Жажда - Сандра Браун

– О, она чудесная девушка, Джеред. Ты должен радоваться, что Бен уговорил ее приехать сюда. Тебе повезло.

Джеред проворчал что-то невразумительное.

– Я знаю по крайней мере дюжину парней, которые дорого бы дали за то, чтобы с тобой произошел несчастный случай, Джеред, – усмехнулся Руди. – Уж они бы не стали терять времени даром и быстренько увезли бы ее отсюда.

Джеред хмуро посмотрел на него:

– Когда это, черт возьми, она успела познакомиться с вакеро?

– Да она встречается с ними каждый день, когда ездит верхом. Ты бы удивился, если бы услышал, с какой охотой они отвечают на ее вопросы. Она способная, быстро все усваивает.

– Да уж готов поспорить, что так оно и есть, – пробормотал Джеред с набитым ртом.

Вернулась Лорен и заняла свое место за столом. Руди встал при ее появлении. Джеред хмуро созерцал вазу с хризантемами в центре стола.

– Лорен еще не видела одного места на ранчо – Пеканового ручья. Тебе бы следовало свозить ее туда, пока совсем не похолодало.

Глория подыграла Руди:

– А почему бы не завтра? Вы могли бы устроить пикник и побыть вдвоем.

– Не думаю… – начала Лорен.

– Не завтра, – перебил ее Джеред, – у меня здесь слишком много дел.

– Чепуха, – вмешалась Мария. Она не могла спокойно смотреть, как лучший из планов Бена идет прахом из-за упрямства Джереда. – Тебя не было здесь почти две недели. Ты заслужил день отдыха. Утром вы уедете, а я позабочусь, чтобы для вас приготовили еду. Я знаю, что ты любишь. Не забудь рогожный мешок и собери для меня пекановых орехов. Они мне понадобятся, когда я буду делать сдобное тесто на День благодарения и на Рождество. Помнишь, как я посылала за ними тебя и Руди каждую осень? Бен давал вам пенни за каждый орех. Счастливые были деньки. – Она вздохнула, но твердо закончила: – Итак, вы едете завтра.

Вопрос был решен. Джеред уныло посмотрел на Руди, тот невинно улыбнулся. Мария и Глория заговорщически переглянулись. Лорен теребила часики дрожащей рукой.

– Черт возьми, чего ты от меня ждешь, Руди? Что я, по-твоему, должен делать? Они хотят электростанцию, а нам нужна железная дорога. Они держат нас за яйца.

– Понятия не имею, но что-то сделать ты должен! Бен скорее развязал бы войну, чем позволил этим сукиным сынам хозяйничать на своей земле.

Женщины в большой гостиной с тревогой посмотрели друг на друга, услышав гневные голоса мужчин, доносившиеся с галереи, куда Руди и Джеред удалились после ужина выкурить по сигаре. Мария отложила штопку, Глория перестала нанизывать бусы, обещанные ею Люси, а Лорен уронила на колени книгу, которую читала. Она одна знала причину этого бурного взрыва эмоций.

Голоса в галерее зазвучали спокойнее, и женщины возобновили свои занятия. Время от времени до них доносились слово или фраза, сказанные громче обычного.

Руди и Джеред вернулись в гостиную с плотно сжатыми губами и мрачными лицами. Они оба посмотрели на Лорен: Джеред – раздраженно, Руди – с чувством, похожим на жалость.

«Итак, – подумала Лорен, – Джеред рассказал Руди об обстоятельствах, приведших к их браку». На минуту она испугалась, что Руди изменит мнение о ней, что его хорошее отношение сменится презрением.

Но достаточно было одного взгляда на его лицо, открытое, дружелюбное и сострадательное, чтобы не беспокоиться на этот счет.

– Если завтра вы намерены ехать на Пекановый ручей, – обратился Джеред к Лорен, – постарайтесь встать пораньше.

С таким же энтузиазмом мог бы говорить заключенный, ожидающий на рассвете казни. На этот раз никто не обсуждал вопроса, где будет спать Джеред.

Глория и Руди отправились в свою комнату. Лорен поставила книгу на полку и, сняв очки, подошла к окну. Она увидела высокую, поджарую фигуру, быстро шагающую к бараку. Широкие плечи Джереда были устало опущены.

Она не подозревала, что Мария стоит у нее за спиной, пока нежная рука не легла ей на талию.

– Бен тоже старался побороть свою любовь ко мне, Лорен, они оба волевые, сильные мужчины. Джеред не позволяет себе проявить не только нежность, но даже доброту. Будь с ним терпелива.

Лорен молчала, боясь расплакаться. Она повернулась к Марии, быстро обняла ее и бросилась в свою комнату, комнату Джереда.

Глория помогла Лорен заплести волосы в одну косу, уже знакомую ей прическу. На ней был тот же костюм, который она впервые надела в Коронадо в то утро, когда они с Джередом отправились в «Кипойнт». Сначала он показался ей неприличным, теперь же она считала его вполне удобным. Лорен уже привыкла к многочисленным переменам в своей жизни.

Мария была на кухне, выполняя свое обещание приготовить им еду. Вошел Джеред и без единого слова протянул Лорен темно-синий шейный платок. Она с удивлением посмотрела на платок, потом на Джереда.

– Он чистый, – сказал Джеред, испытующе глядя на нее. – Я одолжил его у одного из ваших многочисленных поклонников и сам выстирал. Сегодня он может вам пригодиться.

Лорен взяла платок и, сложив его треугольником, попыталась завязать так, как это делают вакеро, но пальцы не слушались ее, и платок никак не завязывался.

– Не так, – сказал Джеред с раздражением, отталкивая ее руки. Он подошел к ней и ловко завязал платок на ее шее безукоризненным узлом. Хотя он проявил при этом завидную ловкость, однако процедура явно затянулась, и его пальцы несколько раз коснулись нежной кожи на шее девушки.

– Благодарю вас, – сказала Лорен, когда Джеред наконец отошел.

В ответ он только пожал плечами.

Они быстро позавтракали и тронулись в путь. Лорен помахала на прощание Марии и Глории, стоявшим в дверях. Пламенная, известная всем как «лошадь миссис Локетт», прекрасно слушалась свою хозяйку. Джеред был немало удивлен, когда, пустив Чарджера в галоп, обнаружил, что Лорен без труда последовала его примеру и ни в чем ему не уступает. «Ну что же, она кое-чему научилась, – подумал он сварливо, – даже рассталась со своей восточной бледностью, и кожа ее приобрела здоровый розовый цвет».

Джеред никому бы не признался, включая себя самого, что скучал по ней, пока был в отъезде. Он не смог бы дать определение тому томлению, которое преследовало его с момента отъезда. Дочери арендаторов и скотоводов, живущих на землях Локеттов, всегда благосклонно относились к шлепку по заду, поцелую или другому знаку внимания со стороны Джереда. На этот раз они были разочарованы. Джеред проводил все время в серьезных беседах с мужчинами. Не то чтобы он намеренно избегал женщин, просто они его больше не интересовали, и он не думал о них.

Ночью, завернувшись в одеяла, он метался и ворочался, тщетно пытаясь отделаться от тревожившего его душу образа. Лорен в халате с распущенными по плечам волосами. Лорен на ранчо, спящая в его постели, облитая ласкающим лунным светом. Лорен, сосредоточенно склоненная над книгой с очками на носу. Лорен. Лорен. Лорен.