О ком грустит Пьеро - Патриция Хорст

— Эрни, ты позавтракаешь с Сандрой, а потом мы все вместе пойдем гулять. — Кэтрин оглянулась на Дэвида и поманила его за собой. — Нам надо еще кое-что обсудить.

— Что-то не так? — спросил он, когда они вернулись в номер. — Я стал бояться любых неожиданностей.

— Нет, милый, — прошептала Кэтрин, закрывая дверь на ключ. — Просто я ужасно соскучилась по тебе…

Он побледнел и молча шагнул к ней, раскрывая объятия. Мгновение они смотрели друг на друга, словно мечтая утонуть, раствориться во взглядах. Дэвид наклонился и припал к полураскрытым зовущим губам Кэтрин. Этот миг узнавания пронзил обоих, сердца забились в унисон, горячая кровь быстрей побежала по венам.

Медленно раздевая Кэтрин, Дэвид любовался ее загорелым стройным телом с прежде плоским, а теперь округлившимся животом, с затвердевшими от возбуждения сосками, с узкими бедрами. Он знал ее всю, от кончиков пальцев до макушки, и жалел лишь о том, что раньше никогда не видел при дневном свете.

— Ты такая красивая… — сказал он, касаясь губами ее теплой бархатистой кожи. — Я люблю тебя.

— И я люблю тебя, — сказала Кэтрин, откидываясь на взбитые подушки и улыбаясь. — А ведь мы с тобой впервые оказались в постели.

— Да, и здесь, надо признать, гораздо удобней, чем в машине или на скамейке.

Они счастливо рассмеялись, приникая друг к другу. Поцелуи и тихий шепот, нежные прикосновения, медленные ласки… Они не торопились достичь наслаждения и утолить мучительный голод. Страсть, вспыхнувшая жаркой летней ночью, через три месяца разлуки стала еще сильней, но теперь им некуда было спешить: впереди были не часы, а долгие годы, напоенные любовью.

Дэвид, склонившись, целовал порозовевшее лицо Кэтрин, ее закрытые глаза и трепещущие от желания ресницы, маленькую упругую грудь и золотистые завитки на нежном холмике. Каждое прикосновение уже несло в себе несказанное удовольствие, и он жалел, что не может объять ее всю, сразу и целиком.

Кэтрин тихонько застонала, когда он овладел ею, проникая в горячую глубину, и обхватила Дэвида руками, словно опасаясь, что если не будет держаться за него, то неведомая сила подхватит и унесет ее куда-то в неизвестность. Они слились в поцелуе, одновременно почувствовав, как нахлынуло блаженство и накрыло их обжигающей волной.

— Я не хочу отпускать тебя, — прошептал Дэвид, прижимая Кэтрин к себе. — Ни на секунду…

— И не надо, — ответила она с нежной улыбкой. — Теперь мы вместе.

Он приподнялся и заглянул в ее сияющие счастьем глаза.

— Навсегда?

— Навсегда, любимый.