На крыльях любви - Джилл Шелвис

Бо с огромным трудом оторвал взгляд от разгоряченного и мокрого тела Мел и, стиснув зубы, шагнул через порог ее дома и огляделся, пытаясь отвлечься.

Небольшая комната, но очень чистая и уютная. Перед небольшой дровяной печью стоит мягкий диванчик, по обе стороны от которого красуются горшки с папоротником. На стенах фотографии, авторство которых, несомненно, принадлежит Алу. Некоторые – репродукции, другие – настоящие отпечатки с негативов. На всех изображены самолеты за исключением нескольких, личного характера, хотя таких было немного. На одном из снимков Мел и Дайми кривлялись перед камерой в кабине биплана, на другом Шэрон с мужем красили стены кафе «Санлайт», оба с головы до пят в желтой краске, а на третьей Бо увидел женщину, которая изменила его жизнь навсегда.

Салли! Темноволосая улыбающаяся, роковая красотка Салли, которая живет по принципу «выжми их до капли и убей». У Бо дернулась щека, и он отвернулся. Если быть справедливым, можно было допустить, что Мел не знала, какой Салли была на самом деле. И еще – из соображений той же справедливости – Бо понял: если представит Мел доказательства истинной натуры Салли, она ему никогда не простит. Подумать только: единственная женщина, которая когда-то отнеслась к ней по-доброму, единственный пример женской добродетели, который видела Мел в детстве, оказывается, настоящая преступница!

На деревянном полу были разбросаны домотканые коврики, а на окнах висели кружевные занавески, что немало удивило Бо. Вдали от аэропорта Мел устроила себе уютный дом – вероятно, первый и единственный в жизни.

– Кто бы мог подумать: ни дать ни взять Марта Стюарт^[9], икона домохозяек!

Мел закатила глаза, отчаянно краснея.

Боже, какая она сейчас хорошенькая: если, конечно, дикобраза можно назвать хорошеньким, и чертовски сексуальная. Бо едва мог держать себя в руках.

– Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы посетить супермаркет типа «Уол-Март» или «Таргет», – буркнула Мел.

– Не разрушай чудесный образ! – улыбнулся Бо и сам себе поразился: невероятно, что он способен улыбаться, если вспомнить цель его прихода. – Мне нравится представлять тебя домоседкой. Наверное, тебе ужасно хочется мужа и детей. Так ведь, воительница Мел?

– Заткнись. – Затянув потуже полотенце, Мел направилась было в ванную, откуда тянуло горячим паром и ароматом пены. – Я вернусь… Эй, ты что?..

Бо ухватил ее сзади за край полотенца и медленно, но решительно потянул к себе, пока она не оказалась прижатой к нему спиной. Мел извивалась, пытаясь освободиться, и это порождало замечательные ощущения и вполне предсказуемый эффект. Наконец и она его почувствовала и застыла в каменной неподвижности.

«О да, моя дорогая, – подумал Бо. – Это именно то, на что ты подумала». Бросив папку с бумагами на кушетку, он обхватил Мел обеими руками, прижался губами к сладкому местечку у основания позвоночника и потерся носом о бархатистую кожу.

– Ты умопомрачительно пахнешь.

– Я… – Тихий сладострастный стон слетел с ее губ, когда Бо осторожно куснул ее шею сбоку. – Прекрати!

– Хорошо, как скажешь.

Развернув Мел лицом к себе, Бо сдернул смешную шапочку с ее головы, не обращая внимания на то, как гель для бритья намочил штанины джинсов, сунул палец между грудей, пытаясь стянуть полотенце, но она шлепнула его по руке (впрочем, как отметил Бо, так, для вида):

– Не смотри на меня. У меня на волосах кондиционер, и мне нужно побрить ноги.

– Вызови полицию моды, – предложил он с улыбкой. – Каким будет наказание, по-твоему? Отправят в постель без ужина?

Господи, что он несет? Несмотря на то что пришел сюда с совсем иной целью, теперь ему ничего другого не хотелось, кроме как быть с Мел.

– Бо, прекрати. Ты только посмотри на меня: я похожа на чучело.

– Вот я и смотрю. Да, чучело, но очень аппетитное. – Бо поднес к губам ее пальцы и принялся целовать.

– Это так смешно! – прошептала Мел, изумленно наблюдая за ним.

– Совсем недавно ты так не думала.

– То было что-то вроде первой медицинской помощи или физиотерапии.

– Ну да, конечно. Что же еще?..

Он был уже настолько возбужден, что мог бы забивать гвозди. А ведь Мел до него даже не дотронулась. Это все ее божественный запах! Бо нагнул голову и принялся, как собака, обнюхивать ее, коснулся губами обнаженного плеча и провел языком по влажной коже.

Ее пальцы впились ему в руку, и слабый стон слетел с ее губ. Заинтригованный, Бо чуть прикусил нежную кожу плеча, и в ответ услышал едва ли не шипение: