Осторожно, злая невеста - Максим Бьерн

Чингиз оказался невысоким мужчиной, хорошо и модно одетым, в очках. Похожим со стороны на какого-то бухгалтера. Никогда бы не подумала, что так может выглядеть какой-то авторитет. Скорее, глава местного самоуправления. Типа, жкх.

Войдя в помещение, он кивнул всем, а точнее никому лично, и занял место во главе стола. Один его сопровождающий встал у него за спиной, другой остался около входной двери.

– Надеюсь все здоровы, – негромко высказался Чингиз. – К делу. Кто начнёт?

– Я, – немедленно влез Арслан. – Этот петух должен нам деньги. Мы…

– Мама твоя петух, – добродушно перебил его Руслан.

Арслан положил обе ладони на стол, словно собираясь перемахнуть через него и добраться до обидчика.

– Всем предлагаю один раз смотреть за языком, – Чингиз снял очки и начал протирать их платком.

Арслан скрипнул зубами. Ненавидяще смотря на Руслана, долго собирался с мыслями, пытаясь перебороть клокочущую в нем ненависть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Он, в исполнение своего долга, обязался лечь на эту и через нее отдать нам деньги, которые должен. Когда всё устроили, чтобы ему было удобно с ней сойтись, он дал заднюю и решил пустить нас побоку. Не зная, что она под защитой уважаемых людей, мы забрали ее, чтобы образумить его, чтобы вспомнил.  Перед ней я приношу глубочайшие извинения и сделаю все, что можно, чтобы компенсировать ее обиду.

Он замолчал.

– Ты хочешь сказать, что украл мою племянницу, чтобы изнасиловать ее и через это получить деньги? – вмешался Соловей. – Что ты несёшь?

– Что скажешь? – обратился к Руслану Чингиз, жестом останавливая готовую разразиться перепалку.

– Он забрал под себя мой долг у других людей, не дав возможности с ними договориться. Лишил средств мою семью, наехал на кредиторов и оттянул всё на себя, чтобы забрать фирму. Это его единственная цель. Он беспредельщик, и по его действиям это понятно. Сейчас он пытается разрушить не только мой бизнес, но и мою личную жизнь. Девушка, которую он украл, это не невеста. Это моя жена. И рассказывая весь этот бред, он пытается отомстить за позор, который нормальными людьми принят быть не может.

Арслан сжал кулаки, сдерживая себя.

– Вот Ибрагим, – кивнул он на сидящего рядом, представляя того Чингизу. – Я послал его порешать с этим… – он явно сдержался от ругани, – «женихом» его дела. Давай, Ибрагим, расскажи, как было.

Ибрагим долго сидел, молча смотря на Руслана.

– Что ты молчишь, Ибрагим? – обратился к нему Чингиз. – Кто здесь недоговаривает?

Мне тоже было очень интересно знать, кто здесь недоговаривает. Я была абсолютно уверенна, что он вообще родственник Руслана. Мне так его и представили, очень хорошо это помню. А оказывается, он с этой банды. Ничего не понимаю.

Ибрагим посмотрел мне в глаза, что-то явно себе решая.

– Я с ним ходил, чтобы он от долга не убежал, – наконец сказал он.

– Ибрагим, ты что несёшь, собака?! – взбеленился Арслан.

– Говорят, – продолжил тот, не обращая на него внимания, – если во главе стаи орёл, то все летят, как орлы. А если ворона, то все летят падаль искать. Другое не знаю.

***Руслан

– Я бы хотела поехать куда-нибудь, где всего этого, – Алина провела рукой вокруг, – нету. Чего-то это всё мне надоело хуже горькой редьки. Живут же где-то в мире люди без всего этого безобразия. Купаются, загорают, собирают грибы.

Соловей неопределённо пожал плечами.

– Такой народ. Менталитет наш. Так повелось, если что…

– А поехали ко мне на дачу, – предложил я. – Загорать не получится, а сухие грибы есть. И искупаться можно. В бане. Отметим. Я до сих пор не верю, что так всё закончилось.

Я на самом деле время от времени щипал себя под рубашкой, доказывая самому себе, что я не сплю. И весь этот жуткий кавардак, по всей видимости, закончился, благодаря вмешательству, если так можно выразиться высших сил.

Уж Ибрагим-то, с его поступком, тянул в моей иерархии если не на ангела, то как минимум, то его сельского заместителя. Я с благодарностью посмотрел на него, стараясь теплотой взгляда передать свои чувства. Спасибо, мол. Но вслух не сказал. Не подходящий момент. Лишние уши.

Ибрагим безучастно смотрел в окно автомобиля на мелькающие дома и заснеженные, голые палисадники. Был задумчив. Тут призадумаешься… Не хотел бы я оказаться на его месте. И на моем прежнем месте я бы не хотел оказаться. Я хотел бы оказаться на Кубе, но вместо Кубы мелькали сбоку заснеженные, надоевшие палисадники.

– У меня свободное время, – кивнул Соловей. – Как дама скажет, – и он посмотрел на Алину.

– Я за! Всеми руками, – она довольная дотянулась до приборной панели и включила музыкальный радиоканал. И немедленно добавила громкость до максимума, перепугав, по-моему, даже водителя, слегка вильнувшего рулем, при взрыве музыкально-басовой волны.

– Так не пойдёт, – Соловей немедленно убрал громкость наполовину. – Мы без ушей останемся.

– Зато точно хорошо слышно! – у Алины приподнятое настроение не давало ей сидеть на месте неподвижно. – Давайте в магазин заедем! Вино, шашлык и цветы, это я себе и вам как лечащий доктор прописываю. Малыми дозами в неограниченных количествах.

Вином, само-собой, дело не ограничилось. Маринованный шашлык брать не стали, иди знай, что там повар-умелец замариновал. Взяли молодого мяса, подороже, вина. Водки взяли на всякий случай много, чтобы, если что, зря машину не гонять. Ну и зелени. Такое количество, что грузинского князя не стыдно было бы посадить за такой стол. Или голодного вегетарианца.

Дача встретила нас остывшей, осиротевшей без человека темнотой. Но это дело было легко поправимо. Вскоре весело затрещали дрова в столь близко знакомой Алине печке, потянулся приятный сизый дымок, который, впрочем, почти немедленно исчез, втянутый в трубу, начинающей разогреваться тягой. Место опять оживало и открывало свой заснувший уют заново.

Ибрагим, тем временем, занимался углями мангала. Решили дрова не пережигать, а использовать готовый уголь, хотя я и не сторонник этого метода. Я люблю видеть дрова, из которых, сгорая, убегает энергия, чтобы лишний раз напомнить себе о краткосрочности и вместе с тем круговоротности жизни. Возрождающейся шашлыком. Но сегодня, для экономии времени, пойдёт и это. Надо признать, времени эта история с Арсланом заняла не мало. И моих нервов.