Снова влюблена - Эмералд Бакли

– Я угощаю, – согласилась Дженни, предвкушая очередную порцию новостей, и кивком указала на толстую дубовую дверь. – Они там оба. Заходи.

Кристофер Маккормик, как обычно, дымил сигарой, а Уильям Паркер протирал очки. Констанс подумала, что если Паркер когда-нибудь лишится очков, а Маккормику врачи запретят курить, то этим двоим, пожалуй, придется уходить на пенсию.

– Доброе утро, – сказала она.

– Вы принесли бумаги? – спросил Маккормик.

– Да.

– Хорошо. – Он с сожалением отложил сигару и посмотрел на партнера.

– Вы отлично справились с делом, Констанс, – заговорил Паркер. – Уолшэм о вас самого высокого мнения.

– О вас обоих, – дополнил Маккормик.

– Вот почему мы хотим предложить вам кое-что еще. – Паркер откашлялся. – Работа очень ответственная и интересная.

– Правда, придется уехать из Лондона.

– И даже из Англии.

Констанс опустила голову. Ну вот, все начинается сначала. Они даже не вспомнили, что отозвали ее из отпуска. Сейчас отправят в какую-нибудь глушь и…

Брайан Дорретти вошел в кабинет, как всегда, без стука.

– Джентльмены. – Он поздоровался с обоими боссами за руку. – Конни. Она сдержанно кивнула.

– Брайан, ты помнишь прошлогодний аукцион Сотбис? – Паркер закончил наконец протирать очки и водрузил их на нос. – Нас тогда обошли бельгийцы. Так вот, сейчас они предлагают интересный вариант с русскими иконами. Мы решили послать Констанс. Ты не мог бы ввести ее в курс дела?

Брайан удивленно посмотрел на нее.

– Ты едешь в Бельгию? Она пожала плечами.

– Понятно. – Брайан сел в свое любимое кресло. – Вот что, Крис, Билл, Конни никуда не поедет. По крайней мере, в ближайшее время.

Паркер снял очки. Маккормик открыл рот, но забыл сунуть в него сигару.

– Удивлены? Кто обещал ей уикенд в Париже? – Брайан посмотрел на Маккормика. Тот вскинул брови, словно его обвинили в растлении несовершеннолетних, и повернулся к Паркеру.

– Я обещал?

– Было дело, Крис.

– Черт. Ладно, сразу по возвращении…

– Никаких «сразу по возвращении», – решительно прервал его Брайан. – Вы даете Конни недельный отпуск.

– Ну уж этого я не обещал! – воскликнул Маккормик.

Паркер покачал головой.

– У нас сейчас куча дел и…

– Если вы не согласны, то мы с женой…

С женой? Ей это послышалось? Констанс вскинула голову. Нет, наверное, не послышалось, потому, что на лицах Маккормика и Паркера застыло совершенно одинаковое выражение глубочайшего удивления.

– Вы поженились? – пробормотал Маккормик.

– Так вам обоим нужен отпуск? – догадался Паркер.

– Совершенно верно, джентльмены. Но я не закончил. – Брайан сунул в нагрудный карман пиджака и извлек какой-то листок. – Это предложение перейти в «Корону», и если вы не согласны…

– Поздравляю, Брайан. Констанс, дорогая… – Маккормик поднялся из-за стола. – Ну разумеется! Никаких проблем!

– Поезжайте в Париж. Мы снимем вам отличный номер, – предложил Паркер. – А перед возвращением завернете в Брюссель…

Переговоры продолжались еще добрых четверть часа, но компромисс все же был найден. Уже провожая Констанс и Брайана, Паркер не удержался от вопроса, который занимал его даже больше, чем судьба русских икон.

– Скажите, это у вас давно? Свежеиспеченные жених и невеста переглянулись.

– Около трех лет, – ответила Констанс.

– Более трех лет, – уточнил Брайан.

Уже вечером, когда они сидели в квартире Констанс и обсуждали список приглашенных, Брайан вдруг покачал головой.

– Не понимаю.

– Что ты не понимаешь?

– Не понимаю, почему все это случилось именно там, в Эдинбурге. Ты действительно понравилась мне еще три года назад. Но между нами никогда ничего не было. Я не смел к тебе подойти. Что же такое произошло в Эдинбурге?

Констанс снисходительно улыбнулась.

– Иногда, когда устрица никак не хочет вылезать из раковины, надо просто взять молот потяжелее и треснуть по чертовой скорлупе, как следует.

– Что ты хочешь этим сказать? – озадаченно спросил Брайан.

– Ничего, дорогой, это всего лишь образное сравнение, которое означает, что не надо заставлять женщину брать в руки тяжелые предметы. – Она вдруг прыснула. – Извини, представила, что было бы с бедной устрицей, если бы по ней били сразу два молота.

Брайан промолчал. Женщин трудно понять, а раз так, то не стоит и стараться. Полезнее лишний раз убедиться, чтобы под рукой у них действительно не было ничего тяжелого.