Сладкая месть - Барбара Картленд

Толли бросил на мать удивленный взгляд, но предпочел промолчать. Он молча пододвинул к столику кресло для Джин и сел рядом. Джин взяла кофе, отказавшись от ликера.

— Мне нравится твой наряд! — одобрительно заметил Толли.

Джин подняла глаза и улыбнулась ему, но улыбка тут же сбежала с ее лица. Она увидела, что взгляд Толли устремлен в противоположный конец гостиной. «Так вот что значит его высокая оценка шедевра Мишеля Сореля», — догадалась она. Джин стало понятно, почему он так нервничал, что они с миссис Мелтон задерживаются. Из дверей столовой потянулись первые пары. Сейчас появится и Мелия, а значит, вся эта тщательно выстроенная мизансцена рассчитана именно на нее. Он уже заранее предвкушал тот эффект, который произведет на мисс Мелчестер их появление здесь. Пожалуй, она будет сражена наповал! Джин вдруг почувствовала прилив раздражения против Толли. В жизни столько всего важного и значительного, а он готов бегать по всему свету за девушкой, которая, видите ли, не желает выходить за него замуж. И это мужественный, сильный, умный и красивый человек! И мать у него — замечательная, хотя и страдающая женщина. Так стоит ли эта красавица его внимания и усилий? Разве мало ему тех благ, коими столь щедро одарила его судьба? Но не успела Джин мысленно ответить на свои же вопросы, как ей был дан ответ.

Двери столовой распахнулись, и в гостиной появилась мисс Мелчестер. Джин в первую же секунду догадалась, что это она. Поняла по напряженному выражению лица Толли, по тому, как медленно растянулись в приветственной улыбке губы Джеральда.

— Неужели это Мелия? — вполне искренне удивилась миссис Мелтон. — Вот уж не думала встретить ее здесь.

Впрочем, Джин реплика миссис Мелтон показалась немного наигранной. Разве можно перепутать эту сногсшибательную красавицу с кем-то еще? Действительно, Мелия Мелчестер была божественно хороша в вечернем туалете из серебристого шелка. Длинная юбка струилась и ниспадала до самого пола. Обнаженные плечи прикрывала накидка из изумрудного бархата, отороченная серебристым мехом чернобурки. Ее темноволосую головку украшала орхидея зеленого цвета. Других украшений на мисс Мелчестер не было. Бледное лицо, на котором полыхали огнем ярко накрашенные губы и светились огромные, как темные таинственные озера, карие глаза. Мелия небрежно обвела взглядом гостиную и вдруг заметила Толли.

«А вот это уже похоже на спектакль», — подумала Джин, даже забыв о том, что ей тоже отведена в этой пьесе одна из главных ролей. Итак, герои пьесы на сцене, а вся остальная публика, собравшаяся в гостиной, — это всего лишь зрители. Спектакль начинается!

Лицо Мелии оставалось непроницаемым. И неспешная ее походка, какой она следовала за матерью, осталась такой же величавой. Разве что нервное движение рук, когда она поплотнее запахнула на себе накидку, словно ей вдруг стало холодно, выдало внутреннее волнение Мелии. Леди Мелчестер решительно продвигалась вперед, явно не замечая никого вокруг, пока наконец не приблизилась вплотную к ним. И тут ее взгляд упал на миссис Мелтон. Она уставилась на нее остекленевшим от удивления взглядом и тоже, хоть и с опозданием, зафиксировала присутствие Толли. Поколебавшись какую-то долю секунды, дама с чисто американским упрямством ринулась напролом:

— Маргарет, дорогая! Какой сюрприз! И ты, Толли, тоже здесь! А мы вот только что приехали!

— Рада видеть тебя, Сибилла! — ответила миссис Мелтон. — Мы прилетели самолетом и тоже только что переступили порог отеля. Толли посчитал, что отдых на зимнем курорте пойдет всем нам на пользу. В Англии зимой так не хватает солнца!

Леди Мелчестер буквально испепелила Толли взглядом. Пожалуй, любой другой на его месте моментально превратился бы в прах. Но только не Толли! Он с готовностью протянул руку Мелии.

