Цыганская магия - Барбара Картленд

— Ждал и не мог дождаться дня, когда ты будешь всецело принадлежать мне!.. — прошептал король. — Но теперь мы уже дважды женаты, дорогая, и ты — моя, и всегда будешь моей!

Затем, сдерживая охватившее его желание, он сказал:

— Ты говорила, что хочешь пойти в сад?

— Да… и это… очень важно… — ответила Летиция. — Помнишь вот это?

И она показала королю то, что держала в руке. Секунду он с любопытством смотрел, потом ответил:

— Кажется, это тот самый пучок прутьев, который лежал около воеводы во время свадьбы.

— Умница, что помнишь! — воскликнула Летиция. — Он оставил их для меня в кибитке и теперь я понимаю, почему.

— Так почему?

— Ведь я никогда не думала… что мы будем вместе. А воевода… он знал, что мы станем мужем и женой… Навеки!

Видя, что король не совсем понимает ее, она добавила:

— Веточки эти сорваны с разных деревьев, и если бы он переломил их тогда, как делается во время свадьбы кальдерашей, то потом ему пришлось бы бросать их на ветер.

— Ну а дальше? — спросил король.

— А дальше он сказал бы нам, что они символизируют значение супружеского союза, — ответила Летиция. — Что ни один из нас не смеет нарушить клятву, данную другому, никогда, до самой смерти!

Король улыбнулся, и, взяв у Летиции веточки, переломил их одну за одной и бросил в сад, туда, где росли розы.

Затем обнял девушку и сказал:

— Вот теперь знаю — ты наконец поверила в то, что мы вместе. Навеки вместе, и нас связывает не только клятва, данная в церкви, но и цыганская магия.

— Я знала, что ты… поймешь.

— Понимаю… жена моя, моя… возлюбленная… — прошептал он и поцеловал ее.

Позже они ужинали при свечах, ели изумительно вкусные блюда, запивая их рубиново-красным вином, удивительно напоминающим то, которым угощали Летицию цыгане.

Отпив глоток, она поймала на себе вопросительный взгляд короля.

— Ты права! Это цыганское вино.

— Но откуда? — спросила Летиция.

— Вчера вечером во дворец приходила какая-то цыганка и оставила три бутылки вина, — сказал король. — Она сказала слугам, что это лично для меня.

Улыбнувшись, он добавил:

— А еще цыганка оставила записку.

— И что же в записке? — с любопытством спросила Летиция.

— Там написано, — тихо ответил король, — «С благословением от кальдерашей королю, который сдержал свое слово».

Летиция захлопала в ладоши.

— Это они благодарят тебя за то, что ты приютил их в Звотане!

— Да, — кивнул король. — А потом, разворачивая бутылки, я обнаружил подарок и для тебя.

— Какой?

Король достал из кармана три браслета.

Летиция так и ахнула от восхищения: каждый браслет был изукрашен искусной резьбой, в точности как те золотые кубки, что она видела у кальдерашей.

Браслеты были золотыми: один усыпан рубинами, второй — бриллиантами, третий — изумрудами.

Затем, присмотревшись к ним, она издала еще один восхищенный возглас. А король сказал:

— Я тоже заметил. Цвета флага Звотаны. Летиция надела браслеты на запястье.

— Цыгане благодарят, — сказала она, — и мне тоже хотелось бы отблагодарить их. В особенности за магию. Ведь именно она помогла мне стать твоей женой.

— Согласен, — кивнул король. — А теперь, дорогая, в знак того, что и я благодарен им, позволь показать тебе кое-что…

С этими словами он встал из-за стола и, взяв Летицию за руку, повел ее к двери. Они вышли в сад.

Эта его часть выглядела совсем по-другому — цветочные клумбы сменили ряды кустарника, над головами сплетали кроны деревья, и вся аллея выглядела таинственно в лучах заходящего солнца.

Солнце садилось за горизонт, отбрасывая последние отблески света, на небе одна за другой загорались звезды.

Скоро совсем стемнеет, подумала Летиция, и звезды усыплют все небо, как в ту ночь, когда она танцевала у костра.

В ту ночь было полнолуние, и она знала, что и сегодня луна тоже будет ярко сиять на темном бархатном небе, и это напомнит им колдовство и музыку — все, что они видели и слышали тогда на плато, у подножия горы, на которой высился замок Тхор.

Король не произносил ни слова, лишь обнял ее, и Летиция уже начала удивляться, куда это он ведет ее, когда впереди среди деревьев вдруг показался просвет.

Деревья стояли так тесно, что напоминали стену.

Между ними образовалась поляна, с которой открывался вид на озеро.

Оно было так красиво, что захватывало дух, — лучи заходящего солнца золотили его поверхность.

Затем, обернувшись, Летиция вдруг заметила на поляне сучья и поленья, подготовленные для костра.

А по другую сторону она увидела то, чего никогда не доводилось видеть прежде. И тем не менее она догадалась.

Король следил за выражением ее лица.

Затем, вопросительно подняв на него глаза, Летиция поняла, что догадка ее верна. Это была так называемая «цыганская постель» — гора цветов, которую кальдераши всегда укладывали после свадьбы.

Король обнял ее.

— Ты околдовала меня, моя маленькая цыганочка, — нежно прошептал он. — Где еще я могу овладеть тобой?..

— Но как тебе только пришла в голову такая замечательная, чудесная, восхитительная идея?.. — пробормотала она.

Король поцеловал ее еще раз и выпустил из объятий.

— Давай сперва разведем костер, — сказал он, — а потом выпьем за наше счастье цыганского вина. К тому же у меня есть для тебя еще один подарок.

— Да? — Голос Летиции звучал чуть слышно. Сердце ее сильно колотилось, так огромно было волнение, охватывающее ее в присутствии короля.

Только на этот раз оно ощущалось еще острее.

Король разжег костер. Он ожил — язычки пламени, трепеща, взмывали все выше на фоне ночной тьмы, поглотившей озеро, деревья и все вокруг.

Однако Летиция могла разглядеть предмет, который он протягивал ей. То была копия любовной чаши — кубка, из которого они пили на своей цыганской свадьбе.

Сделана она была из золота, усыпана драгоценными камнями, сверкавшими в отблесках пламени, и украшена магическими знаками.

Король наполнил кубок вином и протянул Летиции.

Затем произнес низким трепетным голосом:

— Это наша любовная чаша, моя дорогая! Мы будем пить из нее, и я даю клятву, что буду всегда любить, боготворить, оберегать тебя и что проживем мы вместе не только земную жизнь, но и целую вечность!