Соблазн в сапфирах - Рене Бернард

Он заметил в толпе Дариуса, который направлялся к ним в своем вечернем костюме, но вместо облегчения странное и совершенно новое чувство охватило Эша.

Проклятие!

— Я могу представить вам мистера Дариуса Торна? Дариус, это Кэролайн Таунзенд из Бостона, — проговорил Эш резким и взволнованным тоном, затем быстро раскланялся. — Если вы оба извините меня, я оставлю вас. Кажется, я увидел одного старого знакомого, с которым должен поговорить.

Эш быстро отошел, тихо проклиная себя за порыв ревности, которая охватила его, когда он увидел, как Дариус направляется к ним через комнату.

«Что ж, это поворот! Это моя собственная грандиозная идея, и, слава Богу, я не собираюсь стоять здесь и дуться, как наказанный школьник. Дариус Торн — человек слова, и он здесь только потому, что делает мне одолжение».

Недовольство заползло в душу, как змея, и Эшу пришлось вздохнуть глубоко и продолжительно, чтобы унять боль.

— Все несчастья заслуженны, — прошептал он сам себе.

Эш отошел, четко печатая шаги. Его спина кажется неестественно прямой, думала Кэролайн, глядя ему вслед.

— Так приятно, наконец, познакомиться с вами, мисс Таунзенд.

— Наконец?

Кэролайн улыбнулась. Казалось, будто ее новый знакомый чувствует себя еще более неловко в незнакомом окружении, чем она. Высокий и симпатичный, он наклонился к ее руке, и его зеленые глаза наполнились радушием.

— Я старый друг Эша, и он очень высоко отзывался о вас.

Кэрол рассмеялась:

— Да? Ни один, из его отзывов не мог быть хорошим, так что мне не остается ничего другого, как притвориться, будто я польщена, мистер Торн.

— Нет, это не так.

Дариус покачал головой.

— Тогда скажите, что именно он говорил.

Дариус так долго колебался, что они оба заулыбались.

— Я не могу дословно повторить его слова, но уверен, он упоминал, будто вы необыкновенно умны.

— Да? Что ж, это его способ уйти от ответа. Должна предупредить вас, мистер Блэкуэлл не оценивает женщину по ее собственному мнению о себе.

— Мистер Блэкуэлл оценивает каждого согласно своему собственному мнению, — возразил Дариус. — Но, как его друг, я научился игнорировать некоторые его особенности и придерживаться во всем своего собственного мнения.

— Такой подход мне понятен! — Кэрол взмахнула веером, удивляясь, как уютно она чувствует себя с Торном. — Вы давно знаете мистера Блэкуэлла?

— Несколько лет, но, учитывая условия знакомства, мне кажется, что я знаю его всю жизнь. — Дариус пожал плечами: — Эш… — сложный человек.

— Да? — спросила Кэрол мягко и осторожно. — Я полагаю, что так и есть…

— Так и есть?

Дариус с любопытством взглянул на нее.

— Он именно такой, каким вы его видите, и вместе с тем непостоянен, как ртуть. — Кэрол пожала плечами: — Разве это не достаточно сложно?

— Я бы сказал, вы видите его насквозь.

Дариус протянул руку, чтобы проводить ее в тот зал, где устраивали танцы.

— Где вы познакомились с мистером Блэкуэллом?

— За границей. Я путешествовал с целью изучения лингвистической связи между древним санскритом и арабским, но также чтобы осмотреть достопримечательности местных храмов.

— Как интересно!

— Боюсь, это первое, что приходит на ум.

— А разве нет? Не могу представить лучший способ набраться знаний и просветить дух. — Кэролайн покачала головой: — Возможно, поэтому мне так неинтересны салонные разговоры?

— Эш говорил, что вы много читаете. — Дариус остановился и поставил ее в нужную позицию, чтобы присоединиться к танцующим. — Потанцуем?

Кэролайн вздохнула:

— Единственное, что я могу обещать, — это сделать все, чтобы пощадить ваши ноги.

— Щедрое обещание, — улыбаясь, проговорил Дариус. — А я попытаюсь сдерживаться.

Дариус закружил ее в танце. Его собственные неловкие шаги маскировали ее ошибки, пока они делали все возможное, чтобы вписаться в толпу танцующих с каким-то подобием грации. После нескольких минут оба смеялись над своими ухищрениями, скрываясь среди других более искусных пар и стараясь не отдавить им ноги.

— Скажите мне правду, мистер Торн, — попросила Кэрол. — Мне лучше нечаянно потерять мою карточку, где расписаны танцы, и провести остаток вечера, прячась за занавеской?

— И лишить ваших других партнеров теста на рыцарство? — Дариус продолжал кружить ее, слушая музыку и избегая столкновения с другими парами. — Никогда!

Кэролайн собиралась сказать что-то умное о заблуждающихся рыцарях, но в этот момент незнакомый мужчина появился за спиной Дариуса и похлопал его по плечу.

— Пардон, — начал молодой человек, широко улыбаясь. — Могу ли я украсть у вас вашу прелестную партнершу и пригласить ее на остаток танца?

Дариус остановился: вторжение было неожиданным, но не выходило за рамки, так как соответствовало правилам этикета.

— Если мисс Таунзенд не возражает, думаю, это возможно.

Кэрол покачала головой, втайне разочарованная столь быстрой потерей нового знакомого, но неохотно согласилась:

— Да, хоть я надеялась услышать больше о ваших учениях, мистер Торн.

— Конечно, я с удовольствием сделаю это.

Дариус поклонился ей, затем вежливо позволил другому джентльмену занять его место.

Интересная бледность, вызывающе яркий галстук, — все это, несомненно, было тщательно продумано и создавало ощущение, что он не очень-то уверен в себе, зато улыбка казалась приветливой.

— Мисс Таунзенд! Вы не можете представить, какое удовольствие, наконец, познакомиться с вами!

— Наконец? — Кэрол едва сдержала смех. — Все твердят это, но я не вижу, чем заслужила подобный интерес?

— О, я считаю, что заслужили! Я родственник и друг Блэкуэллов и был счастлив узнать о вашем приезде. Позвольте представиться: Уинстон Ярдли.

Уинстон снова повел ее в толпу танцующих, его хватка оказалась слабее, чем у Торна, и Кэрол чувствовала себя менее защищенной. То забавное ощущение, которое она испытывала с Дариусом, сейчас сменилось чувством неуверенности, но Кэролайн постаралась отбросить его.

— Очень приятно, мистер Ярдли.

— Вы из Бостона, да? — спросил он. — Я знаю, конечно, что старший Блэкуэлл был партнером вашего деда несколько лет назад, но когда я услышал, что связь продолжилась и сейчас и ваши родные отпустили вас посетить английских друзей… то это стало приятным сюрпризом.

Радость Кэролайн рассеялась. Что-то такое присутствовало в этом джентльмене, что интуитивно не нравилось ей. Но она не могла бы определить это одним словом.