Миллион за выстрел - Айрис Джоансен

Она пошла к стенному шкафу.

— У меня почти все собрано. — Она достала большую сумку, встала на цыпочки и достала с верхней полки пистолет. Засунула его в сумку. — Вот теперь я готова полностью.

— Мне это нравится. Женщина, которая всегда наготове, — заметил Гален. — Наверное, иного от тебя и ждать было глупо.

— Верно.

— Но вот какой я вопрос себе задаю: к чему ты готовилась — к поспешному отъезду или собиралась сбежать? — задумчиво произнес Гален.

— Какая разница.

— Нет, разница есть. — Он сжал губы. — Но пока об этом не будем. Позови Барри и Доминика. Я скажу Джадду, что нам пора двигаться.

— Он едет с нами?

— А ты предпочла бы оставить его Чавезу? Он бы получил удовольствие, допрашивая Джадда. Настоящий вызов — попытаться сломать такого человека, как он.

— Да. — Она направилась к двери. — Но он получит большее удовольствие, пытаясь сломать тебя. Не забывай об этом.

Джадд складывал свои чемоданы в багажник машины. Он поднял голову, когда Елена с Галеном вышли из дома.

— Я отвезу собаку и котят к соседям и попрошу их за ними приглядеть. Надо о них позаботиться, раз уж такие гости ожидаются. — Он осторожно поставил коробку с тремя котятами на пол машины и свистнул собаке. Мак запрыгнул в кабину, и Джадд повернул ключ зажигания. — Встретимся в лагере.

Гален рассеянно кивнул, и Джадд уехал.

Елена не слышала почти ничего из сказанного Джадом, она швыряла вещи Барри в машину.

— Ты совершенно уверен, что Чавез приближается?

— Абсолютно. Гомез оставил за собой гору трупов, чтобы обнаружить это ранчо, а Чавез улетел из Колумбии два часа назад. Резонно было бы предположить, что они узнали, что хотели.

— Он приближается…

Она посмотрела на горы. Чавез скоро будет здесь, спустится вот по этой дороге. С того мгновения, как Гален сказал ей о Чавезе, она почувствовала себя застывшей, онемевшей. Она ждала этого момента шесть лет, а когда он наступил, ощутила шок. Еще она поняла, что испытывает страх. Она не ожидала, что может испугаться. Думала, что ненависть будет настолько яростной, что победит любой страх. Но память о том, что было, делала ее слабой.

«Забудь. Страх — твой враг».

Чавезу только это и нужно. Она не даст ему такого шанса.

— Елена, Она перевела взгляд на лицо Галена.

— У тебя есть взрывчатка? — спросила она.

Он улыбнулся:

— Ты собираешься взорвать мой дом вместе с Чавезом?

— Да.

— У меня нет взрывчатки. Когда я здесь, я не держу ее под рукой. Так что мой дом может тебя не бояться.

— Я бы нашла способ заплатить тебе за него, — серьезно произнесла Елена.

— Я шучу. Но вижу, что твое чувство юмора в данный момент не на высоте.

— Мы действительно разбиваем лагерь?

— Ненадолго. Я знаю эти предгорья. Там сотни маленьких пещер, где можно спрятаться. Несколько дней назад я попросил Джадда разбить лагерь, где мы были бы в безопасности, но одновременно могли бы наблюдать за ранчо. Полагаю, вряд ли Чавез подумает, что мы торчим поблизости. Уж слишком он привык, что люди удирают от него без оглядки. Я хочу убедиться, что Чавез действительно здесь.

— Я тоже. — Она снова посмотрела на горы. — Я тоже…

— Их здесь нет? — Чавез вылез из машины у ранчо. — Ты хочешь сказать, их здесь нет? Ты снова подвел меня, Гомез.

— Они были здесь недавно. В холодильнике — свежие продукты. Одежда в стенных шкафах. — Гомез показал детскую книжку. — Это я нашел в одной из спален.

— Но они сбежали. Она снова улизнула?

— Мы проверили сарай и все вокруг.

— Будь ты проклят! — заорал Чавез.

Гомез поспешно сделал шаг назад.

— Видимо, их кто-то предупредил.

— Ты и про виноградник говорил то же самое. Все дело в том, что ты недостаточно проворен. — Он взглянул на горы. — Поищите в предгорьях.

— Они бы там не остались, если знают о нашем появлении. Они наверняка уже на пути в Портленд.

— Все равно поищи. Она была с повстанцами. Она выросла среди них. Она чувствует себя в горах, как дома.

— Придется подождать до утра. Уже совсем темно. Мои люди не следопыты. Они только зря будут бродить вокруг. Нам надо дождаться дневного света.

Чавез сжал кулаки.

— На рассвете. Отправь всех на рассвете. — Он снова повернулся и взглянул на горы.

«Ты там, Елена? Я иду за тобой, сучка».

Он повернулся к дому.

— Пойду просмотрю личные бумаги Галена. Может, что-то откопаю. Надеюсь, там нет ловушек?

Гомез покачал головой:

— Все чисто. Никакой опасности.

— Безопасность — хрупкая вещь. — Он начал подниматься по ступенькам на веранду. — Лучше не забывай об этом, Гомез.

— Высокий, мускулистый, недурен, седые виски. — Гален подкрутил бинокль. — Чавез?

— Похоже, — ответила Елена. — Дай мне бинокль.

Она медленно поднесла его к глазам. Господи, как же ей не хотелось видеть его снова. Она заставила себя взглянуть на стоящего на веранде мужчину.

Властность. Сила. Жестокость.

Мат. Спортзал.

Она поспешно опустила бинокль.

— Он.

— Тогда ты оказалась права: Барри вытащил его сюда, — заметил Гален. — Я не думал, что такой эгоистичный негодяй кинется за ребенком.

— А я была уверена. Ребенок ему нужен только чтобы потешить собственное самолюбие. Он хочет казаться богом. — Она сжала губы. — Но не с моим Барри.

— Остынь. — Он сжал ее плечо. — Ты вся как в узел завязана.

— А как, ты думаешь, я должна себя чувствовать? — Она глубоко вздохнула. — Когда мы отсюда уедем?

— Завтра утром. — Он снова поднял бинокль к глазам. — Я насчитал восемь человек в двух машинах. Похоже, они располагаются на ночь в доме. Напомни, чтобы я сжег все постельные принадлежности, когда вернемся. Пошли, пора возвращаться в лагерь. — Он стал подниматься по склону. — Я еще раз проверю их попозже.

Она бросила еще один взгляд на дом и медленно пошла за Галеном к лагерю.

Барри сидел около Джадда Моргана.

— Джадд учит меня вырезать. Ты видела его большой нож?

Она мысленно вспомнила лезвие, прижатое к горлу Галена.

— Видела.

Джадд улыбнулся.