Обладание - Мэдлин Хантер

— Наверняка. Город не особенно любит пилигримов и старается не пускать их внутрь. В основном они остаются в Саутворке.

Мойра намеревалась заняться поисками Элис после обустройства на новом месте, но, если найти ее не составляет труда, может быть, это стоит сделать сразу же. И на тот случай — что, впрочем, маловероятно, — если Аддис найдет ее, свидетельство Элис, которая присутствовала, когда Бернард предоставил Мойре и ее матери свободу, окажется весьма кстати. Пусть они с Элис никогда не были близкими подругами, все-таки приятно увидеть знакомое лицо в этом шумном и странном городе.

— Вы приехали, чтобы найти мужа? — обратилась к ней с прямолинейным вопросом Элзбет. — Если так, то здесь полно мужчин, которые ищут себе подходящих жен. А если у вас еще и деньги водятся или имущество какое, то можно даже найти и вольного горожанина, гражданина. Для таких приданое обычно не меньше ста фунтов, но у вас, во-первых, и ремесло свое имеется; к тому же вы миловидны, так что можно рассчитывать на сумму поменьше.

— Я мужа не ищу, — Мойра сама удивилась решительности собственного ответа. Дело обстоит как раз наоборот. Ищет, — за тем как раз и приехала в Лондон! Однако признаться в цели, которую она преследует, означало бы привлечь в дом бесконечную череду кандидатов в мужья. Одна только мысль об этом, оскорбительность того, что означал брак с совершенно незнакомым человеком, мгновенно вызвали отвращение. Она всегда полагала, что сможет лечь в одну постель с очередным мужем точно так же, как делала это с Джеймсом, но теперь… Нет, сначала она разыщет Элис, потом приобретет дом, наделает корзин на продажу. А уже после этого выставит себя на брачный рынок. Может быть, к тому времени Аддис не будет больше значить для нее так много…

Уставшая, но полная ожидания, она вернулась к себе в комнату. Все получится, уверяла она себя. В Солсбери же получалось? Пусть Солсбери даже в подметки Лондону не годится, но ведь получалось же! Она прилегла на кровать отдохнуть и разобраться с планами на завтрашний день. Поневоле в памяти возник образ Аддиса у городских ворот. Интересно, впустили его в город или нет?

Саутворк оказался совсем не похожим на Лондон. Даже настроение в нем, казалось, было преходящим, непостоянным, словно никто из проходивших по улицам людей не родился здесь и не собирался задерживаться надолго. Грязные и тощие пилигримы ошивались вокруг бездельничающих оруженосцев и подмастерьев, надеясь на дармовую выпивку. Мойре понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, каким ремеслом промышляют большинство женщин, медленно прохаживающихся по улочкам или сидящих у окон некоторых домов.

Элзбет объяснила, что на самом деле Саутворк — не часть Лондона, а отдельный город, причем в нем царят вольные законы и репутацией он пользуется не самой лучшей. Она уговаривала Мойру не ходить туда совсем, а когда увидела, что Мойра все-таки собирается, посоветовала ей подальше спрятать кошелек. Думая, что в действительности все окажется не так страшно, Мойра на всякий случай решила взять с собой всего лишь несколько пенсов.

Ей казалось, что разыскать Элис будет проще простого. В конце концов, сколько таверн ей придется посетить? Как выяснилось, несколько дюжин. Она выскочила из очередного заведения поздним вечером, жалея, что приступила к поискам слишком поздно. Правда, она не решилась выйти с утра, опасаясь, что в это время вероятность наткнуться на Аддиса или кого-нибудь из его людей гораздо выше.

Кроме того, дорога в Саутворк заняла больше времени, чем она ожидала, отчасти по той причине, что Мойра то и дело останавливалась, чтобы получше рассмотреть тот или иной дом, который сгодился бы в качестве постоялого двора. Теперь же, когда она вышла на улицу из таверны, на город уже спускались сумерки. Значит, придется вернуться завтра.

Она зашагала назад к длинному каменному мосту, протянувшемуся над рекой, и едва успела проскочить в ворота, которые охранники уже собирались закрывать на ночь.

Погрузившись в неторопливые размышления, она спокойно возвращалась к постоялому двору, не обращая особого внимания на то, что творится вокруг, замечая разве что темноту и тишину. И потому, когда она свернула за угол и вышла прямо в круг ослепительно яркого света, у нее от неожиданности вырвался испуганный возглас.

У стены здания стояли, оживленно болтая, трое мужчин с зажженными факелами. Они повернулись на голос.

— Та-ак. И что мы делаем тут в такое время? — протянул один из них.

Она попыталась обойти их, но они перегородили ей путь.

— Возвращаемся с работы?

— Что-то далековато занесло тебя от Коклейн, красотка, — вставил другой.

Она растерянно переводила взгляд с одного лица на другое. Они же, суровые и официальные, разглядывали ее в свете факелов. У Мойры возникло мрачное предчувствие.

— Пожалуйста, позвольте мне пройти.

— Нет, никак не положено. Наша задача — патрулировать этот район и следить за тем, чтобы такие, как ты, оставались в местах, которые город отвел специально для вас. Ты, когда проходила через ворота, знала, чем рискуешь, если попадешься, — заявил первый.

— Я просто ходила в Саутворк. А живу я в городе.

— Правда? Охранникам будет очень интересно. Вот им и расскажешь. Проституткам в городе запрещено появляться где-либо, кроме Коклейн, — он крепко взял ее за руку.

Так что, они приняли ее за… нет, это какое-то недоразумение! За сегодняшний день она перевидала достаточно проституток, чтобы понимать — она даже отдаленно не напоминает женщину свободного ремесла.

— Добрые люди, вы ошибаетесь. Я просто возвращаюсь на постоялый двор, где снимаю комнату.

— Ого! Она, оказывается, из тех, что умеют красиво говорить. Наверное, она даже к нему сама бегает, а не ждет, пока он к ней заявится.

— Что за глупости вы говорите! Неужели я похожа… на…

— В темноте все женщины выглядят одинаково. Кому-кому, а тебе это наверняка хорошо известно.

Дело принимало совершенно абсурдный оборот.

— Послушайте… — начала было Мойра, теряя терпение.

— Нет, это ты послушай, — перебил ее один их мужчин. — Ты бродишь по улицам в одиночестве после наступления комендантского часа, нарушаешь установленные городом законы, и, на мой взгляд, этому существует только одно объяснение. Так что не миновать тебе тюрьмы Тан.

Тюрьма!

— Думаю, вы шутите!

Державший ее за руку мужчина посмотрел на нее более внимательно. Помедлив, он пожал плечами:

— Свою историю ты расскажешь завтра мировому судье. Мое дело — очистить улицы от ночных бродяг и проституток, а ты — и то, и другое, как мне кажется. Так что идем. До тюрьмы Тан отсюда далековато.

— Вы же шутите, правда? — воскликнула она, когда он потянул ее за руку.

— Веди себя спокойно, иначе будет хуже.

— Отпустите руку, — тихо произнесла она. — Я пойду сама. И не смейте больше прикасаться ко мне.