Милая чаровница - Барбара Картленд

– Уже? – удивилась Зария. – А я и не знала.

– Так сказал Эди. Итак, вы принесете мне чек сегодня?

– Да, как только мы пойдем спать, – ответи­ла Зария.

– Договорились. Только никому ни слова.

– Я буду молчать, – пообещала Зария.

Она хотела сказать еще что-то, но тут к ней подошел Чак.

– Не хотите потанцевать со мной? – спросил он.

Она так удивилась, что с минуту молча смот­рела на него.

– Боюсь… я не так хорошо танцую, как… Кейт, – запинаясь, вымолвила она наконец.

– Какое это имеет значение? – ответил он. – Давайте попробуем. Это одна из моих любимых мелодий. Зария почти нехотя позволила ему отвести себя на миниатюрную танцевальную площадку рядом с проигрывателем. Кейт, демонстратив­но развернувшись к ним спиной, сидела на подлокотнике кресла Эди и наливала ему вис­ки. Виктор разговаривал с мистером Вирдоном.

Казалось, они с Чаком остались наедине – никто не обращал на них никакого внимания. Поэтому она отбросила игру и стала снова са­мой собой.

– Я плохо танцую, – прошептала она. – Пожалуйста, Чак, вам необязательно быть таким любезным.

– Вы считаете, что я веду себя так из любезности? – спросил он.

При этих словах он обнял ее и начал танец. Какое-то время она спотыкалась, но быстро расслабилась. Его близости и прикосновения было достаточно, чтобы она чувствовала каж­дый следующий его шаг, не сознавая ни техни­ки движений, ни самой музыки. Она словно слилась с ним, ощущая себя его частью. Все проблемы и неприятности исчезли, она витала в облаках, чувствуя на своих плечах его руки. Ничто, кроме этого, не имело значения.

Он был так близко, что ей казалось, она слы­шит биение его сердца или то было ее собствен­ное?

«Я была бы счастлива, если бы могла умереть так», – внезапно подумала она про себя. Ее вдруг пронзил страх, что завтра наступит слиш­ком быстро. Он уйдет, и она никогда больше его не увидит.

В одиннадцать они будут в Алжире! Однако время еще есть, он рядом и держит ее в объ­ятиях.

– Боитесь? – мягко спросил он.

– Сейчас нет, – ответила она.

– Вы удивительно выглядите!

Ей хотелось плакать оттого, что его голос был таким искренним. Они молча кружились в танце.

– Мадам Бертин – просто гений! – наконец произнес он. Я всегда знал, что вы можете так выглядеть, но не представлял, что нужно для этого.

– Вы смеетесь надо мной, – ответила Зария.

– Как это характерно для англичан! Вы бои­тесь комплиментов. – И он действительно мяг­ко рассмеялся. – Я говорю вам правду.

– Мне надо кое-что рассказать вам, – шеп­нула Зария.

– Осторожнее! – произнес он так тихо, что она едва разобрала это слово.

– Хорошо, но как же тогда?

– Не знаю, – ответил он. – Я постараюсь найти способ.

Пластинка кончилась. Пока Чак ставил но­вую, к Зарии, сияя, подошла Кейт.

– Виктор хочет потанцевать с вами, – сказа­ла она.

– Нет, я пойду спать, – быстро ответила Зария.

– Прекрасная мысль, – заметила мадам Бертин со своего дивана. – Я тоже пойду. Спус­тимся в мою каюту, Зария! Я помогу вам снять платье. С ним надо быть осторожной, это одна из моих лучших моделей.

– Спокойной ночи, Чак! – повернулась За­рия к Чаку и в ту же секунду поняла, что он не хочет, чтобы она уходила.

– Спокойной ночи, Зария, – слегка нахму­рившись, произнес он. – Хорошего сна.

– Нам этого не дано, – сказала Кейт. – Пой­демте, Чак, устроим себе в эту ночь праздник!

Зария с упавшим сердцем отвернулась от них. «Бороться бессмысленно», – подумала она. Насколько Кейт умнее ее! Своим уходом Зария только освобождала ей место, ведь внизу, у себя в каюте, она ей уже не конкурентка.

Мужчины разговаривали в дальнем углу сало­на. Они даже не повернули головы, когда Зария с мадам Бертин, проскользнув мимо них, вышли из комнаты. Спускаясь по трапу, Зария услышала почти театральный шепот мадам Бертин:

– Чек! Принесите его сейчас!

Зария пошла к себе и, достав чековую книжку, аккуратно выписала чек в двести фунтов на имя «мисс Зарии Браун» и подписалась.

Двести фунтов! Она едва не падала в обморок из-за колоссальности суммы. И все эти деньги пойдут на ее туалеты! Однако, почувствовав собственную привлекательность и увидев, какую роль играет одежда, она поняла, что не сможет снова надеть старый костюм.

Именно благодаря одежде Чак по-новому на­чал относиться к ней, а только это и имело зна­чение. Впрочем, имело ли? Ведь, приехав в Ал­жир, он сразу же отправится на поиски матери.

У нее вдруг возникло такое чувство, что она едет на скором поезде. Скорость все увеличива­ется, ей уже не остановить его. Проходит вре­мя, бегут часы, и Чак неизбежно уйдет от нее.

Она передоверила чек на имя мадам Бертин, сложила его и немного смяла, чтобы он выгля­дел так, словно лежал у нее в сумке, потом от­правилась в каюту к мадам Бертин.

– Вот чек, – сказала она.

– Тише, дитя мое! Не говорите так громко, – ответила мадам Бертин. – Я же предупреждала вас, что не хочу, чтобы кто-нибудь знал об этом. Я скажу им, что вы обещали платить мне за платья из своего жалованья, понемногу каж­дую неделю. Вы меня понимаете? Она внимательно изучила чек и указанные на нем имя и банк.

– Зария Мансфорд! – воскликнула она. – Ее зовут так же, как вас.

– Я… меня назвали в ее честь, – ответила За­рия.

Мадам Бертин приняла это объяснение без всяких сомнений. Она быстро и жадно, как по­казалось Зарии, спрятала чек в сумочку.

– Этого достаточно на несколько платьев, – сказала она. – Конечно, не на самые дорогие модели, а на их копии, и на несколько простеньких экземпляров, которые я привезла специально для жаркой погоды. Вы сделали хорошую покупку.

Погрузившись в излюбленную тему, мадам Бертин продолжала болтать. Зария не слушала ее. Сбрасывая мягкий тюлевый шарф и сни­мая шуршащее шелковое платье, она погрузи­лась в мысли о том, что в это время происхо­дило в салоне. Может быть, в этот момент Кейт танцует с Чаком, и он наслаждается тем, что держит ее в объятиях. Может быть, он хо­чет поцеловать ее.

Зария вздрогнула от одной мысли об этом. Было невыносимо думать о том, как губы Чака касаются полного, красного рта Кейт. Кейт без сомнений ответит на его поцелуй. Она жадно, страстно приникнет к нему, как она набрасыва­ется на все, что приносит удовлетворение ее го­рячему, чувственному телу.

– У вас есть халат? – ворвался голос мадам Бертин в мысли Зарии.

– Нет, я, к сожалению, о нем не подумала, – ответила Зария.