Мистер Совершенство - Линда Ховард

Видимо, облик детектива произвел на парня впечатление. Потому что он охотно ответил:

— Эйблс. Виктор Эйблс.

— Не знаете, где он живет?

— Точно не знаю, офицер. Но в Детройте.

Детектив Бернсен связался с детройтским отделением полиции, и вскоре Брик был доставлен на допрос.

Мистер Герин пребывал в скверном расположении духа, когда напротив него уселся детектив Бернсен. Глаза Брика покраснели, и от него разило перегаром, так что плохое настроение отчасти объяснялось обильными возлияниями.

— Мистер Герин… — проговорил неизменно вежливый детектив, но мистер Герин тем не менее вздрогнул. — Скажите, когда вы в последний раз видели мисс Марси Дин?

Брик тяжко вздохнул и, насупившись, пробормотал:

— В четверг вечером.

— В четверг? Вы уверены?

— Да, а что? Она пожаловалась, что я что-нибудь у нее стащил? Но ведь она была дома, когда я уходил. А если заявила, что я что-то взял, то врет!

Проигнорировав реплику Брика, Бернсен задал очередной вопрос:

— Где же вы находились с вечера четверга?

— В тюрьме, — буркнул Брик. Детектив Бернсен откинулся на спинку стула, и это было единственным свидетельством его удивления.

— В какой именно?

— В детройтской.

— Когда вас арестовали?

— В четверг, ближе к ночи.

— А освободили?

— Вчера днем.

— Значит, целых три дня вы были гостем города Детройта?

— Выходит, что так, — ухмыльнулся Брик.

— А в чем вас обвиняли?

— Управление машиной в нетрезвом состоянии. И еще утверждали, что я оказал сопротивление при задержании.

Все это можно было легко проверить. Бернсен предложил мистеру Герину чашечку кофе и нисколько не удивился, когда тот отказался. Оставив Брика в кабинете, детектив пошел звонить в детройтское отделение полиции.

Изложенные Бриком факты полностью подтвердились: он действительно находился в тюрьме, то есть имел железное алиби.

Детектив задумался… В последний раз мисс Дин видели живой в пятницу вечером, когда она выходила из бара вместе с тремя подругами. Учитывая трупное окоченение и температуру в ее жилище, где работал кондиционер, смерть наступила либо в ночь с пятницы на субботу, либо в субботу утром. Следовательно, мистер Герин никоим образом не мог являться убийцей.

Неожиданно для детектива очевидные факты обернулись жуткой головоломкой. Если убийца не Герин — тогда кто же? Пока что не удалось выявить другие любовные связи жертвы, — возможно, их не было.

И все же было очевидно: подобное убийство — акт мести. Об этом свидетельствовала непомерная ярость, преступника и его жестокость. Колотые раны были нанесены уже после смерти. Раны практически не кровоточили, и это означало, что они появились уже после смерти жертвы. Смерть же наступила от удара молотком. Однако убийца был в такой ярости, что схватился за нож. Изнасилование также произошло после смерти несчастной.

Но мисс Дин, несомненно, знала преступника и скорее всего сама впустила его в дом, поскольку не осталось следов взлома. Детектив прекрасно понимал: Герин — вне подозрений. Значит, расследование возвращалось в начальную точку.

Но с чего же начать? Конечно, надо проследить все шаги жертвы в пятницу вечером. С того момента, когда женщина вышла из гриль-бара. Куда она направилась? Зашла еще в какой-нибудь бар? Подцепила парня и привела к себе в дом?

Когда Бернсен вернулся в кабинет, Герин сидел с закрытыми глазами. Но, увидев детектива, встрепенулся, взглянул на него вопросительно.

— Спасибо за сотрудничество, — поблагодарил Брика полицейский. — Если хотите, могу устроить, чтобы вас отвезли домой.

— И это все? — искренне удивился Брик. — Это все, что вы хотели мне сказать? Объясните, в чем дело?

Детектив Бернсен колебался. Он ужасно не любил сообщать о чьей-либо смерти. Он прекрасно помнил, как когда-то на пороге их дома появился капеллан и сообщил матери, что ее муж не вернется с вьетнамской войны. Ощущение горя до сих пор жило в его душе.

Однако мистера Герина потревожили по его вине, и Бернсен чувствовал, что обязан дать объяснения.

— На мисс Дин напали в ее доме…

— На Марси? — Брик подался вперед. На его лице отразилась тревога. — Она ранена? С ней все в порядке?

Полицейский снова помедлил. Наконец проговорил:

— Мне очень жаль.

— Марси жива? Вы хотите сказать, что она умерла?

— Мне очень жаль, — повторил Бернсен.

Брик несколько секунд не сводил с него глаз. Затем плечи его вздрогнули, и он, закрыв лицо руками, разрыдался.

Детектив Бернсон тяжко вздохнул. Он не ожидал такой реакции от сидевшего перед ним человека.

Сестра появилась на пороге ее дома в семь утра.

— Джейн, я хотела тебя застать, пока ты не уехала на работу. Поэтому и приехала так рано.

Джейн провела сестру на кухню.

— Я не еду сегодня на работу. — Она машинально налила в чашку кофе и подала Шелли.

Шейла поставила чашку на стол и крепко обняла сестру.

— Я узнала о смерти Марси только из утренних новостей. И сразу выехала к тебе. С тобой все в порядке?

Глаза Джейн снова наполнились слезами. А ведь она считала, что больше не способна плакать — выплакала все до капельки.

— Я в порядке, — ответила Джейн.

Она почти не спала, почти ничего не ела и чувствовала себя отвратительно. Что же касается боли, которую причиняла смерть подруги, то Джейн понимала: ей удалось ее преодолеть.

Шелли отстранилась и внимательно посмотрела на сестру. Бледное, без кровинки, лицо и заплаканные глаза.

— Я привезла огурец, — сказала она. — Присядь.

— Огурец? Зачем? — удивилась Джейн. — Что ты собираешься с ним делать?

— Приложить кружочки к твоим глазам, глупышка, — с некоторым раздражением проговорила Шелли. Она всегда немного раздражалась, общаясь с сестрой.

— У меня есть подушечки для глаз.

— Огурцы лучше. Садись.

У Джейн не было сил возражать. Шелли достала из рюкзачка огромный огурец и осмотрелась.

— А где у тебя ножи?

— Послушай, я живу здесь всего месяц. Вспомни, сколько времени потребовалось тебе, чтобы распаковать все вещи, когда вы с Элом переехали?

— Так… Сейчас подумаю. Мы переехали восемь лет назад. Значит… восемь лет. — Шелли неожиданно улыбнулась. Затем принялась открывать все шкафчики и ящички на кухне.

В дверь постучали, и в следующее мгновение на пороге появился Сэм.