Папина дочка - Янка Рам

В конце концов, наняла и платит мне не Жанна.

Покрыв тоном лицо, гримерша рисует мне стрелки, наклеивает стразики, и пучок длинных ресничек в уголки...

Чуть меняя форму губ, рисует контур. И тоном увеличивает их размер. Прорисовывает резче скулы.

В вырезе боди, на левой груди, сжатой бюстом и вызывающе выпирающей, мне рисуют тату, которая есть у Жанны.

Стилисты долго решали, затонировать ей эту тату, или нарисовать мне. Но Жанна фетиширует на свою татушку и встала в дыбы от идеи ее закрасить тоном.

Смотрю на результат. Пошловато... Я бы совсем убрала акцент с губ, выделив только глаза. Но решаю не я.

Мой хореограф по стрип-пластике всегда шутила, что кто не может завести мужчину взглядом, вынужден работать ртом. А может и не шутила... На такие вот перлы, я тоже глохну и рдею как девственница. Хотя почему как? Мне кажется, мой первый и последний раз не в счёт.

- Лиза, подвигайся, я камеру настрою, - просит меня оператор.

Ухожу сразу в партер, опускаясь на колени. Пластично двигаю грудной клеткой и изображая биение сердца.

- Лицо поверни на меня... Ближний план поймаю.

- Вам зачем ее лицо на ближнем плане? Лицо должно быть мое! - сложив руки на груди комментирует Жанна. - Она просто стриптизерша.

- Я не стриптизерша. Я профессиональный танцор. И работаю в разных стилях.

- Одно и то же.

- Это невежество и необразованность - считать так. Танцы - это, в первую очередь, спорт и эстетика.

- Слушай! Ты здесь только потому, что я позволила, ясно?

- Я здесь потому, что хорошо танцую.

Я огрызаюсь, да. Но внутри все болезненно горит. Я - ранимая овечка. Когда-нибудь это пройдет?

- Всё! - дёргает пренебрежительно кистями. - Танцуй, а не болтай! А Вы снимайте ее лицо только на дальние планы, - разворачивается к оператору.

- Мне нужно снять хорошие кадры. А как вас там монтажёр нарежет, меня уже не касается.

Жанна смотрит на меня... ревниво!

Подгоняемая чувством внутреннего протеста, смотрю с вызовом ей в глаза. Взмахиваю копной волос и, вжимаясь в пол щекой, выдаю максимально откровенную стрип-пластику. Попку вверх! Каблук взлетая, касается ягодицы - словно удар хвоста скорпиона. Переворот на спину, бедра развести и лёгкое касание пальцами в паху. Приоткрываю губы в немом стоне и прикусываю губу.

Можешь так?

- Вау! Как у нас тут горячо! - заходит Геннадий Викторович.

Собственно вот этот солидный дяденька с проседью в волосах и оплачивает весь банкет.

- Гена! - улыбаясь, машет ему пальчиками Жанна. - Я здесь...

На стрипах она держится не так уверенно как я.

- Привет, - приобнимая за плечи, целует ее в щеку, она приседает, позволяя.

В стрипах она выше его почти на голову.

- Как у нас дела?

- Круто! Сегодня-завтра снимаем клип. Потом запись.

- Я думал - наоборот.

Продолжаю двигаться для оператора.

- Нет, песня записана, но не мной. Я ее потом просто перепою... - объясняя, идёт с ним рядом, взмахивая руками, чтобы удержать равновесие.

Он идёт вдоль сцены, не сводя с меня взгляда. Я замираю...

- Лиза, твой телефон? - поднимает гримёр.

- Мой!

- Трезвонит...

Подскакиваю на ноги.

- Извините! Минуточку.

Виляя бедрами иду за телефоном. На стрипах другая походка невозможна. Ну и если признаться, хочется побесить эту стерву Жанну.

Три пропущенных от папы!

Ну все, тушите свет. Надеюсь ОМОН ещё не выехал в поисках меня. Перезваниваю.

- Лиза, мать твою так! - рычит он.

- Папочка, ну у меня съёмка! Я же просила не звонить во время репетиций и...

- Ты забыла ключи.

- Оу...

- А у меня сегодня армагеддон. Перестрелка на набережной, девочку ранили, двое убитых... и мы тут до утра залипнем.

- Куда мне заехать?

- Да я уже сам приехал к Арене твоей. Ты же не отвечала! - сварливо. - Выйди, забери. Тороплюсь очень, быстрее давай.

- Черт...

В таком виде перед папой лучше не появляться. Он вспенится... Но гримерка с моими вещами в другом крыле. А за кулисами есть выход прямо на стоянку. Ладно, подумаешь, выслушаю дома очередную лекцию. Это наш бесконечный бой за мое право танцевать то, что хочу я. Единственный бой, в котором я не позволяю себе сдаться на милость отцу.

Разворачиваюсь к режиссеру.

- Я очень-очень быстро! - прижимаю руку к груди. - Только ключи заберу и обратно.

Накидываю на плечи свой широкий палантин, который прихватила, пока шла из гримерки в колизей.

И как есть, без верхней одежды выскакиваю через черный выход на стоянку.