Лакей и я - Валери Боумен

Она отвела взгляд, а Лукас потер кулаком лоб и спросил:

— Так что ты хотела мне сказать?

Фрэнсис глубоко вздохнула и прижала ладонь к животу, словно это простое движение могло успокоить разбушевавшиеся нервы.

— Родители собираются объявить о моей помолвке с сэром Реджинальдом, как только приедет отец.

— Что? — Известие потрясло Лукаса до глубины естества. — Что это значит?

— Мама, пока неофициально, приняла предложение сэра Реджинальда. Теперь мы ждем приезда папы, чтобы помолвка состоялась по всей форме.

Глаза Лукаса метались, и с той же быстротой метались мысли.

— Когда приедет твой отец?

— Завтра.

— Ты намерена выйти за сэра Реджинальда… — произнес Лукас, но это был не вопрос — скорее мысль вслух.

Фрэнсис проглотила ком в горле и кивнула.

— Да, у меня нет выбора.

Лукас уставился на нее и почесал затылок.

— Ты хочешь за него замуж?

Фрэнсис отвернулась и прикусила губу.

— Ты не понимаешь! Оказалось, что у меня нет приданого. Никакого. У сестры тоже. Отец проиграл все.

— Неужели все?

— Абсолютно, — кивнула Фрэнсис, не в силах посмотреть на него от стыда.

— А сэр Реджинальд согласен взять тебя без приданого? — процедил Лукас.

Фрэнсис снова кивнула.

— Да, а еще вроде бы пообещал некоторую сумму, чтобы покрыть долги.

Лукас грязно выругался.

— Иными словами, они тебя продали!

Фрэнсис опустила голову, ее душили слезы. С его гневом она бы смирилась, но не думала, что такую боль причинят слова.

— Да, звучит ужасно, но у меня нет выбора.

Лукас отошел от нее, все еще бормоча под нос ругательтсва.

— Когда намечена свадьба?

Фрэнсис ответила не сразу.

— Думаю, скоро. Чем раньше это произойдет, тем быстрее отец получит деньги.

Лукас прикусил губу и, почувствовав вкус крови, опять выругался. Да что это с ним? Ругается как пьяный матрос!

— Чтобы проиграть и их?

Слезы проложили дорожки по ее щекам.

— Возможно, но что тут поделаешь? Я должна думать о семье, о младшей сестре. Мы станем нищими, если я не выйду замуж.

— Твоего отца следовало бы бросить в долговую яму! — прорычал Лукас.

Фрэнсис смахнула пальцами слезы, глубоко вздохнула и, помолчав, обреченно проговорила:

— Не поможет. Таких, как мой отец, не исправит даже это.

У них над головой послышались шаги, и Лукас отпрянул от девушки.

— Проклятье, Фрэнсис! А что, если…

— Не продолжай! Только не говори: «А что, если мы тайно поженимся?» Я не могу выйти замуж за лакея, если только у него — совершенно случайно — не имеется крупное состояние.

Лукас скрипнул зубами и опять потер кулаком лоб: чертов парик!

— Проклятье!

— Мне очень жаль, Лукас. Я не хотела, чтобы все так закончилось, но от судьбы не уйдешь.

Опять шаги.

Лукас метнулся к ней, едва не сбив с ног, ухватил за плечи и выпалил:

— А если бы все сложилось иначе? Что, если бы существовал другой выход?

Фрэнсис покачала головой.

— Какой выход? О чем ты говоришь?

— Просто ответь: ты любишь меня? — в отчаянии, словно от ее ответа зависела его жизнь, воскликнул Лукас.

Слезы опять потекли по ее щекам, и Фрэнсис больше не пыталась их смахнуть.

— Да, люблю, но что я могу поделать?

На лестнице опять послышались шаги, и Лукас спрятал руки за спину.

— Слуги спускаются вниз — готовятся подавать ужин. Если мы здесь задержимся, нас наверняка кто-нибудь заметит. Сейчас я не могу тебе ничего объяснить: еще не время, — но хочу кое о чем попросить.

— Все, что угодно. — Ее голос сорвался, но, проглотив еще один болезненный ком в горле, она подняла на него глаза.

— Приходи завтра утром в библиотеку. Я должен сказать тебе кое-что важное.