Чужак - Зоэ Арчер

Газовые лампы горели неярко, и, дернув за ручку стеклянной двери, Саймон обнаружил, что она закрыта. Он нажал маленькую кнопку, и тут же появился мужчина в модном костюме.

Его улыбка померкла, когда он увидел Саймона и Элис. Он даже немного отступил от двери.

– Чем могу помочь, сэр? – спросил он из-за стекла.

Несмотря на рабочую одежду, Саймон держался как человек благородного происхождения.

– Нас ожидают Блейны, – пояснил он сухо.

Манеры мужчины мгновенно изменились. Он тотчас открыл дверь и воскликнул:

– Конечно-конечно! Могу я принести что-нибудь вам и вашей жене? Чай для леди? Что-нибудь покрепче для вас, сэр?

– Сообщите номер комнаты Блейнов, – ответил Саймон.

– Триста вторая. Если хотите, можете подняться на лифте.

Мужчина с гордостью показал на клеть, похожую на ту, в которой шахтеры спускались под землю. Только эта была идеально чистой и сверкала медными украшениями.

– Мы пойдем по лестнице, – сказала Элис.

– Как пожелаете, мадам. Если отдадите мне вещи, я покажу дорогу и…

– Это не обязательно, – перебил Саймон.

Он сунул монету в руку мужчины, и тот, улыбнувшись, сказал:

– Всего вам доброго, сэр. – Сунув деньги в карман, мужчина вышел из вестибюля и исчез за вертящейся дверью.

Элис взглянула на своего спутника.

– Я начинаю видеть все преимущества работы в «Немисис».

– Наша работа – это не только дорогие отели и услужливые слуги, – проговорил Саймон, поднимаясь по лестнице. Элис следовала за ним, рассматривая красивые картины в рамах на оклеенных обоями стенах и вазы со свежими цветами на каждой площадке. – Большей частью приходится вести слежку из экипажей, прятаться в переулках и торчать в темных, населенных крысами лачугах, – продолжал Саймон.

– Что ж, привыкну… – пробормотала девушка.

Саймон вдруг остановился и, обернувшись, проговорил:

– Не надо привыкать. Для тебя, Элис, все это скоро закончится.

– Да, знаю, – кивнула она, стараясь не покраснеть. Стараясь не чувствовать себя ребенком, которого пожурил взрослый.

Тут Саймон спустился на несколько шагов и, оказавшись лицом к лицу с ней, добавил:

– «Немисис» не зря отказывается расширять свои ряды. Работа у нас опасна и предназначена только для людей, готовых посвятить ей жизнь. Мы приехали сюда с определенной целью. И потом, когда все будет закончено, ты будешь жить лучше.

– Мне ничего больше и не нужно, – пробурчала Элис. – И вообще… из-за чего мы ссоримся?

Саймон ухмыльнулся:

– Черт меня побери, если знаю. Наверное, виновата бессонница. – Он кивком указал куда-то вверх. – Нас ждут.

Сердце Элис тревожно забилось – словно она должна была встретиться с его семьей.

«Что ж, в некотором смысле так оно и было».

Наконец они добрались до третьего этажа, и Саймон остановился перед дверью под номером 302. Но вместо того чтобы постучать, он как-то странно поскребся – словно кошка в дверь кухни.

Послышались приглушенные ковром осторожные шаги. Потом – снова царапанье, но только изнутри. Саймон опять поскреб дверь, но уже по-другому.

Через несколько секунд дверь открылась. На пороге стоял мужчина с оливковой кожей, черными волосами и аккуратной эспаньолкой. И взгляд у него был такой же проницательный, как у Саймона. Держался он весьма непринужденно, и даже дорогой темный костюм не мог скрыть могучего телосложения этого человека. За его спиной стояла женщина средних лет – женщина поразительной внешности. Ее кожа была темнее, чем у мужчины, а модная прическа не скрывала сильно вьющихся волос. Глаза, однако, были светлыми и в свете лампы – острыми, как граненый агат.

Взглянув на этих людей, Элис подумала: «Не хотела бы я с таким поссориться…»

Ей захотелось сбежать, когда мужчина с оливковой кожей отступил в сторону, она все же последовала за Саймоном и вошла в комнату. Мужчина и женщина молча наблюдали за каждым ее движением.

– Добрались без неприятностей? – спросил наконец мужчина.

– Все в порядке, – ответил Саймон.

Элис же с опаской оглядывала номер – словно боялась, что вся эта роскошь ее укусит. Комната, в которой они сейчас стояли, казалась чем-то вроде гостиной или салона – прекрасный письменный стол красного дерева, стулья в чехлах и диван. У стены высился камин. Дверь в спальню была открыта, и она увидела огромную медную кровать и расписной шкаф. Наверное, этот номер был больше двух ее комнатенок в Тревине.

Но гостиничные комнаты интересовали ее куда меньше, чем люди. Если не считать Саймона, то Элис впервые видела агентов «Немисис». И оказалось, что все истории про них – чистейшая правда. По крайней мере, эти двое выглядели так, что сомнений не возникало. А ведь в поезде Саймон упоминал еще много имен…

И все эти люди были так же проницательны, как Саймон, – люди, сделавшие много добрых дел. Никогда еще Элис не чувствовала себя такой ничтожной, как сейчас, глядя на них. А они, в свою очередь, настороженно изучали ее. «Что ж, – решила она, – тогда мне остается только одно – вести себя смело и даже вызывающе».

– Элис Карр, – представилась девушка, протягивая мужчине руку.

Тот крепко ее пожал.

– А я Марко.

– Просто Марко?

– О, к чему путаться в фамилиях?

Элис кивнула в знак согласия. Саймон ведь тоже не назвал своей настоящей фамилии… Да, конечно… Они скажут ей ровно столько, сколько потребуется, не более того. Возможно, ей – ради ее же собственной безопасности – и не следовало знать больше.

Тут вперед вышла женщина и тоже пожала ей руку. Причем Элис заметила, что на руке у нее не было обручального кольца. Необычная компания… Но иного она и не ожидала.

– Я Харриетт, – представилась женщина, оглядывая девушку с головы до ног, осматривая ее так, что Элис покраснела – то ли от смущения, то ли от гнева, то ли от того и другого. Даже самые похотливые мужчины у них в деревне не смотрели на нее так. – Для подобного рода вещей есть французские открытки, – процедила Харриетт, отстраняясь.

– Она пытается определить твой размер, – объяснил Саймон загадочную фразу. – Я описал тебя как смог, но именно она будет подгонять платье.

– Ты неплохо описал ее, – заметила Харриетт. – Переделки будут минимальными.

Она подошла к стоявшему в углу сундуку и открыла его. Внутри были аккуратно сложены платья всех цветов и тканей – куда более роскошные, чем те, что когда-либо видела Элис. И вот сейчас… Элис на мгновение замерла, взволнованная неожиданной мыслью. Резко развернувшись, она спросила:

– Саймон, ты сообщил ей мои размеры? – «О господи! Ведь мы с ним целовались, он вволю меня пощупал!» – вспомнила Элис. Она испытывала острейшее унижение. Харриетт и Марко вполне могли догадаться, каким образом Саймон узнал ее размеры. Но все же она не жалела об этом…