За семью замками. Внутри - Мария Акулова

Мысли о желаемости бытовухи поначалу удивляли, а потом начали вызывать уже тревогу. Это было лишним. Всё должно было остановиться на уровне новой игры. Уходить ему должно было быть легко. Возвращаться в радость, но не настолько, что иногда прям до трясучки…

Агата всего этого не просекала или делала вид, что не замечает. Вела себя правда хорошо. И вроде бы Косте стоило бы быть довольным в этой связи, а он опасался…

Когда начинал — не боялся заиграться. А теперь… В голову лезли мысли, которые ему совершенно не свойственны.

Она описывала ему когда-то, что чувствуешь, когда влюбляешься, тогда ему правда было интересно, тогда он правда не понимал. Тогда он пережил ярую эйфорию из-за того, что в него влюблены. Она влюблена. А теперь… Испытывал не всё, но многое из перечисленного ею.

Постоянный недостаток.

Много думать.

Подсознательно рассчитывать, как бы сделать так, чтобы успеть заскочить…

Ревность, когда она рассказывает, что отчим может подложить им свинью…

Злость и как следствие — жесткое требование решить вопрос, чтобы этого не случилось…

Они с Гаврилой отправили в город Агаты пару человек, кое-что разведать и выведать по Вышинскому, а по ходу дела и по ней. Уже не просто, чтобы окончательно разобраться с теснотой контактов, а чтобы поглубже занырнуть в её прошлое. Жизнь. В неё. Чтобы больше о ней узнать. Чтобы лучше её понять.

Как оказалось, девочку, которая видела, как убили ее мать.

И это ведь жутко. Он сам такое пережил. Но они разные. Да и её мать, насколько Костя знал, дала Агате больше, чем он видел от своей. Плюс, когда это случилось с ней, Агата была старше, осознанней. Она мать любила. Вероятно, значение также имели обстоятельства, раскрывать которые Агата отказалась. В его случае случившееся было закономерным. Для Агаты скорее всего — шок и трагедия в максимально широком смысле слова. Ей сто процентов пережить это было сложнее, чем Косте. Но она пережила.

Умница.

Стойкая.

Но всё равно сломленная.

Потому что не сломай её что-то — не стремилась бы так спрятаться. И интуиция подсказывала Косте, что дело не только и не столько в шраме и факте смерти матери. Скорее всего, есть что-то ещё.

Не знай Костя на все сто, что он — её первый мужчина, мог бы даже сексуальное насилие заподозрить. Но тут не оно. Агата раскрепощена. Его не боится.

Хотя стоило бы. Ведь она действительно выбрала не того человека, чтобы впустить в свой мир. Только жалеть поздно. Да и менять что-то…

Костя утверждался в своих планах. Они становились все более значимыми. Она становилась.

А вот такие инциденты, как с «голой задницей» и «ебаными приказами» огорчали. Он действительно не собирался ни терпеть такое, ни поощрять. Поэтому обозначил. Поэтому оставил подумать. Поэтому не приехал в тот вечер, хотя мог.

И на следующий не приехал. И через день. И на третий.

Сегодня тоже не собирался, но уже по другой причине. У него была назначена встреча.

С Полиной Павловской в одном из хороших заведений — Гаврила позаботился.

Костя откладывал на потом это все те две недели, что его засасывало в Агату. И дальше, возможно, откладывал бы, но Гаврила принес свежую социологию, а там падение… Потому что запущенная Вышинским даже не деза, что обидно, а самая настоящая правда, повлияла на восприятие. Соответственно и на рейтинг тоже.

Из потенциальных последствия стали вполне реальными. Что-то нужно было делать срочно.

Утопить рейтинг Вышинского за пару недель — невозможно. Но свой поднимать надо было.

Гаврила снова совал свою папочку. Костя ее пролистал.

Полина Павловская — девушка двадцати трех лет. Прямо, как Агата. Утонченная брюнетка. Карие глаза. Пухлые губы. Похожа на балерину. Действительно более чем аристократична. По взгляду видно — есть стержень. Образованная — отец позаботился. Училась сначала в Британии, потом в Штатах. Вернулась. Вроде как работает. Естественно, у отца. А отец занимается логистикой. Стоит на ногах более чем твердо. Вызывает уважение. У них что-то вроде династии. Вот только дочь одна, и ему наверняка хотелось бы, чтобы в итоге бизнес не достался кому-то… Не тому.

Костя не сомневался, что в той семье тоже происходят те ещё кастинги. Только девке вряд ли таскают папочки с модельками. Скорее в приказном порядке определяют… Или собираются определить.

Отец выбирает такого, чтобы был контролируемым и послушным. Её мнение не учитывается. И что ей потом с этим человеком спать и от него детей рожать — всё равно. Бизнес важнее. Деньги важнее. Стерпится-слюбится.

Это не вызывало в Косте особых эмоций. Это жизнь. Она везде полна дерьма. Он-то знал. Сколько ни карабкайся вверх, ты не взберешься на чистую вершину. Это зловонная гора. На пике дышать ещё сложней. Но ты привыкаешь. Ко всему привыкаешь.

Полина, видимо, привыкать не хотела. Она решила, что может сама за себя решить. Пойти в обход. Найти себе такого, с кем отец не решится войти в клинч. Костя в этом подходил. Костя это понимал.

Продуманность Полины, если всё действительно так, ему нравилась. Осталась мелочь — встретиться и убедиться. Или разочароваться.

Если первое — оговорить всё. Приступить. Если второе — пожать плечами и уйти.

Это должно было произойти сегодня.

Его автомобиль подкатился к тому самому заведению.

Костя вышел, направился ко входу.

Чуть опаздывал, а она была вовремя — не сомневался.

Увидел издалека, когда его проводили к нужному столу.

Гладкие блестящие волосы. Шары-сережки. Элегантное платье, дающее понять — с грудью сложилось великолепно. Если встанет — станет очевидно, что не с грудью тоже.

Карие глаза следили за его приближением спокойно, немного задумчиво. Она производила впечатление вполне расслабленного человека.

А Косте почему-то захотелось усмехнуться. Она это заметила. Не стушевалась. Дождалась, когда он подойдет, а официант удалится. Позволила сжать легко руку, обратить внимание на длинные тонкие пальцы и красивое массивное кольцо с россыпью камней. Явно дорогущее. И туда же классика — «гвоздь» Картье на запястье. Любит роскошь, а папандер не отказывает. Следила, как Костя садится…

— Добрый вечер, Полина.

Он сказал, глядя пристально в красивое лицо. Она делала то же самое, изучая его.

— Добрый вечер, Константин.

И голос у нее тоже более чем приятный.

Захотелось снова хмыкнуть и похвалить Гаврилу.

Костя понятия не имел, что связывает этих двоих, но сейчас отчетливо осознал: в этот раз всё действительно может получиться.