Откровенные признания - Лиза Клейпас

— Здесь больно? — спросил он, осторожно дотрагиваясь до припухшего входа в ее пещерку.

— Немножко. — Она положила голову на полированный деревянный бортик фарфоровой ванны.

Ник произвел какие-то манипуляции пальцами, словно надеялся исцелить ее прикосновениями.

— Я старался быть нежным…

— И был, — подтвердила она, невольно разводя ноги в стороны.

Опустив густые ресницы, Ник засмотрелся на ее тело под водой. Его лицо стало серьезным, и Лотти залюбовалась его профилем — чеканным, будто отлитым в бронзе. Край закатанного рукава угодил в воду, бархат мгновенно промок.

— Больше я никогда не причиню тебе боли, клянусь тебе.

У Лотти перехватило дыхание, когда он развел нежные складки между ее бедрами и исследовал то, что они скрывали. Лотти невольно приподнялась, поискав руками опору на скользких стенках ванны. Ник бережно поддержал ее сзади, обняв за плечи.

— Ложись, — шепотом попросил он, — разреши порадовать тебя.

Нет уж, мысленно откликнулась Лотти, только не в фарфоровой ванне. Но в руках Ника она расслабилась и открылась ему. Легко придерживая его за запястье, она чувствовала его большой палец у своего лона; затем он коснулся шелковистых губ легко и дразняще. Настойчиво, но бережно он опять раздвинул складки, задел средним пальцем розовый бугорок. И улыбнулся, увидев, как румянец заливает ее лицо и грудь.

— Китайцы называют эти ласки «террасой, усыпанной драгоценностями», — шепнул он и осторожно ввел в нее палец, продвинувшись внутрь всего на дюйм и описывая круги. — А это «струны лютни»… а вот это… — и он дотянулся до самых глубин ее пещеры, — «сердце цветка». Так тебе не больно?

— Нет, — выдохнула она.

Он продолжал говорить, задевая губами ее ухо:

— В следующий раз, когда мы ляжем вместе, я покажу тебе позу «крадущиеся тигры». Я войду в тебя сзади и проникну как можно глубже… и буду касаться «сердца цветка» вновь и вновь… — Он втянул в рот мочку ее уха, осторожно прикусил ее. Наслаждение волной прошло по телу Лотти. Она стала невесомой и куда-то поплыла, но сильные смуглые руки надежно держали ее.

— Откуда ты все это знаешь? — растерянно спросила она.

— Джемма собирает книги об искусстве плотской любви. Одна из ее любимых — перевод трактата времен династии Тан. Автор советует мужчинам учиться выносливости, отдаляя миг наслаждения. — Он убрал палец и принялся поглаживать бедра Лотти легчайшими, как порхание бабочки, движениями. — В этой книге есть советы о том, как сохранить здоровье, укрепить кости и очистить кровь, как дожить до глубокой старости…

— Рассказывай, — попросила Лотти и судорожно сглотнула, когда он положил ладонь на ее холмик, прижав ее к самому чувствительному месту.

Он ткнулся носом в ее щеку.

— Есть поза «взлетающий феникс», помогающая избавиться от сотни болезней. И «журавли с переплетенными шеями» — говорят, она весьма способствует исцелению.

— Сколько поз ты попробовал?

— Всего сорок. Древние мастера сочли бы меня недоучкой.

Лотти изумленно открыла глаза, приподнялась, и от се движения плеснулась вода в ванне.

— Господи, сколько же их всего?

— Пятнадцать видов движений и тридцать шесть основных поз — значит, всего около четырехсот разновидностей.

— Не многовато ли? Ник усмехнулся:

— Зато скучать нам не придется, верно?

Он попытался ввести в нее два пальца, и Лотти вздрогнула.

171

— Ник, я не могу…

— Сделай глубокий вдох и медленный выдох, — шепнул он. — Я тихонько… — Она подчинилась, и он сумел погрузить два средних пальца в тесное отверстие. Большим пальцем он продолжал равномерно обводить тугой бугорок.

Застонав, Лотти уткнулась лицом в бархатный рукав его халата, ее внутренние мышцы невольно начали сокращаться. Жжение вскоре утихло, и каждое движение стало радовать ее.

— Ты так нежно сжимаешь меня там, — хрипло произнес Ник. — Мне не терпится войти еще глубже… раствориться в тебе…

Его слова заглушил грохот ее сердца, и она взлетела на крыльях блаженства, опаленная страстью.

Вода в ванне постепенно остыла. Лотти надела свежую белую ночную рубашку и вышла в спальню, где у стола ее уже ждал Ник. Под его пристальным взглядом она покраснела.

— В таком виде ты особенно нравишься мне, — заявил он, проводя пальцами по высокому воротнику рубашки. — Воплощение невинности.

— Уже нет, — с робкой улыбкой возразила Лотти. Ник притянул ее к себе, потерся подбородком о влажные волосы и лукаво улыбнулся.

— Все не так-то просто, — объяснил он. — Понадобится немало времени и сил, чтобы по-настоящему лишить тебя невинности.

— Уверена, у тебя все получится, — откликнулась она и села за стол перед тарелкой с ветчиной, овощным пудингом, картофелем и тартинками.

— За наш брак, — предложил тост Ник, протягивая ей бокал вина. — Пусть его продолжение будет лучше начала.

Они подняли бокалы и осторожно сдвинули их. Зазвенел хрусталь. Лотти пригубила вино и обнаружила, что насыщенный пряный вкус прекрасно сочетается с солоноватой ветчиной.

Ник отставил бокал, взял жену за руку и задумчиво уставился на ее пальцы.

— Ни одного кольца… Завтра же мы исправим это упущение.

Лотти ощутила постыдный проблеск интереса к его словам. Украшений у нее никогда не было, но в Мейдстоуне ей внушили, что истинная леди не станет щеголять драгоценностями и уж тем более — радоваться таким подаркам. Лотти изобразила безразличие так искусно, что наверняка заслужила бы одобрение бывших наставниц.

— Это ни к чему, — равнодушно бросила она. — Многие замужние женщины не носят кольца.

— А я хочу, чтобы все сразу понимали, что ты уже принадлежишь мне.

Лотти ослепительно улыбнулась:

— Если ты настаиваешь, я не стану возражать.

Ник остался доволен этим энтузиазмом. Он провел большим пальцем по ее руке.

— Кольцо с каким камнем ты хочешь?

— Может быть, с сапфиром? — с надеждой предположила она.

— Решено: с сапфиром. — Он продолжал перебирать ее пальцы, касаясь ровно подрезанных ногтей. — И наверное, ты не прочь увидеться с родными.

Лотти мгновенно забыла про кольцо.

— Да, если можно! Боюсь, лорд Раднор уже сообщил маме с папой о моей выходке. А я не хочу, чтобы они стали нищими по моей вине.

— Ты ни в чем не виновата. — Ник водил пальцем по тонкой жилке на ее запястье. — Эту сделку заключили, не спрашивая твоего согласия, потому ты имела полное право расторгнуть ее.

— Но в результате я выиграла, — нехотя напомнила Лотти. — Я столько лет проучилась в Мейдстоуне… мое образование стоило целое состояние. А лорд Раднор взамен не получил ничего.