Настоящий джентльмен - Дэнис Аллен

– В самом деле, – поддержал разговор маркиз, глотнув пенистого напитка. Расстроенное лицо Сэм вызвало у него смутные подозрения. – Почему бы тебе не поехать в Дарлингтон-Холл, Сэм? Или у тебя запланировано нечто более интересное?

– Она собралась в женскую обитель, Джулиан, – бросила Нэн, на мгновение оторвавшись от вязания и бросив на Сэм восторженный взгляд. – Наша славная девочка решила пожертвовать собственными интересами ради помощи нуждающимся и сирым.

Сэм сидела, не поднимая головы, и почесывала Джорджа за ухом. Вдруг девушка вспыхнула как маков цвет. Ее смущение, вызванное похвалой Нэн, могло быть результатом скромности или… чувства вины. Но в чем?

– Значит, на завтра у тебя запланированы добрые дела, Сэм? – спросил Джулиан.

– Да, Джулиан, – ответила Сэм, глядя в пол.

– Только ли добрые дела, сорванец? – Он пристально посмотрел на девушку.

– Да, Джулиан. Только добрые, – ответила Саманта, подняв наконец голову. И хотя лицо ее по-прежнему пылало, ее голос прозвучал твердо и искренне.

Джулиан был удовлетворен. Иначе не могло и быть. Он доверял девушке, знал, что она никогда не лжет. Попивая горячий шоколад и глядя на потрескивающий в камине огонь, маркиз понял, что почти обрел умиротворение, если не считать сексуального возбуждения. Это казалось странным. В компании двух милых старушек и юной воспитанницы с выводком спящих щенков ни одному мужчине не могли прийти в голову похотливые мысли. Тем более ему, всегда державшему себя под контролем.

Возникла пауза, и Джулиан вновь обратился мыслями к Женевьев Дюбуа. Почему вдруг у него возник к этой женщине интерес? Голубые глаза, светлые волосы, заостренный решительный подбородок…

У него перехватило дыхание, когда он осознал, что актриса напоминала ему… Сэм. Это было настоящее потрясение для его щепетильной души. Его рука дрогнула, и горячий шоколад выплеснулся на брюки в двух дюймах от… жизненно важного органа.

– Проклятие! – Маркиз схватил салфетку, чтобы промокнуть обожженное место.

Сэм проворно вскочила и, смочив салфетку в вазе с цветами, стояла наготове.

– Давай я тебе помогу. – Девушка склонилась к нему.

– Черта с два! – воскликнул он, резко поднявшись.

Сэм от неожиданности попятилась назад и наступила Луи на лапу, тот отчаянно взвизгнул.

Настал черед переполошиться тетушкам. Они пришли в движение и засуетились вокруг него, предложив немедленно снять брюки. Мэдисон ошалело лаял, а Луи жалобно скулил. Джордж с трудом сопротивлялся желанию завопить, нервно метался по ковру и тяжело дышал. Сэм взяла визжащего Луи на руки и принялась успокаивать. Ее испуганные голубые глаза вопросительно уставились на побагровевшее лицо Джулиана. Его щеки горели так, словно он окунулся в чан с кипятком.

– Проклятие! – снова воскликнул он и размашистым шагом вышел из комнаты, сожалея, что нарушил безмятежный покой собравшихся.

* * *

– О, мисс, я буду очень скучать по вам, – всхлипнула Клара, обнимая Сэм, когда девушки прощались на заднем дворе «Герольда».

– Я тоже буду скучать по тебе, Клара, – проговорила Сэм, изо всех сил сдерживая слезы. – И перестань называть меня «мисс», мы – друзья! А друзья называют меня Сэм. Кроме того, через несколько часов ты станешь замужней женщиной, и у тебя будут собственные слуги. Хотя сомневаюсь, что ты позволишь им на себя работать. А теперь перестань плакать, а то на венчании у тебя будет опухший нос.

Клара рассмеялась и вытерла дрожащими ладонями мокрые щеки.

– Просто отныне, Сэм, все будет по-новому… и я боюсь. Я так люблю Натана, – она взглянула на жениха, разговаривавшего с возницей, – и мне не хотелось бы его разочаровывать.

– Ты его не разочаруешь, уверена, – успокоила Сэм девушку. – А твои страхи вполне естественны. Все важное в жизни связано с риском. Мне тоже было страшно покидать Торни-Айленд. Но ты знаешь, что я от этого только выиграла.

Клара сжала руки Саманты.

– От всего сердца желаю, чтобы вы с Джулианом были так же счастливы, как мы с Натаном. Ты напишешь мне, Сэм?

– Как только сообщишь свой адрес.

– До этого еще далеко.

– И ты напишешь, что ждешь ребенка. – Сэм лукаво улыбнулась.

– Обязательно! – Клара покраснела.

– Может быть, и я к тому времени выйду замуж.

– Пора ехать, Клара, – сказал американец, обнимая девушку за плечи. – Не знаю, как и благодарить тебя, Сэм, за помощь. – Он повернулся к Саманте: – Обещай, что никуда не выйдешь из своей комнаты и не попадешь в какую-нибудь заварушку. Иначе я сойду с ума от волнения.

– Обещаю. Один день посижу смирно, – усмехнулась Сэм.

– Вот и отлично, – сказал Натан, наклонившись, поцеловал ее в щеку, затем торопливо подсадил Клару в карету и вслед за ней вскочил на подножку. – Трогай! – крикнул Натан кучеру. Не успела Саманта и глазом моргнуть, как коляска стрелой понеслась по северной дороге, унося беглецов из Лондона. Сэм еще успела заметить белый платок, которым Клара помахала ей из окна.

Сэм проводила их взглядом и дала волю слезам. Она стояла неподвижно, пока над головой не раздались раскаты грома и на нос не шлепнулась дождевая капля. Только тогда Сэм поняла, что лучше убраться восвояси. К счастью, с утра погода стояла ясная и тетушки уехали в Дарлингтон-Холл. Но к обеду небо снова заволокло тучами. Девушка рассчитывала к шести часам вернуться домой и что погода смилуется.

Чтобы попасть на лестницу, ведущую на второй этаж, Сэм нужно было пройти пивную. Там она наткнулась на высокого лысеющего трактирщика, подметавшего пол. Искоса взглянув на девушку, он вдруг нахмурился. Вероятно, предположила Сэм, заподозрил ее в чем-то нехорошем. Натан снял номер, заплатил за него, и они втроем отправились туда, чтобы поговорить и выпить по чашке чаю. Затем он уехал в коляске с Кларой. Все и впрямь выглядело подозрительно. Поднявшись на лестничную площадку, Сэм усмехнулась и направилась к себе. Ее номер находился в конце коридора.

Притворив за собой дверь, девушка устроилась у окна. По стеклу уже текли дождевые капли, начался настоящий ливень. Уверенная, что к вечеру погода исправится, Сэм достала рабочую корзинку с шитьем и занялась работой, которую выполняла для женской обители.

Сэм надеялась провести день в праведном труде, чем полагала заслужить прощение за то, что солгала Джулиану, сказав, что едет в женскую обитель. Что касается «добрых дел», то никакой лжи в этом она не усматривала. Разве помочь людям обрести любовь и счастье на всю жизнь не доброе дело?

Конечно, доброе, самодовольно подумала Сэм, вдевая нитку в иголку.

* * *

– Шляпу и трость, пожалуйста, Бенсон, – попросил Джулиан дворецкого клуба. – Потом пошлите за экипажем. В такой ливень невозможно идти пешком.

– Слушаюсь, милорд, – нараспев произнес дворецкий и бросился исполнять поручение.