Я выбираю тебя - Лиз Филдинг

Очевидно, ее слова не произвели на него никакого впечатления. Он даже не спросил, чем она занимается. Видимо, его интерес к ней не простирался дальше подола ее мини-юбки. Наверное, увидев, как после поцелуя она опирается на морозилку, чтобы не упасть, он решил, что она — легкая добыча. Странно, что он не воспользовался своим преимуществом. Наверное, просто решил удостовериться, что ради мороженого она готова на все. И здесь он тоже ошибся. Целуя его, Салли напрочь забыла и о своем заказе, и о предстоящем приеме. Она вообще ни о чем не думала, только плавилась от желания. Ей хотелось, чтобы поцелуй продолжался вечно…

— Ладно. — Александер пожал плечами. — Покажите квитанцию, и можете забирать мороженое.

— Квитанцию?!

Она поняла, что не сводит взгляда с дыры на его плече. Внезапный холодок в области солнечного сплетения никак не был связан с тем, что она стояла, прислонившись все еще к открытому морозильнику.

— В соответствии с практикой деловых отношений принято выписывать квитанции, — пояснил он. Салли не поняла, издевается он или нет. Очень похоже, что издевается! Надо сказать, что для бездельника и альфонса, каким она его считала, он соображает неплохо. Наверное, потребность потакать своим прихотям требует определенной безжалостности. Может быть, он поэтому взялся помочь Риа? Она полна жизни, в сорок лет выглядит просто сказочно, но смазливые любовники, пусть и редкие, — удовольствие дорогое. — У вас есть квитанция?

— Н-нет… С собой нет… — уклончиво ответила Салли. — Риа наверняка сделала запись.

— Риа не делала никаких записей уже несколько недель.

— Но ведь…

— Риа — она такая.

— Неужели все так плохо? — спросила Салли.

— И даже хуже.

Салли тяжело вздохнула.

— В практических вопросах от нее никакого толку. Когда мы экспериментируем с разными добавками для мороженого, мне приходится записывать все ингредиенты. И все равно, стоит ненадолго отвернуться, она может в последнюю минуту добавить что-нибудь совершенно неожиданное.

— И получается настоящее волшебство.

— Верно, — удивилась Салли. Для человека, презирающего мороженое, он неплохо разбирается в особенностях его приготовления. — К сожалению, нет гарантии, что заклинание сработает каждый раз.

Она приветствовала взлеты фантазии, но хотелось какого-то постоянства. Риа предпочитала действовать наудачу и иногда изобретала нечто по-настоящему потрясающее. Поэтому посещение «Радужной радости», старомодного кафе-мороженого, превращалось в увлекательное приключение. Но иногда тех, кто приходил, надеясь еще раз попробовать восхитительное мороженое, которое так понравилось им в прошлый раз, ждало разочарование. К счастью, чаще посетители все же уходили довольные.

— Вам придется либо пойти на риск, либо уйти, — заметил Александер, видимо прочитав ее мысли.

— В самом деле? — Она наградила его таким же задумчивым взглядом, как и он ее чуть раньше. — Приехав сюда, вы тоже пошли на риск?

Его улыбка оказалась опасной. Мимолетной. Наполненной двусмысленностью. Ему что, смешно? И все-таки сейчас нужно привлечь его на свою сторону. В минуту слабости она позволила себе забыться, но больше такого не повторится. Ей все равно, зачем Александер Уэст вернулся в Мэйбридж, к Риа. Ее заботит только собственное дело.

— Что касается мороженого, — продолжала она, не дожидаясь ответа, — мои клиенты ценят авторские, оригинальные сорта, придуманные Риа.

Убедившись в том, что Риа упорно не желает придерживаться рецептуры, Салли решила пойти по пути наименьшего сопротивления. Она стала предлагать своим клиентам мороженое «по запросу». Новые сорта создавались в соответствии с пожеланиями покупателей. Салли сама записывала рецепты во время их экспериментов. Клиенты должны получать именно то, что они продегустировали и одобрили, а не новые версии, созданные в порыве вдохновения.

— Где Риа? — снова спросила Салли. — Кстати, а где Нэнси? — Она посмотрела на часы. — Знаю, по утрам она возит дочку в школу, но она должна была вернуться час назад и открыть кафе.

— Она и вернулась, но, поскольку «Радужная радость» закрылась, я посоветовал ей не тратить зря времени и поискать себе другую работу.

— Вот как? — Он ее уволил? Ситуация гораздо серьезнее, чем ей казалось. — Вы хоть представляете, как эта работа важна для Нэнси? Она мать-одиночка. Найти другое место…

— Все вопросы к Риа, — оборвал ее он. — Ведь это она исчезла.

— Исчезла?! — Ей казалось, он такой сонный, что вот-вот сядет на пол и заснет. Но он действовал с молниеносной скоростью. Когда кровь отхлынула от ее лица, а колени подкосились, он поддержал ее по локоть. — Что значит «исчезла»?

— Ничего. Я неудачно выразился. — Да нет, он все прекрасно понимает… Несмотря на любовь к ярким краскам и жизнерадостность, Риа очень слаба и ранима…

Он снова оказался совсем близко, и Салли уловила запах лаванды. Риа срезает ее в саду и раскладывает в постели, между простынями.

— От налоговиков все равно не спрячешься!

— Да, но, если вы так хорошо с ней знакомы, как уверяете, вам наверняка известно: когда жизнь прижимает, она прячет голову в песок, как страус.

Совершенно верно. Риа отлично умеет прятать голову в песок и не слышать того, что ей не хочется знать. Например, совета быть более организованной. Просьбы не забывать о рецептуре мороженого, которым она торгует в кафе, оставив эксперименты для «особых клиентов».

— Вам известно, какой она выбрала пляж? Где именно она прячет голову в песок?

— Вас это не касается.

Вот именно. Раньше касалось, а сейчас… Раз Риа оставила его за главного, наверное, он знает куда больше, чем говорит.

— Я все время старалась ее организовать, — продолжала Салли, с горечью сознавая, что могла бы стараться и энергичнее. Хотя она не одобряет «мужчину с открытки», пусть он не думает, что ей все равно. — Но организовать Риа так же трудно, как пасти кошек.

Услышав ее последние слова, он улыбнулся — мимолетно и криво, но улыбка на миг объединила их. Оба хорошо знали Риа — как ее достоинства, так и недостатки. Несмотря ни на что, Салли улыбнулась в ответ.

— Кому вы говорите! — вздохнул Александер. Увидев, что она снова вздрогнула, он уточнил: — Вы хорошо себя чувствуете?

— Да… вполне. — Но, когда их взгляды встретились, у нее снова закружилась голова, и она больше ни в чем не была уверена. Слово «вполне» тут явно не годилось. Когда Александер Уэст рядом, с ней что-то происходит. Она теряет способность думать и действовать здраво. — Голова немного кружится, — призналась Салли. — Наверное, долго проторчала головой в морозилке. И слишком быстро выпрямилась…

— Так всегда бывает.

Выражение его лица было серьезным, но в глазах читалось нечто совершенно другое.