Твоя по принуждению - Алиса Ковалевская

— А ещё лучше так, — он вдруг дёрнул пояс.

— Рихард! — вскрикнула, ухватила его за руку. Он отшвырнул мою кисть и рывком распахнул полы, сдёрнул халат с моих плеч.

— Ты что думала? — рыкнул, толкнув меня к столу, — что тебе всё обойдётся дёшево?!

Я попыталась вывернуться, но он вдавил меня в столешницу. Спустил халат ниже, рванул ещё, и он упал к ногам.

— Нет, Крис. Моё время и помощь стоят дорого, — с нажимом провёл по бедру и сжал ягодицу. — И ты тоже будешь платить. Тебе платить придётся даже больше, чем кому-то ещё, — склонился и просипел мне на ухо. — И ты знаешь об этом.

Что заплатить мне придётся дорого, я знала. Но надеялась, что всё будет по-другому. Как? Просто по-другому. Что между нами хотя бы будут какие-то слова.

Рихард шарил по моему телу, и от этого на душе с каждой секундой становилось всё поганее. Он чётко дал понять мне — я в его доме, в его власти. И он будет брать то, что захочет. Меня или что-то ещё — не важно.

— Рихард, — посмотрела в глаза и не нашла в его взгляде ничего схожего с тем, что видела когда-то. Ничего схожего с человеческими чувствами. — Если тебе нужна была шлюха, ты мог снять её, — прошипела я.

Впилась в его руку ногтями. Он обхватил меня, вдавил в себя, и я почувствовала твёрдый член. Нет, он дал мне почувствовать. Я снова стала вырываться.

Я привыкла ощущать себя бесправной игрушкой бывшего мужа. Всё, что было между нами в последние годы — картинка. На деле я вынуждена была жить по установленным Дмитрием законам, потому что не видела другого выхода. Но быть игрушкой Рихарда оказалось сложнее. Мене хватило считанных минут, чтобы я поняла это.

— Отпусти меня, — прорычала тихо, толкая его. Вскинула голову. — Тебе что, вот это было нужно? Моё тело? Не смеши меня, Ард.

— Я и не собирался, — с раздражением выговорил Рихард.

Умом понимая, что сопротивляться нет смысла, я всё равно принялась отталкивать его. Он жёстко перехватил мою руку. Стиснул запястье с такой силой, что я перестала чувствовать её. Впечаталась ему в грудь, его ладонь оказалась на спине.

Мне стало страшно. На меня смотрел не мужчина, которого я когда-то любила — совершенно другой человек. Если раньше в нём было хоть что-то знакомое мне, сейчас это был тот самый Палач — беспощадный и не знающий границ, готовый ради достижения цели идти по головам.

— Тебе же нравится, когда с тобой обращаются, как с дешёвкой, — губы его почти не шевелились, вкрадчивый голос проникал в меня. — Ты к этому стремилась, Крис? — выпустил руку и сдавил шею.

Я коротко глотнула воздух. Приоткрыла рот в попытке сказать что-нибудь, но не смогла. Глаза его блестели чернотой.

— Ты хотела красивую жизнь и заплатила за неё.

— Я не дешёвка, — только и смогла возразить я чуть слышно.

— Дешёвка, — пальцы его свободной руки заскользили вверх по моему бедру. — Ещё какая дешёвка.

Рихард толкнул меня обратно к столу. Я попятилась и, споткнувшись, упала на край. Встала, но он оказался рядом и, развернув меня, снова толкнул вперёд.

— Я согласилась выйти за тебя, а не на то, чтобы ты меня унижал! — я ткнула его локтем, но Рихард даже не заметил этого.

Больше всего на свете мне хотелось накинуться на него с кулаками, с обвинениями, с упрёками. Какое право он имеет называть меня дешёвкой, если даже не знает, как я жила все эти годы и почему делала это! Почему терпела Диму! Наше с ним прошлое и моё замужество этого права ему точно не дают. Только он считал иначе.

Впившись в моё бедро пальцами, он прижал меня к столу. Я зашипела. Ладони заскользили по столешнице. Позади раздался лязг металлической пряжки.

— У меня есть право на всё, — он склонился к моему уху.

Член его упёрся в меня, и по телу пробежали мурашки. В горле пересохло. Я сжала руки в кулаки.

— На что именно — решать мне. А ты будешь подстраиваться, Крис. У тебя нет выбора, и мы с тобой это знаем.

Я промолчала. Сукин сын! Почувствовала его усмешку, следом — лёгкий укус в шею. Он потёрся о меня, прикусил сильнее. Смял ягодицу и шлёпнул.

— Что тут у нас? — глухой голос, пальцы у меня между ног. Обманчиво мягко погладил складки плоти.

— Мерзавец, — я рыкнула, когда он сжал плоть. — Скотина, — он глухо засмеялся. Приставил головку члена и провёл, не входя.

— Да, задница у тебя, что надо, — снова сжал ягодицу. — Сейчас посмотрим, как дела с остальным.

Он резко проник в меня. Ахнув, я впилась пальцами в стеклянный стол, дыхание оставило на поверхности влажное пятно. Ард тяжело задышал, задвигался во мне. По телу моему вопреки всему прокатилась тёплая волна, разбавленная примитивной болью.

Я облизнула губы. Я не должна ничего чувствовать. Всё в прошлом. В прошлом. А то, что сейчас… Это только инстинкты.

Мысленно я повторила себе это несколько раз. Всё в прошлом…

— М-м-м… — предательский стон всё-таки вырвался из груди.

Ард брал меня, но это находило отклик.

— Нравится? — он вышел и дотронулся пальцами. — Нравится, — уже с утверждением.

Коснулся моих губ, и я почувствовала вкус собственной влаги. Ничего не ответила ему, только ещё сильнее задрожала от бессилия и злости уже на саму себя. Ард вошёл на всю длину, щекотнул дыханием мою щёку, едва задел губами. И опять стон… Его тихий смешок и новое проникновение.

Я повернулась, пытаясь поймать его губы, но не смогла. Внезапно он обхватил мою шею и сжал. Не слишком сильно, но так, что дышать стало труднее. Вышел и резко вошёл, сдавливая горло.

— С этого момента ты подчиняешься мне, — погладил кожу пальцами и опять сдавил. — Во всём, Крис. Даже дышать ты будешь так, как захочу я.

— И что ты хочешь этим доказать? — опустила веки. Я не должна чувствовать ничего… Не должна. Но я чувствовала. Только с ним я чувствовала так остро — когда-то давно, в прошлом. И с ним чувствовала то же самое сейчас. Кровь словно бы стала густой и пряной.

— Абсолютно ничего, — надавил на горло, и воздух закончился. Я открыла рот, понимая, что меня охватывает паника. — Только факты, — хрипло мне на ухо. — Факты — вещь упрямая, — позволил сделать вдох. Погладил по горлу и нажал на спину, заставляя лечь.

Сердце колотилось, сознание плыло то ли от его ударов в меня, то ли от бьющихся в голове слов, то ли от всё ещё не прошедшей паники. Наверное, только теперь я до конца стала понимать, какой приговор сама себе подписала — добровольно я отдалась в руки палача. Но…

Сквозь дымчатое стекло я видела пол, Ард продолжал сжимать моё бедро и брал меня всё яростнее, всё быстрее. Прошёлся пальцами по позвонкам, немного нажимая, а ощущение было, что, если он захочет, просто сломает их. Немного сил, и они разлетятся, как хрупкое печенье. Движения стали медленнее, и я смогла выдохнуть. Но рано — тут же Рихард опять вошёл в меня на всю длину.