Невозможно устоять - Эстер Модлинг

Наконец, задыхающиеся и раскрасневшиеся, они прервали затянувшийся поцелуй и посмотрели друг на друга сияющими от счастья глазами.

- Я просто не могу поверить, что ты станешь моей женой, - нежно поглаживая ее по щеке, признался Филип.

- Тем более что всего несколько недель назад ты совсем не собирался жениться, - поддразнила Памела, глядя на него влюбленными глазами.

Их объяснение произошло столь бурно и неожиданно, что они никак не могли прийти в себя от счастливого изумления.

- А помнишь, что совсем недавно мы собирались расстаться навек? спросил Филип и радостно засмеялся, увидев, с каким ужасом она покачала головой. - В таком случае, ты наверняка не поверишь, если я скажу, когда в первый раз подумал о свадьбе...

- Может быть, и не поверю, но ты все-таки скажи, - попросила Памела.

- Это произошло тем воскресным утром, когда я проснулся в собственной спальне и увидел тебя, подающую мне кофе в постель.

- Лгунишка!

- Ничего подобного. Я никогда не был убежденным холостяком, просто до тебя мне не попадалась женщина, с которой бы хотелось всю жизнь просыпаться в одной постели.

- Сейчас ты сказал именно то, что мне больше всего хотелось услышать!

- Значит, я буду повторять это тебе каждый день. И так до тех пор, пока ты не взмолишься о пощаде и не попросишь меня замолчать.

- Тебе придется ждать этого всю нашу жизнь.

Памела и не знала, что бывают минуты такого всеохватывающего, невозможного счастья, зато теперь она прекрасно понимала своих родителей, а также Мелани и Гордона. Любовь к своему суженому - это самая прекрасная вещь на свете, за которую стоит бороться!

- Кстати, - неожиданно заметил Филип, - а когда мы поедем в Европу?

- Что ты имеешь в виду?

- Но ты же не думаешь, что я позволю тебе отправиться туда без меня? Тем более что эти французы и итальянцы такие галантные ухажеры и просто обожают американок!..

- Не болтай ерунды! - засмеялась Памела.

- Ладно, тогда поговорим серьезно. Я - журналист и могу работать где угодно. А более романтического места для свадебного путешествия, чем Париж или, скажем, Венеция, просто не придумаешь.

- Лучше начать с Милана. А если мы еще задержимся в Италии на несколько месяцев, чтобы я тоже смогла возобновить деловые связи...

- Чем дольше продлится наш медовый месяц, тем лучше! - пылко откликнулся Филип. - Боже, я просто не смогу этого дождаться!.. Кстати, а как мы назовем нашего первенца?

- Не слишком ли далеко ты заглядываешь? смутилась Памела.

- Ничуть! - уверенно ответил Филип. - Если это будет мальчик, то в честь моего деда Тревором. Трудно представить, что было бы, не появись он сегодня здесь.

- А мне бы хотелось, чтобы родилась девочка.

- Ты, кажется, вздумала противиться желаниям своего будущего мужа и господина?

- Ничего подобного! Я настолько счастлива, что мне неважно, кем окажется наш первый ребенок - мальчиком или девочкой. Гораздо важнее, что он станет плодом нашей любви.

- Давай же скорее поженимся! - не выдержал Филип, покрывая поцелуями ее волосы и лицо.

- Когда прикажешь, мой господин! - смеясь ответила Памела.

- Между прочим, - он вдруг задумался и замер на месте, - а тебе не кажется, что нам стоит вернуться в гостиную и поднять им всем настроение?

- Каким образом?

- Предложив отпраздновать нашу помолвку. - С этими словами Филип снял ее со своих колен и поставил на землю. - Пойдем выпьем шампанского и пригласим их всех на свадьбу. Что скажешь, любовь моя?

- Это лучшее предложение, которое я только слышала в своей жизни!

Эпилог

Филипп тихонько вошел в спальню и загляделся на жену. Памела, его темноволосая красавица Памела укачивала малютку Мод после утреннего кормления да так и задремала в огромном плюшевом кресле с дочуркой на руках.

Сердце Филиппа переполнилось нежностью. Он все пытался понять, что он такого сделал, чтобы заслужить подобное счастье. В одном только он был уверен: более везучего человека, чем Филип Кирк, на свет еще не рождалось!

Памела вздохнула, открыла глаза, увидела мужа - и лицо ее озарилось радостью.

- А вот и ты наконец, - прошептала она. - Я уже соскучилась. Как наш новобрачный, волнуется?

Филипп улыбнулся, опустился на корточки перед женой и завладел ее рукой.

- Да, Тимоти сам не свой от переживаний.

- Неужели это ты так напугал его рассказами о кошмарах семейной жизни? - с улыбкой спросила Памела.

- Вроде того, - подмигнул Филипп. - Как подумаю, сколько времени бедняга потратил попусту в одиночестве, так жутко становится!

Он поднес к губам руку жены и поцеловал.

- Это надо же вбить себе в голову, будто влюблен в тебя и никакой другой женщины ему не надо! Вот упрямый осел!

- Тес, милый. - Памела приложила палец к губам мужа. - Ты разбудишь малышку.

- Прости, я всегда горячусь, когда вспоминая об этом...

- Но это все уже в прошлом, ведь Тимоти обрел свою вторую половинку и ему осталось всего несколько часов наслаждаться свободой.

- Да. - Филип против воли улыбнулся. - В конце концов что ни делается - к лучшему. Эта Голди - невероятно эффектная девица и, кажется, по-настоящему любит последнего из "трех холостяков". Помнишь, после нашей свадьбы Тимоти очертя голову бросился на край света. Искать свою судьбу, как он выразился...

- А нашел суженую в кафе на соседней улице и выяснил, что она давно на него засматривается, - закончила за него жена. - Это надо же такому случиться!

Филип легонько поцеловал дочку в лоб, а жену - в губы.

- Держу пари, так, как мы, счастливы они не будут. Это просто-напросто невозможно! Но если эти двое влюблены друг в друга хотя бы вполовину так же сильно, как мы...

- Большинство позавидовали бы и половине, - шепнула Памела, отвечая на поцелуй мужа.

- Знаешь, что... - еле слышно произнес Филип, - может, плюнем на свадьбу и останемся дома? А потом извинимся...

Рассмеявшись, Памела легонько оттолкнула мужа и погрозила ему пальцем.

- Вот что я вам скажу, мистер Кирк. Если нынче вы будете пай-мальчиком, я отвезу Мод к Мелани и попрошу ее понянчиться с малышкой. Она подарила мужу лукавый взгляд, от которого у него дух захватило. - А ты после брачной церемонии и торжественного обеда прокатишь меня к Массимо.

- Нет, лучше в тот ночной клуб, где ты.., набивалась ко мне, несчастному, одинокому и пьяному, в компанию. А потом мы.., гмм.., полюбуемся на звезды.