в ее спальню, он вернулся к себе, мысленно кляня себя на пяти разных языках. Его клинок в бриджах готов был взорваться. Проклятье! Он не чувствовал ничего подобного с тех пор, как был… юношей. Зачем он делает это? Прекрасно! Очевидно, что он не мог не сделать. Мог. Нет. «Держи свои руки подальше от Кейт», — говорил он себе. Нет, он даже не попытался! Он хотел ее, это было чистое безумие, и он не представлял, как с этим справиться. Сейчас каждая его мысль была сосредоточена на ней, он прикасался к ней так интимно, пробовал ее вкус, наблюдал, как менялось ее красивое лицо, когда она… О Господи! Он бессилен что-либо сделать с собой. Он дал ей кров и злоупотребил ее доверием! И понимал, что не в состоянии остановиться. Особенно, если она будет провоцировать, прикасаясь к нему. Джеймсу пришлось приложить столько усилий, чтобы не дать ей расстегнуть бриджи и взять в ладонь его обнаженную плоть. И, о Господи, в то же время он страстно хотел этого. Действительно хотел ее. И ощущал боль, когда просто думал об этом. Ему нужна хорошая холодная ванна. И тренировка до пота с рапирой в руке. Нет, на самом деле ему нужно другое — утонуть меж ее прекрасных нежных ног.

К черту! Все, что ему нужно, получить от нее готовый памфлет и держать дистанцию. Какое-то безумие только что заставило его признаться ей, что руководило им. Он хотел все исправить. Исправить все плохое. Но есть одна вещь, которую он исправить не в силах. Чувствуя предательское пощипывание в глазах, Джеймс крепко зажмурился. Проклятье, он не силах исправить это. Даже если Кейт не совершала убийство, Абернети придется доказать ее невиновность. А свидетельства, выдвинутые против нее, были обескураживающие. Она может умереть через несколько дней, и что же он за ублюдок, если позволил себе такие вольности с женщиной, которая стоит на пороге смерти? Он никогда не простит себе этого.

Он вошел в свою спальню. Дверь за его спиной резко хлопнула. На его зычный зов явился слуга. Он так спешил, что, войдя в спальню хозяина, никак не мог отдышаться.

— Приготовь мне ванну, — громовым голосом произнес Джеймс. — Холодную! Быстро!