Не мой Ромео - Ильза Мэдден-Миллз

– Кошки нужны всем. С ним вы подобреете.

– Мне это так необходимо?

– Во всяком случае, не повредит. Хотя одного кота может не хватить. Вы, похоже… – неопределенный жест, – напряжены.

Знала бы она…

– Понятно.

– Может, вы собачник?

– У меня нет времени на домашних животных.

Она строит гримасу.

– На случай, если передумаете, советую все же взять кошку. Ничего не имею против собак, но они готовы полюбить любого. Кошки разборчивее, а мужчины-кошатники чутки к настроению и разбираются в людях, что может помочь в построении отношений. И потом, кошки очень веселые. Знаете сколько просмотров набирают ролики про кошек в интернете? Больше миллиарда! С ума сойти!

Может, она сумасшедшая? Кто она вообще такая?

Я, правда, не пропускаю ни одного ее слова, постепенно оттаиваю, появляется… интерес.

– Вы обмолвились о ткани. Вы сами сшили себе блузку?

Она для храбрости заглядывает в пустой стакан.

– То, что продают в магазинах, мне не по вкусу. И не по фигуре. Магазинную одежду создают люди, не имеющие представления о том, чего хочет такая женщина, как я. Впрочем, раз вы знакомы с моим блогом… – У нее вспыхивают щеки. – Вы же знаете, что мой конек – нижнее белье.

Нижнее белье? Чем дальше в лес…

Я барабаню пальцами по столу, чувствуя, как меркнет зародившийся было интерес. Она ждет моей поддержки? В моем послужном списке фигурирует одна девушка, хотевшая, чтобы я рекламировал ее косметику. Хотят этого люди с самого начала или нет, почему-то у них быстро возникает намерение меня использовать.

Вот я и прозрел.

Суперзвезда NFL Джек Хоук одевает своих подружек в белье такой-то марки.

Официант приносит ей выпивку, она опрокидывает ее залпом, со стуком ставит на стол пустой стакан и вздыхает.

– Господи, это то, в чем я нуждалась с того момента, как вошла и стала искать вас.

Как ни удивительно, я снова начинаю ей симпатизировать, недавние подозрения затухают.

– День не удался?

Она усмехается.

– Правильнее сказать, год. Два года назад я вернулась из Нью-Йорка в Дейзи и с тех пор потеряла счет безумным дням. Семейство, работа, городишко…

Я кладу вилку.

– У меня последняя неделя тоже не задалась.

Она кивает.

– Давайте попробуем еще раз, хорошо? Расскажите мне о себе. Каково это – вести прогноз погоды?

Ее вопрос доходит до моего сознания, и я давлюсь от неожиданности, разражаюсь кашлем, прикрывая рот салфеткой.

– Вы в порядке? – Глазищи у нее, словно блюдца цвета морской волны, того и гляди ослепят.

– Вполне… – отвечаю я сдавленно.

Она принимает меня за ведущего прогноза погоды.

Какого дьявола!

Я трясу головой, переваривая услышанное: про эсэмэс, мою синюю рубашку, наглый персонал… Все встает на место.

Свидание. Причем вслепую.

К каким только трюкам не прибегают девицы, чтобы залезть ко мне в постель! Однажды перед выездным матчем захожу в гостиничный номер, глядь – в шкафу девушка в чем мать родила. Пока служба безопасности отеля ее эвакуировала, она сорвала себе голос криком: «Я люблю тебя, Джек!»

– Вы видели меня на экране?

– Честно говоря, нет. Новости меня расстраивают; и вообще, я редко смотрю телевизор.

Я тру себе шею.

– И вы согласились пойти на свидание, не зная, как я выгляжу? Должен сказать, это… смело.

Впервые она по-настоящему мне улыбается.

– Такой я вижу опасную жизнь.

– Вы смотрите американский футбол?

– Это где мужчины в обтягивающих трико дерутся из-за мяча? Я вас умоляю! Какое-то пещерное развлечение. Я предпочитаю книги, печатные и аудио. А вы?

Судя по выражению на ее лице, это не подвох. Час от часу не легче!

Секунд десять мы молча таращимся друг на друга.

Чувствую, как меня накрывает волнение. Сначала робко, потом вдруг захлестывает все органы чувств. Она понятия не имеет, к кому подсела. Она меня не знает! Мне хочется ее обнять. Может, даже усыновить ее котенка. Шучу.

Впервые за целую неделю мне становится так весело, что я не могу сдержать смех. Такое ощущение, что я попал в параллельную вселенную, полностью переродился. Черт, надо ловить шанс все начать сначала, с чистого листа. Вот только…

Опомнись, Джек. Ты не можешь скрыть от нее, кто ты такой…

Раз она воображает, что у нас свидание, то надо без промедления открыть ей истину, спасти ее от более сильного смущения.

Есть, правда, одно «но»…

Что ждет меня дома, кроме пустых комнат и собственной физиономии по спортивному каналу ESPN?

А главное, она явно горячая штучка, надо только ее раскрутить, расстегнуть эти пуговицы, выпустить ее на волю…

Я нагло скольжу взглядом по ее узкой юбке, по фигуре, подчеркиваемой блузкой.

Между прочим, я откровенный поклонник женской груди.

Ну же, выкладывай. Я уже открываю рот, но она перебивает:

– Что вам больше всего нравится в вашей работе? Снежные бураны, когда вы знаете, что по одному вашему слову все кинутся скупать хлеб и молоко? – Она с аппетитом приступает к принесенной официантом пасте, орудуя одновременно вилкой и ложкой. У меня появляется пара секунд для обдумывания ответа.

– Я предпочитаю облачность. Дождик. Когда мокро.

Она стреляет в меня взглядом и аккуратно вытирает салфеткой рот. Я замечаю, какие изящные, хрупкие у нее кисти, как соблазнительно каждое движение. Когда-то, очень давно, будучи бедным парнем из Огайо, я бы бросился рисовать эти хрупкие руки. Вид у нее такой, будто она готова сломаться в моих объятиях…

– Вау! Вы любитель облаков?

– Пухлых. Кучевых. – Знать бы, как лучше продолжить… – Белых-пребелых.

– Понятно. – Она морщит лоб. – Сама виновата, слишком много болтаю. Опоздала, нагрубила официанту, а ваши мысли очень далеко…

– Елена? Что ты здесь делаешь? – К ней обращается хорошо одетый коренастый шатен, остановившийся у нашего столика. Стоит ему взглянуть на меня, как на его физиономии расцветает выражение мгновенного узнавания. Все становится на свои места. Он знает, кто перед ним.

Я смотрю на Елену – наконец-то прозвучало ее имя! – и вижу, как она бледнеет и теребит нитку жемчуга у себя на шее. Я хмурюсь, кошусь то на него, то на нее, гадая, какая между ними связь.

– У меня встреча, Престон, неужели не ясно?