Спасенная любовью - Ханна Хауэлл

– Однако один раз вы же забеременели, мне не верится, что выкидыш на таком раннем сроке мог что-то повредить. Вам было очень плохо? Было сильное кровотечение?

– Нет. Я не думаю, что в том, как это произошло, было что-то очень страшное, страшно было только то, что это вообще случилось.

Арианна высвободила руки из-под руки Джолин и стерла со щеки слезинку.

– После того как я потеряла ребенка, мы старались завести ребенка еще целый год, но ничего не произошло. С тех пор Клод делал еще несколько попыток, но я так и не забеременела. Обычно это случалось после того, как родители отчитывали его за то, что у него нет наследника и он не спит со своей женой. А от Мари-Анн у Клода есть двое здоровых сыновей, так что дело не в нем.

Джолин откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– Врач мог ошибиться. Я подозреваю, что очень немногие из них на самом деле разбираются в женщинах и рождении детей. Обычно они ужасно не любят вообще иметь с нами дело. А такое, что женщина потеряла первого ребенка, случается не так уж редко. Скажите, сколько лет младшему из сыновей Клода?

– Пять с хвостиком, почти шесть.

– И все время, пока вы пытались забеременеть от Клода, он продолжал спать со своей любовницей, и она больше не понесла?

Арианна заморгала. Некоторое время она молча обдумывала слова Джолин, стараясь не допустить, чтобы огонек надежды, вспыхнувший в ее сердце, разгорелся слишком жарко.

– Об этом я не подумала. То есть вы подозреваете, что Клод мог каким-то образом потерять свою… хм, мужественность?

– Такое случается. Бывают болезни, которые делают мужчину бесплодным. Все работает как надо, но семя мертвое. Я бы на вашем месте не стала так быстро отказываться от надежды завести ребенка.

– Джолин, беда в том, что я могу убедиться, что не бесплодна, только одним способом: если я забеременею. Это лучше всего делать будучи замужем. Но что, если я выйду замуж, а потом окажется, что я не могу зачать? Получится, что я обманула мужчину, который на мне женился. Хуже того, меня даже могут обвинить в обмане, сказать, что я вышла замуж за мужчину, зная, что не смогу родить ему детей.

– Тогда, может быть, вам стоит попытаться зачать, вообще не задумываясь о замужестве. – Джолин поморщилась. – Звучит как какая-то махинация.

Идея и правда звучала сомнительно, но она запала Арианне в голову, даже когда они с Джолин сменили тему и заговорили о своих семьях. Она помнила о ней и несколькими часами позже, когда Брайан лег к ней в постель и притянул ее к себе. И тогда Арианна не могла освободиться от мысли о ребенке, жажда материнства не давала ей выбросить эту мысль из головы. Арианна поклялась своей душой, что если она действительно забеременеет от Брайана, то не воспользуется этим, чтобы втянуть его в брак, которого он не хочет. Судя по тому, что она слышала о Макфингэлах, в их клане внебрачные дети были вполне обычным делом, и у них их было много. И если она собиралась проверить, бесплодна она или нет, вряд ли кто-то подходил для этой цели лучше, чем представитель известного своей плодовитостью клана Макфингэлов.

– Завтра нам придется снова садиться на лошадей, – сказал Брайан, снимая с Арианны сорочку и бросая ее на пол.

Арианна поморщилась от этой мысли.

– Но ведь это будет последняя наша поездка?

Она провела рукой по его упругому животу, ей было приятно чувствовать тепло его гладкой кожи и ощущать игру его мускулов. Впервые после неловких попыток, которые она предпринимала в самом начале ее брака, Арианне захотелось исследовать мужское тело.

– Когда мы доберемся до Скаргласа, наше путешествие будет окончено. Тебе не обязательно сразу куда-то ехать, ты можешь задержаться там столько, сколько захочешь.

Брайан надеялся, что она предпочтет немного побыть там, прежде чем уехать к своей семье, хотя он и сознавал, что от этого ему будет еще тяжелее с ней расстаться, чем если бы они расставались сейчас.

– Хорошо. Я подозреваю, что мне еще очень долго не захочется садиться на лошадь.

Брайан собирался спросить, как долго это может быть, но в это время она обхватила своими гибкими пальцами его восставшую плоть. Он застонал, крепко обнял ее и приподнял бедра в безмолвной мольбе, чтобы она его ласкала. И когда она откликнулась на эту просьбу, стала гладить его и даже скользнула рукой между его бедер, он потерял способность думать.

Арианна наслаждалась своей властью над этим сильным мужчиной, ее удивляло, что ее прикосновение так сильно на него действует. Она раздумывала, что бы еще сделать, чтобы он продолжал стонать и шептать ей всякие лестные слова, но в это время он неожиданно толкнул ее на спину. В этот раз Брайан занимался с ней любовью яростно, его неистовая страсть требовала от нее такого же неистовства. Когда он соединил их тела воедино, в его движениях не осталось нежности, но Арианну это не волновало. Ее страсть быстро нарастала и скоро сравнялась по силе с его страстью, и вот уже она сама поощряла его своими словами и движениями. В экстазе она выкрикнула его имя и вцепилась в него так, словно падала в пропасть и ухватиться могла только за него. Когда он достиг разрядки и излился в нее, он держал ее так крепко, что Арианна была уверена, у нее останутся синяки, но ей было все равно.

Все еще дрожа от мощи разделенной страсти, Арианна открыла глаза и посмотрела на мужчину, крепко спящего в ее объятиях. Она подумала о том, как часто он изливал в нее семя, и крошечный огонек надежды разгорелся в ней чуть ярче. Если есть хотя бы малейший шанс, что она не бесплодна, такая бурная и жаркая страсть, какая кипела между ними, должна была принести плоды. Если бы она вернулась в свой клан с ребенком и без мужа, это вызвало бы массу неприятностей, но ее это не волновало. Если Брайан не захочет остаться с ней и отошлет ее прочь, по крайней мере у нее останется частица его. Арианне оставалось только надеяться, что ей будет этого достаточно, но с каждой минутой, проведенной в его объятиях, она все яснее понимала, что не хочет его отпускать.