Дать боссу (по носу) - Панна Мэра

Меня встретил все тот же широкий мраморный коридор Ферретти, в котором я была, казалось, целую вечность назад. Не спеша, я поднялась на второй этаж, где была наша с Филиппом (и Алехандро) спальня.

В доме было тихо, похоже, все разъехались по делам, и только лишь с кухни доносился грохот посуды. Я взяла в спальне белый махровый халат, надела теплые тапочки, которые согревали ноги после холодного мраморного пола, и направилась в душ.

***

Горячие струи стекали по коже, и я чувствовала, как приятное тепло разливается по всему телу, смывая неприятные воспоминания о разговоре с Филиппом. Но потом возник иной образ: капли дождя, которые стекают по волосам, жаркий поцелуй с Фернандо, его руки, скользящие по моей талии, пока я, обхватив его ногами, стараюсь не задохнуться от возбуждения.

Я почувствовала, как сердце вновь ускорилось. Что со мной? Я вновь мысленно вернулась в ванную и посмотрела на себя в зеркало, которое почти целиком запотело. Неужели я действительно влюбляюсь в него? Или иначе как мне объяснить это невероятное желание, эти мысли, приходящие мне в голову ни с того ни с сего? Ответа на эти вопросы я так и не нашла.

Закутавшись в халат и собрав волосы в тюрбан на голове, я вышла из ванной и неохотно отправилась на разговор с Филиппом.

Только сейчас я поняла, что возможно больше никогда не увижусь с Фернандо. Вероятно, мне все же удастся сбежать отсюда, и тогда уж точно на этих странных отношениях придется навечно поставить точку.

Я завернула за угол, вспоминая роскошный дом Фернандо в горах и думая о том, как могли бы развиваться события, если бы я не сбежала сегодня утром. И вдруг произошло то, что происходило со мной постоянно. Не заметив впереди себя человека, который только что вышел из-за угла, я с характерным стуком налетела на него.

— Ай, — услышала я тонкий женский голосок, который почему-то был мне хорошо знаком.

Едва я подняла глаза, чтобы разглядеть человека, ставшего для меня преградой, мое сердце вмиг застыло от радости.

— Джейн?! — завопила я, пребывая в полном недоумении. — Как ты здесь? Откуда?

Вместо ответа она кинулась мне на шею и крепко обняла.

— Боже мой! Я так рада, что с тобой все хорошо. Я так переживала.

— Джейн, но как ты оказалась здесь? Еще вчера утром ты была в Нью-Йорке? И, кажется, не собиралась прилетать.

— Да уж, дорогая, — девушка тут же стала серьезной, словно собиралась меня отчитывать, — вечером я начала звонить тебе, чтобы удостовериться, что ты в порядке. И что ты думаешь я услышала?

Я потупила взор, понимая, что Джейн проделала весь этот путь ради меня.

— Правильно. Ничего. После нашего разговора я была невероятно обеспокоена тем, что ты намерена сбежать! И как ты думаешь, что я решила, когда ни ты, ни Филипп, ни Фернандо не отвечали мне на звонки? Я купила билет на ближайший рейс, благо, он был около девяти по нашему времени, и утром была здесь.

— Значит, ты только что приехала?

— Да, минут десять назад. Филипп был удивлен, конечно, но, похоже, рад, что сможет спихнуть тебя на мои плечи, — улыбнулась она. — Главное, чтобы с платиновой картой спихивал.

— Джейн, прости, пожалуйста, — искренне извинилась я.

В конце концов, полет на другой континент — это не поход в булочную на соседнюю улицу за багетом.

— Я не слышала твоих звонков, я была… занята.

— Все нормально, я хотя бы отдохну здесь от работы пару дней, — сказала она, проводя рукой по мраморной стене, словно по произведению искусства в Лувре. — Я дозвонилась утром до Фернандо, он сказал, что с тобой все хорошо.

— Ты говорила с Фернандо? — услышав его имя, я тут же встрепенулась, но девушка, похоже, не придала этому значения.

— Да, он сказал, что ты рано уснула, а он не слышал звонков, потому что забыл телефон на кухне. Хотя это довольно странно, он всегда держит его под рукой.

Я пожала плечами, показывая, что меня тоже это удивляет. На самом же деле я молча ликовала. Значит, Фернандо ничего ей не сказал. Вероятно, не станет говорить и Филиппу.

— Кстати, внизу в гостиной тебя ждет Филипп, он просил передать тебе, чтобы ты торопилась — ему нужно уходить.

Я закатила глаза, демонстрируя свою неприязнь.

— Понимаю тебя, Жизель. Постарайся не убить его, ведь потом тебя ждет целый день со мной и деньгами Ферретти.

— Проще говоря, ты хочешь меня подкупить его деньгами, — хитро улыбнулась я.

Та нескромно улыбнулась, потирая руки:

— Купим тебе новое платье, туфли, а потом поедем на пляж серфить, — расписала она в красках и, довольная, зашагала вперед к своей спальне.

В гостиной Ферретти меня уже ждал Филипп. Он разложил на хрустальном столике кучу папок и бумаг и внимательно их изучал.

— Неужели ты помылась? — раздался ехидный вопрос Филиппа.

— Неужели ты занялся работой? — перевела я тему, глядя на какой-то громадный 3d проект, который мужчина держал в руках. Однако стоило мне присесть рядом, он тут же сгреб все вещи на край стола и внимательно посмотрел на меня.

— Итак. Сегодня вечером у меня важное мероприятие. Ты должна быть на нем в качестве моей девушки.

— Вау, — изумилась я, — это первое задание, которое соответствует договору.

Не сказать, что я была счастлива и такому раскладу, но, по крайней мере, меня уже не заставляли ни за кем шпионить.

— Ты не понимаешь степень значимости этого ужина. Там будет все. Начиная от важных персон из компании, которые наверняка знают, что происходит в совете, до прессы, перед которой нам с тобой надо засветиться, — это было то самое мероприятие, о котором со мной вчера говорил Фернандо. И он оказался прав — для Филиппа этот вечер значил многое.

— Я поняла, что ты намерен быть Ферретти на минималках, но от меня-то что конкретно требуется?

— Ты должна быть моей покорной слугой, — коротко отрубил он, а я поперхнулась от такой наглости.

— Милый, покажи мне такую формулировку в договоре?

— О, мне нравится, что ты считаешь меня милым. Если будешь звать меня так на ужине — я высоко оценю это, — язвительности в Филиппе было немерено.

— Оценить ты можешь только кафе или автосервис на Гугл картах, а от тебя мне нужно лишь одно: чтобы ты поменьше говорил.

— Договорились, — вдруг сказал он. — На этот ужин ты становишься моей собачонкой, а потом я даю тебе целую неделю свободы.

Я замялась, совершенно не представляя, какие просьбы он потребует выполнять.

— Какой градус жести меня ждет? Ты же не заставишь меня раздеваться на баре или приносить тебе в зубах коктейль?

— О, нет. Ничего такого, что косвенно может навредить твоей и моей репутации. Жизель, ты просто должна быть в меня влюблена. Безумно. Это все, что мне от тебя нужно.