Частное расследование - Джина Айкин

Какая-то тень промелькнула за занавесками на балконе. Случайное облачко, прикрывшее луну? Местное привидение?

Нэш скептически ухмыльнулся во тьму и повернулся на бок, решительно взбив подушку. Привидений не бывает.

Что-то нырнуло к нему под одеяло. Что-то прижалось к нему. Нэш окаменел.

Это «что-то» несомненно было женщиной. Горячее, нежное тело прижималось к Нэшу Оуэну, а тонкая ручка обвила его талию. Да, небольшое уточнение: тело было абсолютно нагим.

Аромат персика и лаванды коснулся его ноздрей…

Он обернулся так резко, что закружилась голова. Потом не было ничего, только поцелуи и объятия, объятия и поцелуи… И когда тела любовников вынесло на песок вечности волной нежности, когда мир обрел прежние границы, а ангелы на небесах угомонились окончательно, Нэш простонал сквозь судорожно сжатые зубы:

— Слава Богу… Сэнди!

Она приподнялась на локте, заглянула ему в лицо.

— Нэш, я…

— Нет, я! Я мужчина, мне надо было сразу…

— Глупости, это я, после того, что ты для меня сделал…

— Прекрати спорить, Сэнди Хоук, и дай мне сказать…

— Это ты споришь, Нэш Оуэн…

Вдруг они замолчали и выпалили абсолютно синхронно одну фразу. Этой фразе наверняка больше миллиона лет. И она каждый раз кажется тем, кто ее произносит, очень оригинальной.

— Я люблю тебя!

— Я люблю тебя!

Сэнди и Нэш смотрели друг на друга. Потом Нэш очень тихо и очень торжественно произнес:

Сэнди, любимая… Я могу обещать тебе, что обувью ты будешь обеспечена на всю жизнь, это несомненно, а в остальном… Ты выйдешь за меня замуж?

— О, Нэш! Мои ноги принадлежат тебе, а так же все, что находится выше. Я согласна, согласна, согласна — только прошу, не перепутай и не надень обручальное кольцо мне на ногу!

— Сэнди!

— Нэш!

И они рухнули друг другу в объятия, а луна торжественно залила их белым серебром, обвенчав отныне — и навсегда.