Королевские игры - Джейн Фэйзер

Наконец молодой конюх вывел Дженни. Розамунда радостно вскрикнула и бросилась навстречу. Лошадка тоже соскучилась и с тихим ржанием уткнулась мордой в лицо хозяйки, а та обняла любимицу за голову и легонько подула в ноздри: такое родственное приветствие очень нравилось обеим. Конюх помог Розамунде сесть в седло, и, едва оказавшись на привычном месте и ощутив легкую поступь умного послушного животного, юная фрейлина мгновенно почувствовала себя спокойно и уверенно: все странности придворной жизни побледнели и отступили. Оглядев полный скрытого смысла хаос, всадница направила воспитанную и деликатную чалую кобылку сквозь плотную толпу - туда, где ее уже ждала Джоан. Подруга посмотрела на Дженни с откровенной завистью.

- Что за прелесть! А я езжу неважно, и поэтому дома мне достался лишь вот этот скучный пони.

- Все равно гораздо лучше, чем в паланкине, - успокоила подругу Розамунда.

Послышался громкий звук рога, и собравшиеся мгновенно затихли и дружно обернулись к дворцу. Королева Елизавета выехала на великолепной белой лошади. Украшенное изумрудами платье цвета свежей листвы оттеняло и подчеркивало чистоту масти. Над алой бархатной шляпой развевались два огромных белых пера, а шею украшал унизанный изумрудами воротник. Ее величество окружали всадники, также одетые в сияющий драгоценными камнями зеленый бархат.

Розамунда затаила дыхание. Впечатляющая, незабываемая картина! Она узнала лорда Эссекса и лорда Лестера, однако никого из остальных аристократов назвать не смогла. Красивая сцена отчетливо запечатлелась в памяти. Потом, на досуге, можно будет зарисовать ее для сэра Фрэнсиса.

Появление королевы послужило сигналом к началу движения. Розамунда осторожно направляла Дженни среди всеобщей сумятицы, но в то же время старалась придерживаться прямого курса. Оглянувшись, увидела Джоан: подруга ехала в конце процессии на приземистом, невозмутимо-спокойном пятнистом пони, явно не склонном к экспериментам и приключениям. Загонщики с собаками отправились вперед, чтобы вспугнуть оленя или косулю. Смущало лишь одно обстоятельство: огромная толпа охотников создавала столько шума, что ни один уважающий себя зверь не стал бы дожидаться их приближения.

- Доброе утро, мистрис Розамунда, - раздался рядом знакомый голос.

Уил Крейтон подъехал на тощем гнедом мерине. Широкая улыбка, как всегда, ослепляла, а синие глаза смотрели с веселой усмешкой, перед которой так трудно было устоять. В фиолетовом камзоле и такого же цвета панталонах он выглядел особенно эффектно, а украшенная зелеными перьями щегольская шляпа венчала яркий образ галантного и в то же время смелого кавалера.

Розамунда надела бархатное терракотовое платье, украсив его присланным леди Уолсингем воротником из золотого кружева. Прекрасно подошли и тонкие лайковые перчатки с золотистой каймой. Собранные в пучок каштановые волосы прятались под золотой сеткой, а лоб прикрывала широкая лента из зеленого бархата. Утром собственное отражение в зеркале порадовало Розамунду, а судя по восхищенному взгляду Уила, он тоже сумел оценить наряд по достоинству.

- Доброе утро, мастер Крейтон.

Она слегка прищурилась и кокетливо повернулась, как это делала Агата.

Джентльмен слегка поклонился и вежливо поинтересовался:

- Позволите составить вам компанию?

- Конечно, - разрешила Розамунда и обвела взглядом толпу, пытаясь выяснить, много ли вокруг любопытных глаз.

К счастью, никто не смотрел в открытую; даже Джоан погрузилась в общение со своим пони и пыталась убедить его перейти с ленивого шага на более энергичный аллюр. Кавалькада приближалась к берегу, а всадники постепенно разбивались на небольшие группы и даже на пары.

- Сколько ехать до Ричмонда?

- Около часа. Приготовьтесь к долгому дню. Королева страстно любит охоту, никогда не устает и во дворец возвращается в полной темноте.

Беседы с мастером Крейтоном давались легче общения с шевалье де Вожира, они казались естественнее и чище. Конечно, та легкая аура опасности, которая неизменно окружала приятеля Агаты, бодрила и даже вдохновляла, однако умное лукавство Уила служило более чем достойной заменой.

- Вы показали кому-нибудь свою пьесу?

Всадники успели оторваться от основной группы и ехали следом за кавалькадой ее величества.

- Отдал Дику Бербиджу. Он сказал, что прочитает при первой же возможности, но я и сам знаю, как трудно выкроить свободную минутку. - Уил придержал коня. - Не стоит чрезмерно отрываться от остальных: привлекать внимание неразумно.

Розамунда с готовностью перевела Дженни в спокойную рысь и порадовалась осмотрительности и вниманию спутника.

- Уверена, что долго тянуть он не станет; сама слышала жалобы на нехватку пьес.

Уил вздохнул:

- Надеюсь, так оно и будет. Страшно только, что отдал единственный экземпляр. Если вдруг потеряется или испортится, утрата окажется невосполнимой.

- Не волнуйтесь. Мастер Бербидж живет театром и лучше всех понимает, чего стоит новое произведение.

Королевская кавалькада ехала быстро и уже приближалась к краю леса. Ричмонд прославился как любимое место охоты отца ее величества. Привязанность Елизаветы к этому уголку коренилась в воспоминаниях детства, когда в редкие периоды благодушия Генрих VIII сажал дочь перед собой на огромного мощного коня и вез охотиться на вепря.

Королева и ее свита уже въехали в лес и остановились на опушке, чтобы посовещаться с хозяином гончих. Вскоре горн возвестил погоню, и лошади рванулись вслед за собаками. Придворным пришлось поспешить.

Розамунда и Уил оказались впереди толпы. Азартная всадница с радостным криком пустила Дженни галопом, а спутник пустился следом. Спустя пару мгновений оба оказались в лесу, где только что скрылась королевская кавалькада. Густые тенистые заросли встретили прохладой, а спереди и сзади доносился стук множества копыт.

- Догоним королеву! - предложил Уил и погнал своего мерина по широкой просеке.

Поддавшись восторгу скачки и магии погони, Розамунда пришпорила Дженни.

Сзади доносился хруст веток, слышались крики и проклятия. Лошади сталкивались и путались в лесной чаще, пока наконец не восстановился естественный порядок. Дженни потеряла равновесие, поскользнувшись на склоне, и Розамунде пришлось остановиться, чтобы успокоить любимицу, обняв и нежно погладив по потной шее. Охота тем временем мчалась, подчиняясь собственным законам; место в первом ряду оказалось потерянным, а Уил исчез из виду. Подобное случалось нередко, и Розамунда отвела лошадку в сторону, чтобы пропустить всадников, а потом найти параллельную тропинку и наверстать упущенное время.

Она поехала по краю леса и вскоре действительно увидела между деревьями просвет: узкая поросшая травой дорожка шла параллельно главной просеке. Деревья нависали над головой, однако Розамунда немного нагнулась и пустила Дженни легким галопом. Вскоре звуки охоты послышались совсем близко, хотя просека и скрывалась за густыми зарослями.