Неприличная любовь - Сабрина Джеффрис

Но как бы ни корила себя Хелена за прошлую ночь, она неустанно возвращалась в памяти к каждой ее минуте. Может быть, она так никогда и не выйдет замуж, но становиться одной из распутных любовниц Дэниела – это уж слишком!

Правда, этого, скорее всего никогда и не произойдет. Похоже, он желает ее не так сильно, как остальных женщин. Эта мысль настолько задела Хелену, что она, не подумав, задала ему вопрос:

– Дэниел, что касается прошлой ночи и того, что мы делали…

– Так что насчет этого?

По выражению лица Дэниела она поняла, что ей вовсе не стоило заводить подобный разговор, но останавливаться было уже поздно.

– Почему ты… ну…

– Трогал тебя? – Он раздраженно начал накладывать еду в тарелку. – Воспользовался твоим состоянием? Вел себя беспутно?

– Нет! Почему ты остановился?

Он посмотрел на нее так, будто его ударили обухом по голове.

– Почему я что?

– Остановился. – Вконец смутившись, Хелена наклонила голову. Господи, она становится такой же бесстыдной, как Розалинд. Это никуда не годится. – Ты… ты же мог… ну… ты понимаешь…

Осторожно поставив тарелку, Дэниел откинулся назад:

– Боюсь, тебе придется выразиться более определенно, девочка. Потому что я не могу поверить, что слышу от тебя такое.

Она набралась смелости и встретилась с ним взглядом.

– Почему ты не… станцевал со мной джигу на матрасе?

– Джигу на матрасе? Где ты набралась таких слов? А впрочем, погоди-ка, сам угадаю. Наш друг мистер Уоллас. Чертов мерзавец хотел, чтобы ты станцевала с ним?

– Вообще-то он думал, что ты и я… что мы поженились из-за того, что… то есть он же думает, что мы женаты… – И как ей теперь из этого выпутаться? – Ну, так почему ты не воспользовался ситуацией? Ведь ты мог. – И она с горькой усмешкой добавила: – Учитывая мое вчерашнее состояние, я бы, кажется, не стала возражать.

– Зато, полагаю, ты бы протестовала сегодня. – Он положил себе на тарелку сосисок. – Я не настолько подл, чтобы соблазнять пьяных девственниц, что бы ты обо мне ни думала.

От этих слов сердце Хелены учащенно забилось. Так, значит, он сдерживался? И это никак не связано с ее… недостатком?

Хелена притворилась, что не понимает его. Она хотела узнать правду, но гордость не позволяла ей задать вопрос напрямую.

– Думаю, у пьяной девственницы просто мало опыта, чтобы соблазнить такого, как ты…

Дэниел рассмеялся так, что даже выронил тарелку из рук.

– Не лги себе! Пьяная или нет, похоже, ты знаешь толк в обольщении. Мне пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не лишить тебя невинности на этой чертовой кровати. Если бы ты была более опытной, я бы, наверное, просто свихнулся.

Его откровенное признание неожиданно успокоило Хелену. Она смотрела на него и не могла произнести ни слова…

– Ну вот, теперь ты знаешь… Ты можешь свести меня с ума, даже не прилагая усилий. Это, должно быть, приятно – еще один способ наказать меня за высокомерие.

– Я вовсе не пыталась тебя наказать, – прошептала она. Под взглядом Дэниела ее кожа покрылась мурашками.

– Спаси меня Бог, если однажды попытаешься. – Он пристально посмотрел ей в лицо: – Тебе так важно знать, почему я остановился? Тебе недостаточно того, что я сделал?

– Мне просто было интересно… ну, ты понимаешь…

– Неужели ты разочарована? Может, мне следовало заняться с тобой любовью?

– Конечно, нет!

На лице Дэниела промелькнула досада.

– Я тоже так думаю. Хотя мне показалось, что вчера ночью ты находила эту идею довольно привлекательной. Сегодня утром она уже такой не выглядит, не так ли?

– Э… да, конечно. – Что еще она могла сказать? «Мне так стыдно, но я хочу вступить в армию распутных девиц, ищущих твоего внимания».

А ведь правда заключалась именно в этом. Трезвая или нет, все, о чем она мечтала, – это вновь почувствовать прикосновение его нежных рук и ласковых губ, услышать его тяжелое дыхание. Особенно когда он смотрит на нее таким горячим взглядом, как сейчас. Похоже, не одному Дэниелу грозило сумасшествие. И все же из них двоих он оказался более вменяемым. Ну что ж, Хелена получила свой урок.

– Я хочу, чтобы ты знал – я тебе очень благодарна за то, что ты не воспользовался моим вчерашним… состоянием.

– Не за что, – натянуто, ответил он, откинувшись назад. Его взгляд, исполненный желания, продолжал блуждать по ее лицу. – Надеюсь, в дальнейшем ты будешь осторожнее. Прошлая ночь стала для меня настоящим испытанием. В следующий раз ты так легко не отделаешься. – Он остановил взгляд на ее приоткрытых губах. – И обещаю тебе – когда я займусь с тобой любовью, ты будешь, трезва как стеклышко и пойдешь на этот шаг сознательно. Иначе ничего не выйдет.

У Хелены перехватило дыхание. Он не сказал «если», он сказал «когда»! «Когда я займусь с тобой любовью». Простая оговорка? Вряд ли. Просто он предупреждает ее, что если она и дальше будет вести себя как распутница, он пойдет ей навстречу. И, к своему стыду, Хелена поняла, что эта идея кажется ей привлекательной.

Смутившись, она опустила глаза и стала намазывать масло на хлеб.

– Ты говорил, что у нас есть… и другие темы для обсуждения.

Дэниел немного помешкал, затем взял вилку и решительно сказал:

– Да. Нам надо поговорить о твоей сестре и о Прайсе.

– Что ты имеешь в виду? Мы же знаем, куда они направились. Так что нам остается только нагнать их в Гастингсе, а там уж я смогу убедить Джульет, чтобы она вернулась домой. Сомневаюсь, что они успеют отплыть в Шотландию.

– Все оказалось не так просто. – Дэниел положил себе немного бекона, но так и не приступил к еде. – Помнишь, Уоллас вчера упомянул о Веселом Роджере?

– Да. – Она отпила немного чая.

– Крауч и его банда обитают в Гастингсе.

После вчерашних посиделок Хелена не слишком удивлялась, что ему так много известно об этом Крауче. Очевидно, что в юности он был знаком с доброй сотней контрабандистов.

– И какое это имеет отношение к Джульет и Прайсу? Дэниел нахмурился:

– Я же тебе сказал – они едут в Гастингс.

– Ну да, а что тут удивительного? У него ведь там друзья – например, тот же Крауч. Они-то и помогут ему нанять корабль.

– Да нет же, черт возьми, дело совсем не в корабле! – Он взял в руки вилку, затем снова бросил ее. – Я-то думал, что Прайс работает один, и в этом случае он вполне мог оказаться охотником за приданым. У многих контрабандистов есть вторая профессия, торговлей они занимаются, только чтобы подзаработать немного денег. Такие люди вполне могут жениться, в том числе из-за приданого. Но если в деле замешан Крауч, это все меняет.