Вальсингамские девы - Анна Морион

Крестьяне слушали его с раскрытыми ртами.

– Но, Ваше Сиятельство, не окажите ли вы нам огромную честь, оставшись хотя бы до конца службы? – вежливо попросил его пастор, желающий поговорить с ним о восстановлении церкви.

Граф колебался, но, вновь бросив быстрый взгляд на Кристин, решил остаться. Он молча кивнул пастору и величественно прошел на свою скамью.

Пастор продолжил службу, но ему было трудно заинтересовать обрадовавшихся крестьян, которые уже вовсю перешептывались о том, что они могли бы попросить у лорда.

– В своем ли ты уме? – недовольно шепнул лендлорду его друг.

Перспектива пробыть в этой средневековой обстановке еще час совершенно не обрадовала его.

– Погоди немного, Доминик, – ответил ему граф Дрэймор.

Доминик – виконт Уилворт внимательно проследил за взглядом друга, устремленным на Кристин Глоуфорд.

– Нашел себе новую забаву? – усмехнулся он. – Но ведь она – дочь пастора, надеюсь, ты помнишь об этом?

– Я не имею на нее никаких планов. Просто я никогда не видел таких красавиц. Связь с крестьянкой опозорила бы мое имя, – ответил Колин Дрэймор.

– Рад, что ты понимаешь это, – серьезно сказал ему друг.

Когда служба подошла к концу, прихожане стали медленно покидать церковь. Знатные господа покинули ее последними и направились к красивому экипажу, ожидавшему их у входа в церковь.

Но вдруг, словно яркий солнечный зайчик показался в серой толпе бедняков, заставивший обоих лордов застыть в восхищении.

– Любезный, не подскажешь, кто этот дивный цветочек? – спросил лорд Дрэймор проходившего мимо крестьянина.

– Это Кэсси Глоуфорд, – ответил тот, с почтением поклонившись графу.

– Еще одна дочь пастора? – удивился виконт, с улыбкой наблюдая за прелестной девушкой.

– Да, младшая. Но она того… ненормальная, – тихо сказал крестьянин, прикоснувшись пальцами ко лбу.

– Ненормальная? Вы имеете в виду душевнобольная? – переспросил граф, уже было положивший глаз и на это хрупкое создание.

– Нет, но она как ребенок, мало что разумеет. Мозги у нее как у ребенка. Вот, – объяснил бедняк и печально вздохнул. – Так жаль ее, бедняжку.

– Что ж, любезный, ступай, – сказал ему граф Дрэймор, разочаровавшись в Кэсси.

– Бедная девушка, – с искренней жалостью в сердце сказал виконт Уилворт, неотрывно наблюдая за ней. – Подумать только, как тяжело приходится ее отцу.

– Разумеется: выдать ее замуж невозможно, ведь никто не польстится на испорченный товар, – с мрачной иронией сказал на этот граф, с неудовольствием увидев, как к ним приближается пастор Глоуфорд.

Виконт Уилворт смотрел на Кэсси и не мог поверить в то, что этот ангел – не совсем здоров. Кэсси была еще сонной: она рассеяно улыбалась после сна и выглядела трогательно и грустно. Затем к девушке подошла Кэтрин, взяла ее под руку и увела с собой.

Юная Кэсси так поразила виконта, что его глубоко заинтересовала ее судьба, ее жизнь и то, каким она видела мир через призму своего неразвитого ума. Проникшись к бедной девушке добрыми чувствами, джентльмен решил спросить пастора о ее болезни и о том, предоставлял ли он своей младшей дочери необходимое лечение.

– Преподобный Глоуфорд! У вас прелестные дочери, особенно младшая, – приветливо сказал граф пастору, пожимая ему руку.

– Да, сэр, Кэсси – мое сокровище и напоминание о прошлых грехах, – коротко ответил на это пастор, задетый за больную струну в сердце.

– Один из ваших прихожан сказал, что она – ребенок по развитию, – сказал ему Доминик Уилворт.

– Да, ей семнадцать лет, но по разуму – не больше шести.

– Простите, что говорю об этом, ведь, должно быть, я причиняю вам боль, но лечили ли вы ее? – поинтересовался виконт.

– Нет. Кэсси дана мне Богом, а значит, она совершенна, – серьезно ответил ему пастор Глоуфорд. – Но, прошу вас, не будем об этом. Лорд Дрэймор, не уделите мне минуту вашего внимания?

– Прошу прощения, преподобный, но в данный момент я не располагаю свободным временем, – торопливо сказал граф, желая хоть на день отделаться от разговора с пастором и этой ужасной деревни. – Меня ждут безотлагательные дела. Видите ли, служба уже заставила меня опоздать.

– О, сэр, прошу прощения за то, что задержал вас, – сконфузился пастор.

– Не стоит, преподобный. Если вы имеете желание побеседовать со мной, обязательно приезжайте в мое поместье: я готов дать вам аудиенцию, – объявил Колин, садясь в экипаж. – Завтра я буду лишен всех хлопот и срочной переписки, потому, приезжайте в любое время. Можете взять с собой ваших прелестных дочерей.

– Благодарю вас, лорд Дрэймор, за такую высокую честь! – обрадовался пастор.

– Желаю вам приятнейшего дня, преподобный.

Пастор отошел от вельмож и обратился к своим прихожанам: после службы он всегда интересовался у них о том, поняли ли они его проповедь.

– Что ты задумал? Зачем он должен привозить своих дочерей? – нахмурился виконт Уилворт, не одобряя предложение друга.

– Я всего-навсего придерживался рамок вежливости. Не беспокойся: старик не так прост, каким кажется, – усмехнулся граф, но его мысли заметно отличались от его слов.