Осколки - Александра Эльданова

Моя бравада кончилась, когда я выключила свет. Я вздрагивала от каждого шороха, дважды выглядывала в коридор и никак не могла уснуть. Через час безуспешных попыток я решила спуститься вниз и поискать что-то успокоительное. Да, мне утром будет плохо, скорее всего, и соображать я буду туго, но я усну, хотя бы.

— Не спится?

Я вздрогнула, выронила блистер и обернулась.

— Прости, я не хотел, — Сергей поднял упаковку, бросил быстрый взгляд на название и покачал головой, — все так плохо?

— Заснуть не могу, — я не стала юлить, — постоянно кажется, что в окно кто-то влез и ходит по этажу.

— Саш, еще раз — кровать большая.

Я заколебалась. Сложно отказать голому по пояс мужчине. Да и перспектива заснуть без таблеток такая заманчивая…

— Это не попытка тебя соблазнить. В конце концов, могу в кресле доспать, если тебя так пугает сон в одной постели.

Сгорел сарай, гори и хата, как говорит Надежда.

— Не надо таких жертв. Не пугает.

— Правильно, меня вообще не надо боятся. Иди спать, я покурю и приду.

Как у него все просто.

Я забралась под одеяло, устроившись на самом краю. Можно ли считать, что я напросилась к Топольскому в постель? И совсем не в том смысле, в котором ему бы хотелось (а в том, что хотелось бы, я уверенна). И не лучше ли было выпить снотворное и провалиться в липкий кисель, а не испытывать сейчас странную неловкость?

Я терзалась и почти себя убедила, что надо все-таки идти наверх и не устраивать детский сад, как дверь спальни открылась.

Оправдать то, что я решила прикинуться спящей, можно только моей беспросветной глупостью.

Щелкнул, включаясь, ночник, прогнулся матрас, с другой стороны кровати.

— Я знаю, что ты не спишь, — сказал Сергей вполголоса.

— Не сплю, — придуриваться дальше было глупо, — Я такая плохая актриса?

— Спящие люди так не дышат. Иди поближе, места ещё много.

— Мне нормально.

— Придет серенький волчок и укусит за бочок, — я почувствовала, как Сергей улыбнулся.

— Серенький? Тогда мне надо за другой бочок опасаться.

— В смысле?.. — сначала не понял Топольский, а потом тихо засмеялся, — у меня нет интереса к чужим бочка́м, поверь.

— Точно? — я чуть отодвинулась от своего края, где правда было не особо удобно.

— Честное слово. Больше не страшно?

— Здесь точно никто в окно не влезет, — я помолчала, — И… с тобой не страшно.

— Вот и пришла бы сразу.

— Это неприлично, — фыркнула я, — я так не умею.

— Неприлично с… Неважно. Ладно, сам дурак.

Движение и я уже оказалась в объятьях Топольского.

— Так гораздо лучше, — заявил он довольным голосом, — теперь спи.

— Я не соглашалась на роль плюшевого мишки, — я завозилась, удобнее устраивая голову у него на груди. Да, так действительно гораздо лучше.

— Но и против ничего не имеешь. Спи, моя хорошая.

Вот за это я действительно была благодарна. За близость, чуткость, за то, что моя неловкость осталась тактично незамеченной, за то, что Сергей все свел к шутливому тону. А еще за ту нежность, которую я почти чувствую кожей.

* * *

Сергей.

Она спит, а я боюсь пошевелится. Будто от этого зависит что-то очень важное. Хотя, может так и есть?

Израненная и запутавшаяся девочка, готовая с ходу в омут с головой. А я это проглядел. Рано расслабился, а Саша ведь предупреждала. Ничего, по носу я получил, информацию усвоил, теперь надо думать, что с этой информацией делать. И думать быстро и правильно, пока никто из нас ничего не натворил — она из импульсивности и желания что-то себе доказать, а я… А я просто потому, что хочу ее до дрожи. Вот именно так, да. Но еще у меня к ней безграничная нежность и обожание, которые не дадут наделать глупостей, надеюсь, потому что в омут с головой это точно не Сашин вариант. Не честно будет им воспользоваться, неправильно. Одна надежда на то, что она быстро загорается — слишком пылкая. Поэтом я подожду, пока упрямая вредина договориться сама с собой. Ну и помогу, чем смогу, куда без этого.

Саша вздохнула, удобнее устраиваясь. Я чуть крепче ее обнял и прижал к себе. Хорошая моя… все сложится, я терпеливый. Очень терпеливый.

* * *

Разбудил меня запах кофе. Что-то неправильное есть в этом, потому что обычно дома его варю я. Но я не дома.

Саша действительно была на кухне и обернулась на мои шаги.

— Доброе утро.

— Доброе. Будешь кофе?

— Буду, — ее легкомысленные шорты сбивали меня с мысли.

— Хозяйка из меня ленивая, поэтому завтрак незатейливый, извини. Сереж?

— Я тут. Пытаюсь вспомнить, когда обо мне так заботились с утра.

Саша фыркнула, но все же не удержалась:

— Неужели никто, из той вереницы романов, что тебе приписывают, не хотел о тебе заботиться утром?

— Булыжник в мой огород и прощупывание почвы? — хмыкнул я в ответ, — Половина приписанного ложь, я говорил уже.

— Сложно было удержаться, чтоб этот булыжник не кинуть, садись, — Саша кивнула на стул, — у меня времени как раз, чтоб неторопливо позавтракать.

— Я тебя отвезу, — я притянул ее за руку к себе и обнял.

— Спасибо.

— И заберу. Ко скольки?

— Я надолго. Часов в пять. Только зачем?

— Затем, что я соскучился. Затем, что мне мало одного вечера с тобой. Смирись с этим.

— Нужно? — она обняла меня за шею. Новый и такой приятный жест.

— Смиряться? Обязательно.

— Я опоздаю, Серёж.

— Что ты вообще так долго там делать собиралась? — я отпустил ее не без сожаления.

— В библиотеке сидеть. И нет, нагуглить нельзя.

— Жаль. Саша, скажи пожалуйста, а твою машину не проверяли? — спросил я. Ночью хорошо думалось не только про способы соблазнения госпожи Лишиной.

— Зачем? — не поняла она.

— За тобой ведь следят. И делают это так, что не ты, ни твои знакомые этого не видят. GPS трекер подкинуть минутное дело.

— Но вчера моя машина стояла у Андрея во дворе.

— Вот это меня и смущает.

— Хочешь сказать, как в плохом шпионском фильме —

телефон?

— Имея деньги и нужные знакомства — это не так уж и сложно. Надо Михаила спросить. Кстати, что с окном? Его ведь стеклить надо.

— Завтра мастер придет, сегодня никак. Охрана пообещала обходить участок — я ведь сегодня здесь ночевать не буду.