Коварство идеальной леди - Виктория Александер

Лоуренс? Стерлинг было настолько ошеломлен, что его рот открылся помимо воли.

Его мать склонила голову набок и улыбнулась, точно юная кокетка. Да что с ней такое?

— Как давно мы не виделись…

— Двадцать три года четыре месяца и несколько дней. — Сэр Лоуренс не сводил глаз с пожилой леди. — И эти двадцать три года четыре месяца и несколько дней тянулись для меня нескончаемо долго.

Леди Уайлдвуд рассмеялась, и Стерлинга поразил звук ее смеха — юный, свежий, завораживающий.

— Я думала, что увижу вас после смерти Чарлза, — произнесла пожилая леди.

Сэр Лоуренс поморщился.

— Я прислал свои соболезнования.

— И я очень благодарна вам за это. И все же я думала… что, когда закончится траур… Вы ведь приезжали в Лондон в последние десять лет?

Ради всего святого, что она хочет этим сказать?!

Сэр Лоуренс кивнул.

— Приезжал. Но не был уверен в том, какой прием мне окажут. Мне не хотелось быть навязчивым.

А что он хочет этим сказать?!

Сэр Лоуренс наклонился к уху леди Уайлдвуд, что-то тихо сказал ей, и она снова рассмеялась. Стоящий за их спинами Джозайя не знал, что ему делать: то ли напомнить о своем присутствии, то ли молча ждать.

Оливия также поднялась со своего места и, ткнув Стерлинга локтем в бок, тихо произнесла:

— Перестань на них таращиться.

Однако Стерлинг еще никогда не видел на лице матери такого выражения, как сейчас.

— Я не таращусь.

— Ты прав. Твои глаза мечут молнии. Перестань сейчас же. — Оливия бросила на графа осуждающий взгляд. — Это неприлично.

Выражение лица сэра Лоуренса было точно таким же, как у леди Уайлдвуд!

— Но ведь это моя мать!

— Верно. А вот этот человек, — улыбнулась Оливия, — очевидно, старинный и очень добрый друг семьи.

— Ничего об этом не знаю. — Стерлинг с трудом оторвал взгляд от пожилой пары. К счастью, его мать вспомнила о бедном Джозайе и представила его сэру Лоуренсу.

— Всегда неплохо знать наперед, с кем придется иметь дело. — В голосе Оливии прозвучали насмешливые нотки. — Это дает преимущество.

— Не смешно, — процедил сквозь зубы сэр Лоуренс.

— Странно, но меня вся эта ситуация забавляет, — усмехнулась Оливия.

Стерлинг откашлялся, привлекая внимание матери.

Леди Уайлдвуд улыбнулась сэру Лоуренсу и неохотно, словно бы не хотела его покидать, прошла в гостиную.

— Дорогой, ты не говорил мне, что джентльмен, с которым нам предстоит встретиться, сэр Лоуренс Уиллоуби.

— Уверен, я упоминал об этом, — ответил Стерлинг.

— Нет, не упоминал, иначе я бы запомнила. Подумать только. — Взгляд пожилой леди вновь переключился на сэра Лоуренса. — Мой дорогой друг Лоуренс поможет спасти нашу дорогую Оливию.

Оливия заметно напряглась.

— Миллисент, право, слово «спасение» вовсе не…

Стерлинг ткнул Оливию в бок и еле слышно пробормотал ей на ухо:

— Если он пожелает тебя спасти, не стоит возражать. Ведь это поможет обрести желаемое.

Брови Оливии сошлись на переносице.

— Я не нуждаюсь в спасении.

— Конечно, нет, моя дорогая, — улыбнулась Миллисент. — Мы, современные женщины, не нуждаемся в таких старомодных акциях, как спасение. — На этот раз улыбка леди Миллисент была адресована сэру Лоуренсу. — Она настоящий оплот смелости, Лоуренс. Даже будь она моей дочерью, я не гордилась бы ею сильнее. Это Оливия приняла решение приехать сюда в одиночку. Стерлинг же считал более целесообразным послать на переговоры стряпчего.

— Целесообразно, но безуспешно. — Сэр Лоуренс столь радушно улыбнулся Оливии, что его улыбка даже на Стерлинга произвела впечатление. Но ведь, помнится, Габриэла описывала сэра Лоуренса как не слишком приятного человека. Она ошиблась. Более приятного в общении джентльмена Стерлинг еще не встречал. По крайней мере, когда тот разговаривал с представительницами прекрасного пола. Но если сэр Лоуренс не перестанет таращиться на его мать, словно та сливовый пудинг, а он — сгорающий от нетерпения сладкоежка, Стерлингу придется… придется что-то предпринять.

— Я взял на себя смелость приказать перевезти ваш багаж сюда. Надеюсь, вы не откажетесь воспользоваться моим гостеприимством во время пребывания в Каире. — Сэр Лоуренс обращался ко всем присутствующим, но по-прежнему не сводил глаз с леди Уайлдвуд. — Я буду несказанно счастлив, если вы погостите у меня. — Он обвел взглядом присутствующих. — Все вы.

— Я думаю, что… — начал Стерлинг.

— Конечно, если вы предпочтете остаться в отеле, я пойму. — Взгляд сэра Лоуренса встретился со взглядом Стерлинга, и в его голосе послышались предостерегающие нотки. Просто я подумал, что, если вы останетесь погостить в моем доме, у вас появится возможность убедить меня в целесообразности предложенной вами сделки.

— Мы будем очень рады принять ваше приглашение, сэр Лоуренс, — поспешно ответила Оливия. — Это так любезно с вашей стороны.

— Да, Лоуренс. — Стерлингу показалось, или голос его матери действительно стал на полтона ниже? И не просто ниже, он стал — святые небеса! — страстным? О Господи, да его мать ведет себя неподобающе. — Мы будем очень рады.

— Мне кажется, Стерлинг, — тихо, чтобы никто не слышал, произнесла Оливия, — что это яркий пример истинного кокетства.

Стерлинг с раздражением посмотрел на Оливию, и та едва сдержала улыбку.

— Стало быть, решено, — удовлетворенно кивнул сэр Лоуренс. — А пока не объявили об ужине, не желаете взглянуть на мой сад?

— С огромным удовольствием. — Леди Уайлдвуд заглянула в глаза пожилому джентльмену.

— Как и все мы, — натянуто улыбнувшись, подхватил Стерлинг.

Сэр Лоуренс бросил на него полный раздражения взгляд.

— Я приглашал всех. — С этими словами он подал руку леди Уайлдвуд. — Миллисент?

Стерлинг вышел вперед.

— Если вы не возражаете, я бы хотел обсудить со своей матерью наш переезд из отеля. Вы ступайте осматривать сад, а мы присоединимся к вам через пару минут.

— Конечно. — Улыбнувшись, сэр Лоуренс с неохотой отошел от леди Уайлдвуд, а потом повернулся и предложил руку Оливии. — Идемте, моя дорогая?

Одарив пожилого джентльмена самой очаровательной из улыбок, Оливия взяла его под руку.

— Никогда не видела египетского сада.

— Вы найдете там удивительное смешение местной флоры с растениями, привезенными из Европы. — Они уже направились к двери, когда сэр Лоуренс обернулся. — Вы идете, мистер Кадуоллендер?

— Да, конечно, — пробормотал стряпчий и потрусил следом.