Валентин, который (не) попал - Амелия Борн

- Разреши тебя познакомить с моей невестой, Варей, и ее дочерью, Валей.

Валей, значит. Многовато становится Валь на один квадратный метр.

Я вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Девчушка, которая прижимала к себе какого-то розового коня, смотрела на меня со смесью любопытства и настороженности. Я отвел глаза, не выдержав этого открытого взгляда.

- Варя, значит, - протянул я. - И чем же вы, Варвара, занимаетесь, позвольте узнать?

Она все поняла - я видел это по ее высоко задранному подбородку и вызову, с которым она на меня смотрела.

- Я - учительница, - ответила она твердо.

- Вот как? - вздернул я бровь. - И какие нынче у учителей зарплаты? Все такие же маленькие?

- Валентин! - прогремел голос отца.

- Что? - невинно откликнулся я. - Я всего лишь хочу узнать побольше о будущем, не постесняюсь этого слова, члене нашей семьи.

Отец поджал губы, но промолчал.

- Зарплата у меня небольшая, но ее достаточно, чтобы иметь чувство собственного достоинства, - заявила, тем временем, Варвара.

Я готов был ей аплодировать! До чего же хороша актриса! Глаза сверкают праведным гневом, полная нижняя губа возмущенно прикушена… Стоп! Мне стоило думать совсем не об этом!

- Вот как, - улыбнулся я самым краешком губ. - И как же мне вас называть, Варвара? По имени-отчеству или, может быть, мамочкой?

О да, сладкой мамочкой! Почему-то я даже не сомневался, что ее губы на вкус именно такие - до невозможности сладкие.

- Достаточно просто Варварой, - сухо заметила она.

- Ты не можешь называть мою мамочку своей мамой, - серьезно возразила девчушка, сидевшая неподалеку от меня.

- И почему же? - полюбопытствовал в ответ.

- Потому что ей еще мало годиков. Меньше, чем тебе.

Я едва сдержался, чтобы не ощупать свою шевелюру. Может, у меня лысина проклевывается или седина расцвела? Иначе с чего такие выводы?

- Доводы приняты, - усмехнулся я. - А как мне тогда называть тебя?

- Мама зовет меня Валюшей, - откликнулась девочка. - А это - мой Пинки, - кивнула она на коня.

Я не был уверен, что хочу знать об этой лошади столь много, но что-то заставило кивнуть:

- Привет, Пинки.

- Ну, раз все познакомились, можно приступить к ужину, - подал голос отец.

- Нет-нет, подожди, - оборвал его я. - Мы еще не все узнали о будущей родственнице. Например, где…

- Ну все, хватит! - треснул отец кулаком по столу, но я даже не моргнул. Пусть метает громы и молнии, плевать! Впервые за всю жизнь мне было плевать на его мнение. Слишком долго я об этом волновался, в то время как он себе явно ни в чем не оказывал!

- Мы поужинаем у меня, - заявил отец. - Варя, Валя, идите наверх. А ты, Валентин, задержись.

Он встал из-за стола и я поднялся за ним следом. Мы прожигали друг друга глазами молча, но наконец он сказал:

- Что с тобой такое, черт возьми?!

- Со мной? - усмехнулся я издевательски. - Это что с тобой! Ты что, не видишь, что тебя собираются обобрать до нитки?! И почему вообще я только сегодня узнал, что ты нажил еще одного ребенка?!

- Что ты мелешь?! - накинулся он на меня в ответ.

- То, что вижу! Девчонка - твоя копия!

Отец лишь сокрушенно покачал головой:

- Иди проспись, Валентин. А я, так и быть, постараюсь забыть о том, что ты считаешь, будто меня можно любить только за деньги.

Он удалился, а я растерянно присел обратно на стул. Было что-то настолько горькое в его последних словах…

А ведь я действительно забыл о том, что людей любят и просто так. Точнее - я никогда об этом и не знал. И от того в подобную бескорыстность не верил.

Но если разобраться, отец ведь был еще совсем не стар. Более того - он мог бы подцепить и сейчас абсолютно любую благодаря одной лишь внешности. Но нашел эту, прости Господи, Варвару.

- Ты всегда такой злой? - раздался рядом тонкий голосок.

Я обернулся. Валя стояла, настороженно глядя на меня и держа перед собой лошадь, как щит.

- Нет, только по вторникам, - буркнул мрачно в ответ.

- Но сегодня пятница, - возразила она с привычной серьезностью.

- Значит, всегда, - вздохнул я в ответ.

- А почему?

Я с удивлением обнаружил, что девчушка беззастенчиво карабкается мне на колени. Сам не понимая, как это произошло, я подхватил ее и усадил перед собой.

- А на это нужна причина? - поинтересовался тоже серьезным тоном.

- Никто не рожается злым, - резонно пояснила она.

- Не рождается, - автоматически поправил я.

- А я что сказала?

Я невольно улыбнулся. Она была забавной, эта Валюша. И, весьма вероятно, несмотря на все возражения отца, она - моя сестра.

- Ты права, наверно, - ответил ей. - У всего есть свои причины.

- А какие у тебя?

Действительно, какие? То, что я ни от кого не видел искренности в своей жизни? Но искал ли я ее вообще? Или пользовался тем, что есть?

- Это очень сложный вопрос, Валюша, - сказал я со вздохом. - Давай я подумаю об этом и мы поговорим в другой раз?

- А не обманешь? - закусила она губу.

- Не обману, - пообещал я и, ссадив ее с колен, направил к лестнице:

- А теперь беги к маме.

Когда топот маленьких ножек стих, я тоже поднялся из-за стола и направился к себе, так и не поужинав. Аппетита совсем не было.

Зато ночью меня ожидал сюрприз. И весьма приятный, надо сказать.

Я едва успел сомкнуть усталые глаза, когда дверь в мою комнату тихо приоткрылась. Весьма заинтригованный, я притих, стараясь даже не дышать. Легкая тень прокралась к моей кровати и, что-то пробормотав, плюхнулась прямо на меня, едва не отдавив стратегически важное место.

Такого коварства я никак не ожидал. Поэтому вскрикнул:

- Ай!

Тело, распластавшееся на мне и обладавшее, надо сказать, весьма приятными формами, замерло, а потом со всей дури заголосило:

- Аааааааааааа!

Мне не осталось ничего иного, как перевернуть женщину - а это была несомненно именно женщина - на спину и зажать ей рот рукой, пока она не разбудила весь дом.

- Тише ты, ненормальная! - прошипел ей на ухо. - Между нами еще ничего не было, а ты уже кричишь, - добавил насмешливо.

Она что-то промычала мне в ладонь и попыталась скинуть меня с себя. Но не тут-то было!

Дотянувшись до лампы, я нажал на кнопку и ничуть не удивился, увидев под собой Варвару-красу, только без косы, собственной персоной.