Ты — любовь - Оливия Уэдсли

Немного позже он ушел, даже не пожав ей на прощание руку; он просто сказал: «До свидания» и, не оборачиваясь, вышел на улицу.

На следующий день он позвонил ей, что к ней придет Анна Линдсей, и прибавил:

— Мне бы очень хотелось, чтобы у вас с ней вышло что-нибудь. Она такая прелесть!

Такая прелесть! — Селию раздражало, когда он говорил так о какой-нибудь женщине.

Но как только она увидела Анну, тотчас забыла об этом. Анна сразу очаровала ее: она была такая милая и приветливая, такая веселая и остроумная.

— Знаете что, — сказала она. — Давайте совершим какое-нибудь путешествие! Я думаю, вам это понравится. Уезжать ведь так приятно именно потому, что знаешь, что вернешься назад!

Она говорила, ласково улыбаясь Селии, и Селия невольно улыбнулась ей в ответ.

— И давайте уедем как можно скорее, — прибавила Анна. — У меня не очень много свободного времени, так как я должна вернуться к свадьбе Пенси с Дивиным. Борис — мой кузен, а о леди Виоле Трент вы, вероятно, слышали…

— Но она… леди Пенси… я думала, она выходит замуж за Дикки… лорда Хайса? — перебила Селия, бессвязно бормоча слова.

— Но они уже давно разошлись, — весело ответила Анна. — Разве вы не знали этого?

— Нет, я ничего не знала… ничего не слышала… иначе я бы… нет, я ничего не знала, — так же бессвязно ответила Селия. Потом, задыхаясь, спросила:

— А он… лорд Хайс… очень огорчен?

«Интересно, насколько она осведомлена», — подумала Анна.

— О, совершенно не огорчен. Видите ли, они — Пенси и он — разошлись по взаимному согласию. Дело в том, что они попросту не любили друг друга.

Еще долго после ухода Анны слова «Они просто не любили друг друга» звучали в мозгу Селии.

Она с особенной тщательностью оделась и вышла на улицу, а некоторое время спустя подошла к дому на Сент-Джемс-сквере и позвонила.

— Милорд у себя, — ответил дворецкий.

— В гостиной? — задыхаясь, с сильно бьющимся сердцем, спросила Селия.

— Кажется, мисс, — ответил дворецкий. Селия быстро прошла через вестибюль и тихо открыла дверь в маленькую комнату.

Дикки не слышал, как она вошла. Он сидел у окна, погруженный в глубокую задумчивость, рассеянно глядя на маленький сад.

— Дикки! — позвала Селия.

Он обернулся и, увидев ее, вскочил:

— Вы?! — воскликнул он.

Селия кивнула. Она не могла говорить от волнения. Дикки подошел к ней совсем близко, так близко, что она слышала биение его сердца.

— Почему вы пришли? — спросил он.

— Потому что я люблю тебя, — ответила Селия. — Потому…

Она еще хотела многое сказать, но Дикки поцелуями заглушил ее слова, заглушил всякий страх в ее сердце, отогнал всякую мысль об одиночестве и несчастье, отогнал прочь все сомнения, развеял все — кроме любви.