— Как поживаешь, Мелия? — поинтересовался он бодрым голосом.

Мелия проигнорировала протянутую руку и томно ответила:

— Все хорошо. Спасибо, Толли. Немного устала с дороги. Путешествие поездом оказалось очень утомительным.

— Жаль! — посочувствовал Толли. — Позволь представить тебе мою невесту, Мелия. Джин, это мисс Мелчестер. Мелия, это Джин.

— Рада познакомиться! — небрежно кивнула Мелия, давая понять невесте Толли, что она всего лишь снисходит до знакомства с существом низшего порядка.

— Взаимно! — проговорила Джин, и в самом деле почувствовав себя существом низшего порядка, мелким и незначительным.

Но зато в эту минуту она поняла мотивы, двигавшие Толли все последние дни. Разве мог он смириться с поражением? С перспективой навсегда потерять такую прелестную, такую изысканно утонченную девушку? И как можно соперничать с таким поистине неземным совершенством? К тому же мисс Мелчестер помимо физического совершенства обладала еще и твердым характером. Кто другой, оказавшись на ее месте, сумел бы сохранить хладнокровие? Неожиданная встреча с Толли — а Джин не сомневалась и сотой доли секунды, что встреча эта была для Мелии полной неожиданностью, — не выбила ее из седла, и она моментально овладела ситуацией. Да, она не ожидала встретить Толли, а вот он тщательно готовился к этой встрече. Но определенно из них двоих победительницей вышла Мелия. Она вела себя свободно и естественно, продемонстрировав и бо́льшую собранность, и умение держать удар.

Джин скорее почувствовала, чем увидела, как накалилась вокруг них атмосфера. Банальные приветствия были похожи на уколы, которыми обмениваются фехтовальщики. К счастью, леди Мелчестер правильно оценила ситуацию и положила конец поединку.

— Нам тоже следует выпить по чашечке кофе, Мелия! — обратилась она к дочери.

— Так присоединяйтесь к нам! — радушно пригласил их Толли, явно наслаждаясь собственной дерзостью.

Леди Мелчестер смерила его холодным взглядом:

— Благодарю! Но мы, пожалуй, пойдем к себе! — И она вместе с дочерью с достоинством удалилась прочь.

После их ухода Толли и Джеральд снова вернулись на свои места. Все молчали, но Джин понимала, сколько невысказанных слов носится сейчас в воздухе над их столиком. Миссис Мелтон выглядела растерянной.

— Что происходит, Толли? — спросила она у сына. — Ты что, знал, что Мелия собирается поехать в Швейцарию?

— Да, мама.

— Тогда зачем ты… — начала она, но тут же умолкла. Потом всплеснула руками и воскликнула: — Господи! Какая же я глупая!

Толли обошел вокруг стола, приблизился к матери и погладил ее по руке.

— Ничего подобного, мамочка! Это все моя вина! Надо было сразу все тебе объяснить. Но не волнуйся, пожалуйста! Все хорошо, и все идет по плану.

— Ты уверен, что поступаешь правильно? — озабоченно спросила сына миссис Мелтон. Она с сомнением посмотрела на Толли, потом перевела взгляд на Джин. Несмотря на некоторую отрешенность от реальности, она вспомнила, что ее сын собирался жениться на мисс Мелчестер. — Все хорошо, мама! — упрямо повторил Толли и передал матери вторую чашечку кофе.

«Напрасно он так, — с осуждением подумала Джин. — Нельзя обращаться с миссис Мелтон словно с бездушной куклой». Между тем Толли постоянно оставлял мать одну, наедине с ее горем. Более того, он старательно ограждал ее от всего, что происходит в его жизни. Зачем? Разве нельзя было рассказать матери правду? Поделиться с ней своими переживаниями, пожаловаться на вероломство Мелии? Быть может, его собственные проблемы отвлекли бы миссис Мелтон хотя бы на короткое время от мыслей о прошлом. Внезапно ей захотелось на свой страх и риск вмешаться в разговор. Она наклонилась к миссис Мелтон и негромко сказала: